Дикий волк (ЛП) - Пекхам Кэролайн

Я опустил взгляд на свои руки, и их сияние разлилось по мне, пока моя душа не заблестела, как жидкое серебро. Я не чувствовал пульса, но слышал его — барабанный бой собственного сердца, такой близкий, такой родной.

Я повернулся и понял, что это вовсе не мое собственное сердце, а сердце фейри, в которую я так бесповоротно влюбился, что ничто не звало меня громче, чем песня ее жизненной силы.

— Я здесь! — воскликнул я, резко встав и отыскивая ее в тумане, почему-то уверенный, что она ищет меня в ответ.

— Я не могу забрать тебя, — прошептал Паромщик, его голос был похож на плевок огня. — Луна требует другой судьбы.

— Розали! — кричал я, шагая в туман, добираясь, бегая, охотясь. — Я здесь!

Руки нашли меня, обхватили и потянули, ее пальцы горели в лунном свете так же, как и мои. Я чувствовал за спиной силу, толкавшую меня к ней, и был уверен, что сама Луна направляет мою душу прочь от этого святого места.

Я не оглядывался назад, уверенный, что если оглянусь, то смерть снова найдет меня. Мой взгляд был устремлен в туман, а руки тянули и тянули, уводя меня из этого мира, пока меня не поглотила непроницаемая чернота. Атмосфера была густой и гнилостной. Болели легкие, болело все, и, клянусь звездами, это было хорошо, потому что это была жизнь. Во всей своей боли и жестокости, это была жизнь.

Я набрал полные легкие воздуха, распахнул глаза и обнаружил, что лежу на спине под Розали, ее кожа все еще сияла лунным блеском. Ее слезы были серебряными, они падали на мою кожу и заживляли все раны на моей плоти. Я смотрел на ее чудо, затем на исцеленную кожу своей груди и, наконец, на голые места, где когда-то была метка проклятия.

— Роза, — задыхаясь, произнес я, и ее глаза распахнулись, а страх и горе сменились радостью.

— Мейсон, — простонала она, а затем ее губы прильнули к моим, и я запутался рукой в ее волосах, ощущая ее тяжесть и зная, что в этом мире нет ничего, что могло бы отнять меня у нее снова. В жизни я буду следовать за ней, а в смерти найду ее.

Прилив силы затопил мои вены, и, когда Розали отступила назад, мы оба посмотрели на знаки убывающей луны, которые зажглись у каждого из нас прямо над сердцем, как символ жизни, которую она только что вернула мне.

— Ты отказала моей душе в смерти, — вздохнул я.

— Смерть не могла забрать ее, — сказала она, снова найдя мои губы. — Ты моя пара.

Эти слова всколыхнули во мне мир желания, но, притянув ее к себе, я вспомнил, что еще многое предстоит сделать.

— Пора заканчивать, — тяжело произнес я, и она кивнула, поднимаясь на ноги и увлекая меня за собой, наши пальцы переплелись, а моя потребность в ней стала болезненно острой. Когда все закончится, я больше никогда не расстанусь с ней.

Я взглянул на упавшее тело Бенджамина, отвернулся от него и понял, что мне больше не придется оглядываться на прошлое. Все мое внимание было сосредоточено на будущем.

Мой взгляд остановился на входе в башню, где на снег выплеснулась яростная схватка: охранники и чудовищные звери сражались с Сином, Итаном и Максом, и все они теснились вокруг нас.

Я чувствовал, как меня охватывает чувство защиты, которое распространялось не только на Розали, но и на мужчин, которых она назвала своими партнерами, и понимал, что не могу допустить, чтобы они пали в этот день.

Глава 48

Розали

Я отвернулась от Кейна, моя плоть все еще гудела от магии того, что только что произошло между нами, а сердце колотилось от адреналина. Мне стоило огромного усилия воли не сорвать с него одежду и не овладеть им целиком прямо здесь, посреди хаоса, в лунном свете, льющемся на нас, и крови, окрашивающей мою плоть.

Но я не могла пока поддаться этому желанию. Вдруг мелькнуло движение, и я увидела Варда, мчащегося в сторону заснеженных гор, его фигура уже уменьшалась вдали, когда он вырвался из рукопашной схватки.

— Иди, — рявкнул Кейн, не сводя глаз с монстра, который был так достоин смерти, которую я для него приготовила. — Я расчищу тебе путь.

Охранники и оставшиеся чудовищные создания с жестокостью сражались вокруг нас, Итан, Син и Макс были втянуты в схватку с ними, и еще большее их количество продолжало гоняться за мной и Кейном.

Я огляделась в поисках Роари, но нигде его не обнаружила, и мое нутро скрутило беспокойство. Но я знала, чего бы хотел от меня мой партнер. Он бы не хотел, чтобы я охотилась за ним, он бы хотел, чтобы я гналась за его Львом. Так я и поступила.

Я резко кивнула Кейну, и он бросился от меня, разорвав на части охранников, которые оказались ближе всего к нам, и метнув огненный шар в морду крылатого зверя, который пикировал с неба в мою сторону.

Его крики боли и ярости наполнили воздух, и я на бегу сорвала с себя куртку, отбросив ткань в сторону, а затем стянула через голову свитер и отбросила его тоже.

Я громко завыла, Итан отозвался эхом где-то у меня за спиной, когда я расстегнула штаны и стянула их.

Я прыгнула, сдвигаясь, последняя одежда упала с моего тела или порвалась прямо на нем, когда я ворвалась в свою форму Волка и снова завыла, лунный свет позолотил мой серебристый мех так, что я сияла намного ярче, чем снежный пейзаж.

Запах ужаса наполнил мои ноздри, когда я устремила свой взгляд на Варда и с рычанием, оскалив зубы, помчалась за ним в дикие земли.

Глава 49

Роари

Я распахнул дверь в комнату на самом верху башни, ожидая, что сейчас вот-вот начнется драка, поскольку я наконец-то выследил Сина и Макса вместе с Вардом и моим Львом. Но комната оказалась просто длинным складским помещением с окном в дальнем конце, из которого открывался вид на заснеженную равнину. Я сражался за то, чтобы попасть сюда, убивал и охранников, и монстров, чтобы добраться сюда, и это все, что здесь можно найти?

Я выругался, подбежал к окну и распахнул его настежь, услышав доносящиеся снизу звуки битвы, прежде чем мой взгляд остановился на столкновении фейри.

Я разглядел среди них Кейна, Итана и Сина, а также Макса Ригеля, но мое сердце не успокоилось, пока я не увидел серебристую фигуру Розали, мчащуюся к горизонту. Я нахмурился, сузив взгляд на темную фигуру, которую она преследовала в сугробах, и обострившимся зрением различил лицо Варда, бросившего испуганный взгляд через плечо. Под его рукой лежала мерцающая золотистая форма моего Льва, заключенная в банку, словно это была всего лишь пойманная бабочка.

Из моего горла вырвался рык, и я высунулся в окно, бросив перед собой пласт воды и сразу же превратив его в лед. Платформа спускалась прямо к земле, и я, не колеблясь, побежал по ней, спринтерским шагом, сосредоточившись на Розали и Варде.

С моей Вампирской скоростью я сразу догнал их, ледяной ветер хлестал меня и заставлял волосы подниматься на руках.

Я не замедлил шаг, когда миновал Розали, обнажив клыки и жажду крови, а затем прыгнул на Варда и повалил его на снег.

Моя рука обхватила сосуд, спасая его от удара, когда мы покатились, а Вард закричал. Розали вырвала Варда из моей хватки, швырнула его в снег под собой и ударила лапой по его груди, обнажив зубы, когда он заскулил от ужаса.

Я вскочил на ноги и поднес к нему банку.

— Скажи мне, как вернуть его в мое тело?

— Ты не можешь изменить то, что было сделано! — воскликнул Вард. — Моя работа будет жить дальше, даже если я умру в этот день.

— Лжец. Скажи мне, как вернуть его, — прорычал я, и когти Розали вонзились в его грудь, заставив Варда взвыть от боли.

— Ничего нельзя изменить, — прошипел он. — Ты моя Ночная Ярость и всегда ею будешь.

— Я тебе никто! — прорычал я, и он вздрогнул.

— Если мне суждено умереть, то ты станешь моим наследием, — шипел он, его пальцы подергивались.