Что, если я облажаюсь?
Что, если я нарушу свое слово и разочарую маму?
Что, если я решусь на это и стану тем, кем быть не хочу?
Я хочу учиться на папиных ошибках, а не повторять их.
И именно этого я по-настоящему боюсь.
Это не значит петь популярные песни, менять имидж или становиться другим человеком. Я стану тем, кем быть не хочу, если у меня не хватает смелости сказать «нет».
Поэтому вместо этого я говорю «нет» всему.
Полезно.
В понедельник вечером, после того как Кейли отправилась спать, я дождался, пока этот паршивец и его окружение уйдут, и только после этого отправился в студию Райдера.
Я нашел его, склонившимся над столом в диспетчерской.
- Тяжелый день?
Он вздрагивает, но когда поворачивается, чтобы посмотреть на меня, его лицо сразу же расслабляется.
- Уже в миллион раз лучше.
- Потому что этот паршивец ушел? - Я подхожу ближе.
Райдер тянется ко мне.
- Потому что ты здесь.
Он усаживает меня на себя, и я неловко оседлываю его бедра на кресле. Он обхватывает мой затылок, а затем наклоняется, чтобы прижаться губами к моим губам.
Испытывая потребность в его губах, прикосновениях и поцелуях, я могу не обращать внимания на то, что почти падаю с его колен, подлокотник упирается в мой бок, и ногу почти сводит судорогой от попыток удержаться.
Язык Райдера медленно скользит по моему языку.
Когда он стонет, этого почти достаточно, чтобы я забыл, ради чего пришел сюда.
Почти.
И все же, мне трудно подобрать нужные слова. Мне трудно подавить свою гордость. Райдер отстраняется и смотрит на меня так, словно знает, что я борюсь с собой.
- Все в порядке?
Я утыкаюсь лицом в его шею, целуя его, бормоча:
- Ты прав.
Его рука замирает на моей спине.
- Вообще, или в чем-то конкретном?
Я смеюсь.
- О, определенно, в конкретном. Ты ошибаешься почти во всем остальном.
Он ущипнул меня за бок, и я слез с его колен.
Райдер откинулся на спинку кресла, а я пододвинул другое.
Я смотрю в его понимающие голубые глаза.
- Я борюсь со всем мейнстримом из-за своего отца, а не потому, что мне это не нравится.
У него, по крайней мере, хватает уважения сдерживать улыбку. Даже если у него ничего не получается.
Я вздыхаю.
- Я собираюсь разослать свое демо на несколько лейблов.
Его лицо светлеет, пока он не понимает, что, хотя это и движение в правильном направлении, у него все еще не получается.
- Но все равно не отдашь его Харли. - Пухлые губы Райдера сжимаются в тонкую линию.
- Я понимаю все, к чему вы с ним клонили, но из-за того, что мы... из-за нас, мне становится не по себе.
- Хорошо, тогда я с тобой расстаюсь.
Сердце замирает. Он, правда, только что это сказал?
- Ч-что?
Он кладет руку мне на бедро.
- Боже мой, прости. Думал, ты поймешь, что я шучу.
Я толкаю его.
- Придурок.
- Правда, прости, - тихо говорит он. - Я поддержу тебя, что бы ты ни делал, и горжусь тобой за то, что ты проявил себя.
Я прищуриваюсь.
- Но...
- Но что?
- Звучит так, будто должно быть «но».
Райдер стискивает зубы.
- Я не шутил про то, что ты кончишь задницей, - бормочет он себе под нос.
- Как же я рад, что мы можем вести этот совершенно серьезный, взрослый разговор о чем-то, столь важном, как моя карьера.
- Всегда пожалуйста, - он сияет. - Но ладно. Я хотел сказать, что знаю Харли. Я знаю, как много он жаловался на «Джойстар» и на то, как они заставляли нас писать все эти поверхностные песни. Он по той же причине изо всех сил старался расторгнуть с ними контракт. Когда он говорит, что создаст лейбл, где его артисты могут петь и делать то, что хотят, я знаю, что он будет справедлив. Попробуй другие лейблы, конечно, но не списывай Харли со счетов из-за меня.
- Я… я подумаю об этом. - Я не вижу себя идущим в этом направлении, но он прав. Мне не следует списывать его со счетов, сначала не обсудив.
Он наклоняется и целует меня в щеку.
- Это все, о чем я прошу.
Громко выдыхаю, не осознавая, как сильно я рад, что этот разговор не закончился очередной ссорой.
Райдер, должно быть, это почувствовал, потому что нахмурился.
- Ты думал, всё пойдёт по-другому?
- Может быть? - Поник я. - Извини. Я… я не знаю, всё ли у нас в порядке. Всё как-то странно, и…
- Если хотим, чтобы у нас всё получилось, мы должны смириться с тем, что у нас будут разногласия.
Я кивнул.
- Много разногласий.
- Да, много. Но пока мы знаем, что оба заинтересованы, разговариваем и уважительно относимся друг к другу, всё будет хорошо. Всегда.
- Ладно.
- Ты можешь остаться сегодня вечером? - спрашивает Райдер.
- Очень хочу, но мне пора. Завтра у меня Чейз.
- Завтра вторник.
- Знаю. - Я улыбаюсь. - Я же говорил тебе, что у Корда и Бренны скоро мероприятие, из-за которго я заберу Чейза на дополнительный день, но ничего страшного, если ты забыл.
