Неслучайное совпадение (ЛП) - Рэй Рокси

Я не теряю времени. Провожу языком по его влажной головке, наслаждаясь его вздохом и тем, как он сжимает макушку моей головы. Поначалу давление почти не ощущается, и я понимаю, что он пытается быть джентльменом. Я не в настроении для этого. Будет время для мягкости, сладости и нежности, но не сейчас. Сейчас время для грубого, для настоящего.

Я хватаю его руку, заставляя сильнее прижаться к моей голове, и он понимает намёк. Уверившись, что он держит меня крепко, я тщательно ласкаю его ртом, убеждаясь, что он как следует скользкий, а мой рот достаточно разогрет. Хотя я бы не назвала себя королевой глубокого горла, у меня достаточно опыта, чтобы знать: всё получается лучше, когда он предварительно смазан, и я достаточно возбуждена, чтобы не волноваться, если он не настолько влажный, насколько мог бы быть.

Так что да, возможно, я немного спешу, но трудно об этом переживать, когда он наполняет мой рот, а его хватка на моей голове удерживает меня на месте, пока мои ногти впиваются ему в бедро. Может, это нейроотличная штука, может, я просто немного извращенка, но необходимость сосредоточиться на дыхании через нос и ощущение, как моя челюсть растянута так широко, дают мне покой, которого я больше нигде не могу найти. Мир сужается до ощущений и привязанности, до нехватки воздуха и свежих рваных вдохов. Нет тревоги. Нет переживаний о завтрашнем дне и нет циклона мыслей, который часто разносит меня в миллион разных направлений.

Есть покой.

Потеряться в нём нетрудно. Мои глаза закрываются, пока он завладевает моим ртом, а мои губы опухают и становятся скользкими от слюны. Но кажется, будто всё заканчивается почти сразу после начала, когда он отстраняет меня от себя.

Я начинаю возражать, но он снова осторожно приподнимает мой подбородок, и я смотрю на него слезящимися глазами.

— Ты так хорошо справилась, — шепчет он. — Я уже почти сорвался.

Он говорит это почти извиняющимся тоном, но для меня это одна из самых горячих вещей, какие он только мог произнести.

— Сделай это, — бросаю я вызов.

— Хочу быть внутри тебя, когда кончу, — качает он головой.

Блядь, я за!

— Ладно, — говорю я.

Пол помогает мне подняться на ноги. У меня складывается впечатление, что он, возможно, собирается снова подхватить меня на руки, как невесту, но я чувствую себя слишком необузданной, слишком жаждущей и слишком свободной для этого. Мне так весело, что я хочу насладиться всей этой непочтительностью.

Так что, едва устойчиво встаю на собственные ноги, я разворачиваюсь и опираюсь локтями на стол, прежде чем оглянуться через плечо так кокетливо, как только могу.

Я ничего не говорю, но мне и не нужно. Пол облизывает губы, разглядывая меня, и от этого я чувствую себя самой сексуальной женщиной на свете.

— Ты уверена? — спрашивает он, звуча так, будто едва себя сдерживает.

Блядь, как же я люблю этот одурманенный тон в его голосе. Люблю, что это я с ним делаю. И ещё я люблю, что, как бы глубоко он ни погружался в происходящее, он всегда по три раза убеждается, что я полностью согласна.

Но прямо сейчас я в основном хочу, чтобы он был глубоко во мне, поэтому киваю, отворачиваясь вперёд. Это делает предвкушение ещё сильнее, так что, когда он наконец пристраивается к моему входу и начинает погружаться, весь воздух выбивает из моего тела.

— Охренеть! — вскрикиваю, не испытывая ни капли стыда из-за того, насколько громко себя веду.

И, судя по пульсации, проходящей по члену Пола, а затем и сквозь меня, ему очень нравится, какая я громкая.

Сантиметр за сантиметром он наполняет меня, посылая противоречивые ощущения: слишком много и недостаточно. Это идеальная смесь экстаза, и вместе с этим я позволяю себе полностью сдаться нашей страсти.

Но, делая это, я не могу не думать: если наше первое настоящее свидание уже настолько хорошее, то второе будет по настоящему убийственным.

ГЛАВА 26

ПОЛ

Будущее вместе.

Когда я впервые приехал к дому Черри, чтобы забрать её на наше свидание, я был весь на нервах. Но теперь, когда я погружён в неё, мне трудно вспомнить, о чём я так переживал.

Даже без угрозы смерти мы всё равно прекрасно подходим друг другу. Она заставляет меня смеяться, заставляет чувствовать, что меня видят, и заставляет ценить всё то в жизни, чем я пренебрегал в своём стремлении быть идеальным средним сыном. Никогда не доставлять слишком много хлопот, никогда не бороться за внимание. Просто всегда быть спокойным и рассудительным.

Нахрен это.

Не то чтобы я отказываюсь от своих принципов покоя, безмятежности и контроля. Скорее я наконец позволяю себе быть цельным человеком. Не ограничивать себя представлениями о том, каким, как мне казалось, я должен быть, чтобы заслужить благосклонность своего несколько отстранённого отца и поддерживать репутацию своей семьи, а принять себя со всеми недостатками, всеми навыками и всеми легкомысленными слабостями.

— Вот здесь, — задыхается Черри тем своим голосом, который всегда сводит меня с ума. — О боже, вот здесь!

Я замираю в своём размеренном скольжении в неё, слегка двигая бёдрами, чтобы потереться о то место, из-за которого она подаётся назад ко мне. Хотя ни одна из наших близостей не была совсем уж кроткой, сейчас в этом есть что-то совершенно дикое и свободное.

Мне нравится думать, что это потому, что это наш первый раз, когда никто из нас не отрицает романтики. Я потратил столько энергии, упорно притворяясь, что химии и связи между нами не существует, используя логику как щит против того, что чувствую, и это добавило слой сложности, который нам был не нужен.

Может, в итоге у нас ничего не получится. Может, она слишком дикая, а я слишком чопорный. Но на самом деле сейчас это не важно. Несмотря на ложь, которую она сказала мне вначале, никто из нас не умеет предсказывать будущее. Так что всё, что мы можем, — жить настоящим, а моё настоящее сейчас — входить в Черри так глубоко, как только могу, и доводить её до оргазма на моём члене.

Поистине благородное начинание.

Я двигаюсь у того самого места, наслаждаясь тем, как Черри сжимает меня, пока этого не становится слишком много, и я не вхожу в неё глубже. Но, как обычно, эмпат слишком охотно принимает меня, её стенки такие же тёплые, скользкие и горячие, как всегда.

Я в раю, иначе это не назвать. И это ошеломляет — думать, что у нас двоих может быть это, когда угодно, если у нас всё сложится. Я намерен сделать всё, чтобы так и было. Моя жизнь перевернулась вверх дном и наизнанку, когда я наткнулся на жуткую картину гибели отца в поместье, но Черри каким-то образом снова поставила её на место, превратив во что-то гораздо лучшее.

И я не единственный, чью жизнь она улучшила. Хотя все мы, ВанМарки, ходим к психотерапевту, чтобы справиться с горем и проработать всё, что успели в себе запереть, мы стали ближе, чем когда-либо. Мы осознали, как близко подошли к тому, чтобы потерять друг друга, и какими глупцами были, позволив расстоянию между нами стать таким огромным.

Однако думать о моих братьях и сестре не совсем то, чем мне хочется заниматься, пока мой член погружён в женщину, в которую я стремительно влюбляюсь, поэтому я убираю эту мысль подальше и позволяю себе наслаждаться её хваткой, погружаясь до самого основания.

— Вот так, Черри. Ты так хорошо меня принимаешь. Словно создана для этого.

— Так и есть, — выдыхает она в ответ, и, боже, если это не тешит моё эго. Я видел, как эмпат творит безумные вещи. Преодолевает любые препятствия на своём пути. С лёгкостью заводит друзей и улучшает жизни людей, даже не задумываясь. — Я создана принимать тебя.

Это становится моей погибелью, и мы теряемся в нашей страсти и удовольствии, пока я вхожу в неё. Это движение вперёд и назад электризует, и не в первый раз я жалею, что не могу видеть так, как видит она. Но я не могу, поэтому мне приходится довольствоваться тем, что я слушаю её крики и чувствую, как её тело реагирует на меня. Чертовски неплохой утешительный приз.