Annotation
Десять лет назад Эмилия Уинтер призналась Доминику Бомонту в любви - и услышала в ответ смех. Для него она была слишком юной, слишком доверчивой, почти ребёнком. Для неё тот вечер стал раной, которую пришлось прятать под гордостью, спокойствием и новой жизнью.
Теперь Доминик возвращается в Бомонт-холл и обнаруживает, что прежней Эмми больше нет. Перед ним взрослая, красивая, сдержанная женщина, которая больше не ждёт его писем, не ищет его взгляда и собирается выйти замуж за другого.
«Пока сердце помнит» - вторая книга цикла «Семья Бомонт», исторический любовный роман о старой обиде, взрослом выборе, ревности, страсти и любви, которая возвращается не как воспоминание, а как судьба.
Пока сердце помнит
От автора
Пролог
Глава 1. Возвращение
Глава 2. Чужая женщина
Глава 3. Двадцать семь взглядов
Глава 4. Признание, которое помнят двое
Глава 5. Ревность
Глава 6. Первые сомнения
Глава 7. Поцелуй
Глава 8. Мужчина, который ничего не понимает
Глава 9. Правда о Фредерике
Глава 10. Выбор Эмилии
Глава 11. Самое ужасное предложение руки и сердца
Глава 12. Братья
Глава 13. Судовая книга
Глава 14. Дорога на юг
Глава 15. То, что осталось в прошлом
Глава 16. Портсмут
Глава 17. Ночь у моря
Глава 18. Цена ошибки
Глава 19. Ухаживание
Глава 20. Испытание Николаса
Глава 21. Пока сердце помнит
Глава 22. Перед свадьбой
Глава 23. Свадьба
Глава 24. Ночь
Эпилог Следующая история
Пока сердце помнит
От автора
«Пока сердце помнит» - это продолжение цикла «Семья Бомонт».
В первой книге мы познакомились с Бомонтами ближе: с их упрямством, семейными спорами, острыми шутками и тем самым завещанием, которое способно превратить даже любовь в дело почти государственной важности. История Эдварда и Элизабет стала началом большого семейного цикла -истории о людях, которые не всегда умеют говорить о чувствах, но всё равно находят дорогу к счастью.
Во второй книге очередь доходит до Доминика.
Он всегда казался человеком, которому проще встретить шторм в море, чем разобраться в собственном сердце. Когда-то он не услышал признание юной Эмилии Уинтер - точнее, услышал, но не понял его цены. Прошли годы. Эмилия выросла, научилась жить без него и больше не ждёт, что он однажды вернётся и всё исправит.
Но сердце помнит даже то, что гордость давно приказала забыть.
Мне хотелось, чтобы эта книга стала более взрослой и чувственной, чем первая: с ревностью, старыми обидами, опасной близостью, ошибками, которые нельзя исправить одним красивым словом, и любовью, которую нужно заслужить не страстью, а доверием.
Это история о втором шансе - не вернуться в прошлое, а наконец увидеть друг друга настоящими.
Надеюсь, вам будет радостно снова оказаться среди Бомонтов: спорить с ними, смеяться над ними, сердиться на них и, конечно, переживать за их любовь.
С теплом,Надежда КовалёваНаши герои Доминик и Эмилия
Пролог
Беркшир, 24 июня 1808 года
К вечеру над Бомонт-Холлом потемнело. Ветер трепал липы и гнул розы; от сада тянуло сырой землей и близким дождем. Эмилия Уинтер ничего этого почти не замечала. Она стояла у старой каменной беседки, увитой плющом, и пыталась дышать.
Сердце билось так громко, что ей казалось: когда Доминик придет, он все поймет раньше, чем она успеет сказать хоть слово. В феврале ей исполнилось восемнадцать, и эти несколько месяцев казались Эмилии достаточным основанием не позволять никому называть ее ребенком. Она любила его уже столько, сколько себя помнила.
В детстве Доминик казался ей героем: быстрее всех ездил верхом, выше всех лазил по деревьям и никогда не смеялся, когда падала она.
Позже все осложнилось: Доминик вырос, а Эмилия однажды обнаружила, что человек, который прежде просто был частью ее мира, стал его центром. Ей нравилось в нем все: загорелые руки, непослушные темные волосы, синие глаза, темневшие от злости, и его невозможный характер.
Даже то, что он обращался с ней как с ребенком, она до сегодняшнего вечера умудрялась считать трогательным. Но завтра Доминик уезжал -на год, а может быть, на несколько. А Эмилия больше не могла молчать.
На дорожке хрустнул гравий. Она обернулась. Доминик шел к беседке без сюртука, в белой рубашке и темном жилете. Ветер трепал его волосы. В марте ему исполнилось двадцать четыре -на шесть лет больше, чем ей, хотя временами он держался так, будто между ними лежало целое поколение. У Эмилии перехватило дыхание. Он поднялся по двум ступенькам.
-Ну?
-Что?
-Ты сказала, что тебе необходимо поговорить со мной до моего отъезда.
-Да.
Доминик прислонился плечом к колонне.
-Я отказался ради тебя от партии в бильярд.
-Какое самопожертвование.
Он улыбнулся.
-Именно. Поэтому надеюсь, что речь пойдет хотя бы об убийстве.
Эмилия хотела рассмеяться. Не получилось. Доминик заметил.
-Эмми?
Она ненавидела это имя и одновременно любила его, потому что так называл ее только он.
-Ты правда завтра уезжаешь?
-На рассвете.
-И не знаешь, когда вернешься?
-Нет.
Она опустила взгляд на свои руки.
-Тогда я должна сказать сейчас.
Он выпрямился. Она подняла голову.
-Я люблю тебя.
Произнеся эти слова, Эмилия на мгновение почти перестала бояться. Будто весь вечер, все годы тайных взглядов и надежд собрались в одной фразе и наконец вышли на воздух. Она ждала не обещания -только чтобы Доминик увидел ее. По-настоящему увидел.
Ветер шевельнул плющ над беседкой. Где-то далеко прогремел гром. Эмилия слышала сердце -быстрое, оглушительное -и смотрела только на Доминика. Ей казалось, еще мгновение, и он шагнет к ней, поймет все то, чего она сама едва могла выразить словами. Но его губы дрогнули.
Он рассмеялся -негромко, растерянно, и от этого смех оказался еще больнее. Будто она положила ему в ладони самое драгоценное, что у нее было, а он не понял, что держит.
-Господи, Эмми.
Она побледнела.
-Что?
Он все еще улыбался.
-Не говори глупостей.
-Это не глупость.
Доминик наконец понял, что она не шутит. Улыбка медленно исчезла.
-Эмилия…
-Мне восемнадцать. Я знаю, что чувствую.
-Именно. Тебе восемнадцать.
-И?
Он провел ладонью по волосам.
-Ты еще ребенок.
Внутри словно оборвалась тонкая натянутая нить. Эмилия ощутила пустоту под ребрами -ту мгновенную, холодную пустоту, когда надежда еще не успела умереть, но уже поняла, что ей некуда возвращаться.
-Не ребенок.
-Для меня -почти.
Слова были сказаны мягко. От этого стало только хуже. Эмилия смотрела на него и вдруг понимала, насколько глупо, должно быть, выглядела все это время. Все ее взгляды, желание быть рядом, ревность -все это вдруг показалось ей очевидным. Наверняка он все замечал. И все это время лишь снисходительно улыбался.
-Забудь, -сказала она.
-Эмми…
-Не называй меня так.
Он нахмурился.
-Я не хотел тебя обидеть.
-Я знаю.
-Через несколько месяцев ты сама будешь смеяться.
Вот тогда слезы обожгли глаза. Не потому, что он не любил ее -это она, наверное, сумела бы пережить. Хуже было другое: чувство, которое наполняло ее целиком, ради которого она не спала ночами и собирала по памяти каждую его улыбку, в его глазах оказалось детской глупостью. Эмилия могла вынести отказ. Унижение оказалось тяжелее. Она заставила себя улыбнуться.
-Наверное.
Доминик заметно расслабился. Это было последним унижением.
