Джентльмен Джим (ЛП) - Мэтьюз Мими

Нелепая мысль.

Из-за чего ему было нервничать? Он ужинал с титулованной знатью на континенте. Вальсировал с принцессой и танцевал кадриль с эрцгерцогиней.

Но мисс Ханиуэлл смотрела на него прямо, словно могла разглядеть сквозь элегантный чёрный фрак и замысловато повязанный белый галстук. Словно могла заглянуть прямо в душу. «Что ты обо мне думаешь?» — хотел спросить он её. Но ответ он уже знал. Она не придавала ему большого значения. И всё же…

Вскоре до него дошло, что жёсткость её осанки и воинственный блеск в глазах вызваны, скорее всего, не общей оценкой его достоинств, а какой-то конкретной обидой, которую он ей нанёс. Возможно, она что-то слышала о нём? Что он повеса? Искатель приключений?

Эта мысль невероятно обнадёжила его.

— Вам нравится пьеса, мисс Ханиуэлл? — спросил он.

— Да, благодарю.

— Кин — редкий талант, не находите?

— Как скажете.

— Мне довелось посмотреть эту пьесу на прошлой неделе. Игра миссис Бартли в роли леди Макбет была особенно хороша. Я не думал, что другая актриса сможет сравниться с ней, но миссис Хилл весьма достойно справляется. Интересно будет посмотреть, как она сыграет сцену лунатизма в пятом акте. — Сент-Клер выждал. Ответа не последовало.

— Простите, я чем-то вас обидел?

Наконец она повернулась к нему, и её голос понизился до обвиняющего шёпота.

— Вы знаете, что да.

Он приподнял брови.

— Право, не знаю.

— Вы считаете меня круглой дурой, милорд? Я узнала о дуэли, не так ли? Неужели вы полагали, что я не услышу о её исходе немедленно?

— Ничего подобного я не предполагал.

— Тогда чего же вы ждали? — спросила она.

Он задумчиво посмотрел на неё.

— Я начинаю думать, что результат дуэли вам не понравился.

— Конечно, не понравился! — Мисс Ханиуэлл наклонилась ближе, её голос стал ещё тише. Сент-Клер уловил лёгкий, тонкий аромат её духов. — Вы подстрелили мистера Бертона-Смита. Вы же обещали мне, клялись честью, что…

— Что не убью его. И не убил.

— Но вы в него выстрелили.

— В плечо.

— А вам не приходило в голову, что пуля могла случайно уйти выше или в сторону? Осмелюсь предположить, что при сильном ветре вы могли бы и вовсе снести ему голову!

Сент-Клер не смог сдержать улыбку. Ей-богу, ему нравилась её вспыльчивость. Это была приятная перемена после той хрупкости, которую она явила на Гросвенор-сквер.

— Моя стрельба не знает случайностей, мисс Ханиуэлл. Пуля попала именно туда, куда я целился. В то место, где ему будет больнее всего.

Она скептически взглянула на него.

— В плечо?

— В его гордость. Вы не хуже меня знаете, что, оставь я его невредимым, это лишь придало бы ему дерзости. Вашему мистеру Бертону-Смиту требовался урок. Его нужно было унизить. Надеюсь, теперь он станет смиреннее.

Мисс Ханиуэлл ощетинилась.

— Он не мой мистер Бертон-Смит.

— Чрезвычайно рад это слышать.

— И если вы полагаете, что что-либо способно его улучшить, то глубоко заблуждаетесь.

— Да, возможно, это так. По правде говоря, подозреваю, что в него пришлось бы выстрелить ещё не раз, чтобы добиться заметных перемен.

Мисс Ханиуэлл резко отвела взгляд. На её губах дрогнула улыбка — было видно, как она с трудом её сдерживает.

— Я думаю, вы негодяй.

Сент-Клер усмехнулся. На мгновение он забыл о множестве театральных биноклей, без сомнения, нацеленных на них двоих.

— Негодяй, которому вы задолжали три услуги.

— О, неужели?

— Полно, мисс Ханиуэлл. Отказываюсь верить, что вы из тех, кто не держит слова.

— Моего слова? — повторила она. — Как вы можете ожидать, что я выполню условия нашего соглашения, если вы его нарушили?

— Я сделал в точности то, о чём вы просили. Я не убил его.

Она принялась поправлять длинную перчатку.

— Вы придерживались буквы нашего соглашения, это я признаю, — неохотно сказала она. — Но вы нарушили его дух.

— Так значит, мы в тупике? Я, конечно, надеюсь, что нет. Я с нетерпением ждал возможности получить свою первую услугу.

Она принялась расправлять другую перчатку.

— Я не думала, что вы отнесётесь к этому всерьёз. К этим услугам. Честно говоря, последние три дня я… — Она запнулась. — Последние три дня я думала, что вы просто смеётесь надо мной.

Брови Сент-Клера сдвинулись.

— Это не так. И никогда бы не стал.

— Вы так говорите, но…

— Мисс Ханиуэлл, если вы не перестанете теребить перчатки и не взглянете на меня, я буду вынужден взять вашу руку и удержать её.

Её взгляд метнулся к нему.

— Вы не посмеете.

Сент-Клер был рад видеть, как к ней возвращается самообладание.

— А давайте проверим.

Она чопорно сложила руки на коленях.

— Довольны?

— Совсем нет. А теперь скажите серьёзно: вы поедете со мной кататься в парке завтра днём? У меня новая коляска и лучшая упряжка гнедых, какую вы только видели. С удовольствием покажу вам, на что они способны.

— Почему вы думаете, что мне понравится подобное?

— А разве нет?

— Возможно, я… боюсь лошадей.

Его губы дрогнули.

— Вы? Боитесь лошадей?

— Возможно.

— Всех лошадей? Даже гнедых? С безупречными плечами и отличными ногами?

От его вкрадчивого тона уголок её рта дёрнулся. Но она не улыбнулась. Вместо этого бросила на него укоризненный взгляд.

— Вы приглашаете меня, милорд, или хотите получить свою услугу?

— Всё, что потребуется, — ответил он.

Она выдохнула.

— Вам не нужно тратить услугу впустую. Простого приглашения будет достаточно. — Она быстро добавила: — Но только потому, что мне хотелось бы посмотреть на ваших гнедых.

— Естественно. — Его сердце тяжело стукнуло. — Я заеду за вами в пять, если не возражаете.

— Не возражаю. Благодарю вас, милорд.

— Какая там толкотня! — Джордж Трамбл вошёл в ложу. — О, Боже! Не знал, что здесь гости.

Он протянул стакан лимонада мисс Ханиуэлл и ещё один — мисс Трамбл.

— Всё в порядке, дорогая?

— Вполне, — ответила мисс Трамбл. — Джордж, полагаю, ты знаком с лордом Мэттингли? А с лордом Сент-Клером? Они всё это время составляли нам компанию.

Сент-Клер и Мэттингли встали и поклонились ему.

— Не смогли удержаться, чтобы не подойти и засвидетельствовать своё почтение мисс Трамбл и мисс Ханиуэлл, — сказал Мэттингли.

— Весьма признателен вам, — ответил Трамбл.

— Нам пора возвращаться. Боюсь, мы пренебрегли дамами в нашей ложе, не так ли, Сент-Клер?

— Где вы сидите? — поинтересовалась мисс Трамбл.

— Прямо напротив. На ярус выше и чуть правее.

Мисс Трамбл подняла бинокль.

— О! Это же мисс Стил? Как я слышала, она настоящая жемчужина сезона.

— Я также привёл свою сестру Астрид, — сказал Мэттингли. — Юная леди в первом ряду. Она только что окончила пансион.

— Она очаровательна, — любезно отозвалась мисс Трамбл. Она опустила бинокль. — Похоже, вас ожидает целое общество юных леди. Как эгоистично с нашей стороны задерживать вас так долго.

— Мы больше не будем вас отвлекать, — сказал Трамбл.

Сент-Клер проигнорировал его. Его внимание было приковано к мисс Ханиуэлл, и, если он не ошибался, её взгляд был так же устремлён на него. Он протянул руку к её руке в перчатке, и она охотно протянула ему свою. Он склонился над ней, удерживая её ладонь на несколько мгновений дольше, чем полагалось.

— До завтра, мисс Ханиуэлл.

Она встретилась с ним взглядом.

— С нетерпением буду ждать, милорд.

Он неохотно отпустил её руку и, попрощавшись с мисс Трамбл и её братом, покинул ложу. Мэттингли последовал за ним.

В антракте проход был заполнен суетливой толпой. Сент-Клер прокладывал путь к лестнице, ведущей обратно в их ложу. При первой возможности Мэттингли поравнялся с ним.

— Медоносная пчела, — сказал он.

— Что? — растерянно спросил Сент-Клер.

— Так называли Маргарет Ханиуэлл в её первый сезон. — Мэттингли усмехнулся. — Не сразу, заметь. Когда она только появилась, все джентльмены величали её «Карманной Венерой». Никогда не видел столь прекрасной девушки. И фигура! Она привлекла к себе целую свиту поклонников. Потом одного ужалила. Затем второго. — Мэттингли размышлял об этом с явным удовольствием. — Она отпускала самые едкие отповеди, какие только можно вообразить. И вела себя довольно вольно. Скакала галопом по Гайд-парку. Стреляла из пистолета на загородной вечеринке. А уж нрав! В ней было больше огня, чем благоразумия.