Охота на наследницу (ЛП) - Шуп Джоанна

– Хотя слухи... – рассеянно проговорил Томас, постукивая ручкой по столу. – Говорят, герцог Локвуд скоро сделает ей предложение. Возможно, мне следует вычеркнуть мисс Вебстер...

– Оставь её. – Слова сорвались с губ Харрисона прежде, чем он смог себя остановить. Его повелительный голос раздался на всю просторную гостиную.

И привлёк всеобщее внимание. Выражение лица матери стало расчётливым.

– Означает ли это, что ты согласен?

У Харрисона закружилась голова перед открывающимися возможностями, он подавил в себе старое желание начать ёрзать на месте. До его отъезда Мэдди относилась к нему, как к брату... но прошло три года – это долгий срок. Теперь они повзрослели. Он больше не был мнимым ленивым и состоятельным вторым сыном. Теперь Харрисон – богатый, трудолюбивый бизнесмен с собственностью и акциями компаний по всей Европе. Он доказал, на что способен. Ведь теперь она заметит разницу?

Возможно, теперь она разглядит в нём мужчину.

Как может быть иначе? В конце концов, никто не знал его лучше неё. Он позаботится о том, чтобы во время их последующего общения она больше никогда не воспринимала его как брата.

К тому же, "быть почти помолвленной" и "обручиться" – разные вещи. Время ещё есть. Совсем немного, но у них с Мэдди всегда была особая связь, которую даже герцогу не под силу разорвать.

Протянув руку, он схватил список невест. В течение следующих нескольких недель он посвятит всё своё внимание завоеванию Мэдди, в то время как планы по разорению "Арчер Индастриз" претворятся в жизнь. К концу лета Харрисон сможет заполучить всё, о чём так долго мечтал.

Абсолютно всё!

Он почувствовал знакомый прилив решимости, его сердце заколотилось быстрее. Харрисон совершил невозможное в Париже, сколотив состояние практически из ничего. Он сможет повторить свой успех, добившись Мэдди.

Харрисон встал и застегнул пиджак.

– Я найду богатую наследницу и женюсь на ней.

– Слава богу, – заявила мать. – Наконец-то, ты сделаешь что-то полезное для семьи.

– Кого ты выберешь? – Томас указал на список.

Так он им и скажет.

– Я ещё не решил, – солгал Харрисон и направился к выходу. – Но я знаю человека, который мне в этом поможет.

Мэдди вертела в руке теннисную ракетку и наблюдала издали за своим другом детства, пока тот подходил к корту. Вернулся!

Прошло три года с тех пор, как она видела Харрисона Арчера последний раз, и за всё это время он не написал ей ни слова. И вот прошлой ночью Харрисон прислал записку с расплывчатой просьбой о помощи.

Мэдди не знала, что и думать. Хотя она была рада его видеть, в глубине души она злилась на то, как легко он отказался от их дружбы. Мэдди не привыкла, чтобы её забывали те, кого она считала близкими друзьями.

Харрисону составлял компанию Кристофер “Кит” Уорд, но Мэдди едва его заметила, её взгляд был прикован к Харрисону. Утреннее солнце освещало его лицо, на котором чётко выделялись острые скулы и волевой подбородок, а полные губы и прямой нос дополняли совершенную внешность. Именно его пронзительные голубые глаза заставляли дебютанток падать в обморок.

В то время Мэдди не придавала особого значения его привлекательности, ведь они так долго дружили, но этот Харрисон был... другим. Он шёл уверенной походкой с гордо выпрямленной спиной и выглядел крупнее того студента колледжа, которого она помнила. Его плечи и торс стали мощнее, белые брюки облегали мускулистые бёдра.

Внутри неё что-то вспыхнуло, новый и нежеланный интерес. Нельзя его так откровенно разглядывать.

Но она не могла перестать.

Боже мой, он стал взрослым мужчиной и к тому же красивым.

Выдохнув, Мэдди уставилась на свои ноги и отогнала от себя неуместные мысли. Между ними никогда не было романтических чувств, и она не поставит себя в неловкое положение, начав их сейчас испытывать.

Они знали друг друга целую вечность. Она была единственным ребёнком в семье, отчаянно нуждавшимся в друге, а он был мальчиком, стремящимся сбежать от своей семьи. Они исследовали мир вокруг себя, плавали, катались на велосипедах и играли вместе каждое лето с тех пор, как ей исполнилось десять, а ему двенадцать, и почти никогда не разлучались.

Пока он не ушёл во время её первого выхода в свет, не сказав ни слова. Харрисон не вернулся в колледж на выпускной год, вместо этого сбежав в Европу.

Вскоре до неё начали доходить слухи о его парижских похождениях. О женщинах, вечеринках, дружбе с художниками и танцовщицами кабаре... Потом Мэдди перестала следить за его приключениями, потому что тот негодяй, которого арестовали парижские жандармы за попойку с анархистами, был ей незнаком. О, да. И об этом инциденте она тоже слышала.

Тем временем, жизнь в Нью-Йорке продолжалась. Мэдди посвятила себя любимому теннису и решила составить план на будущее:

Тренироваться каждый день в обязательном порядке.

Нанять Валентина Ливингстона, лучшего американского игрока в парном теннисе в качестве тренера.

Отложить брак на два года, чтобы иметь возможность принимать участие в турнирах по всей стране.

Выйти замуж в конце своего третьего сезона, составив лучшую партию из возможных.

Слава богу, родители согласились. 

 Прошлой весной три года напряжённых тренировок и тщательно продуманных планов, наконец, принесли свои плоды. Мэдди прошла квалификацию на открытое соревнования для всех желающих в Филадельфийском крикетном клубе в конце июня, также известном как Национальный чемпионат США.

Заветной мечтой Мэдди было стать лучшей теннисисткой страны.

– Наконец-то, – сказала она, когда мужчины подошли. – Я уже испугалась, что мне придётся играть одной.

– Доброе утро, – поприветствовал Кит, целуя её в щёку. – Мы нарушили твоё драгоценное расписание?

– Ты знаешь, что да. У меня весь день распланирован, и мне нужно приступать к тренировке.

– Вини его. – Кит ткнул большим пальцем в сторону своего компаньона. – Он заставил меня ждать целую вечность.

– Долго искал теннисные туфли. – объяснил Харрисон низким голосом, похожим на рокот, который отозвался в её груди. – Давненько я не играл. Здравствуй, Мэдди.

– Здравствуй, Харрисон. Вижу, ты вернулся из Парижа.

– Только вчера.

– Вот как.

Молчание затянулось. Взглянув в его голубые глаза, Мэдди поняла, что он помнит обо всех их разговорах и лукавых улыбках, о сотне шуток и тысячи секретов. Харрисон был одновременно таким родным и в то же время совершенно незнакомым. На языке вертелось множество вопросов и упрёков, но в то же время ей хотелось рассказать обо всём, что он пропустил, пока был в отъезде. Мэдди так бы и поступила, будь это её старый друг. Но она понятия не имела, что сказать мужчине, который сейчас стоял перед ней.

Мэдди безмолвно ждала от него каких-нибудь слов. Извинений? Оправданий? Чего угодно, что помогло бы ей понять причину его столь долгого отсутствия. Но Харрисон лишь молча её разглядывал. Возможно, он тоже подмечал изменения, которые произошли с ней с тех пор, как они виделись в последний раз? Думал об их прошлом и задавался вопросом, что произошло?

Одно было ясно. Их дружба не имела для него такого же значения, как для неё. Он уехал без предупреждения, не попрощавшись. За всё время своего отсутствия он не написал ей ни строчки.

– Приступим к игре? – спросил Кит, указав на корт.

Мэдди прочистила горло.

– Я готова, если вы готовы.

Харрисон засунул руки в карманы брюк.

– Я налью кофе и сменю Кита во втором сете.

– В этом нет необходимости, – сказала она. – Я сыграю против вас двоих одновременно.

Харрисон несколько раз моргнул, и Кит хлопнул его по спине.

– Тебя долго не было, приятель. Поверь мне, она играет лучше нас обоих, вместе взятых. – Он отошёл, чтобы выбрать ракетку, оставив Мэдди и Харрисона наедине.

– Хорошо выглядишь, – заметил Харрисон.

– Спасибо. Мне было жаль услышать о кончине твоего отца.

Уголок его рта дёрнулся, потому что и Мэдди, и Харрисон знали, что это не так.