Бывшие. Опять ты! - Градцева Анастасия

Он опасливо смотрит на капли. Потом на меня.

— Пожалуйста! — очень искренне просит он. — Я реально боюсь себе эту фигню в глаз пихать. Надо прям внутрь, да?

Тяжело вздыхаю.

— Как ты выжил вообще один? — бурчу себе под нос.

— С трудом, — тихо говорит он.

Почему-то его слова звучат так, как будто он не шутит. Но я делаю вид, что ничего не услышала.

— Хорошо, — объявляю я и забираю у Сафонова капли. — Но только один раз. Исключительно ради Лизы.

— При чем тут Лиза?

— Хочу, чтобы у нашей дочери был здоровый отец, а не одноглазый пират.

Я сажусь рядом с ним на кровать и командую:

— Клади голову мне на колени.

Это просто медицинская процедура. Ничего более.

Но почему-то когда я чувствую тепло и тяжесть его затылка на своих коленях, у меня перехватывает дыхание.

— Сейчас, — хрипло говорю я. — Открою и закапаю. Это будет быстро.

— Жаль, — бормочет он еле слышно.

Я сражаюсь с туго запечатанной крышечкой флакона, и в этот момент вдруг раздается громкий стук в дверь моего номера.

Я едва не подпрыгиваю на месте.

— Катя? — слышу я голос Андрея.

— Да, — глупо отзываюсь я.

— Это я. Открой.

Я в панике смотрю на ухмыляющееся лицо Сафонова, который вальяжно лежит у меня на коленях, потом перевожу взгляд на дверь, за которой стоит Андрей.

Какого черта? Он же только что на обеде сидел!

Зачем приперся да еще так не вовремя?

Что я сейчас должна делать?

Можно, конечно, открыть дверь и сказать Андрею правду: вот, мол, знакомься, это мой бывший муж, случайно встретились в отеле. Не подумай ничего такого, он просто зашел за каплями для глаз.

Но только есть одна проблемка: моя правда нихрена не похожа на правду! Больше напоминает тупую отмазку для наглой измены.

Есть и вторая проблемка, еще покруче: никто в компании, в том числе Андрей, не должен узнать, что Сафонов — мой бывший муж. Иначе меня просто уберут с этого проекта.

А я слишком многое в него вложила.

Все эти мысли пролетают в моей голове буквально за одно мгновение.

Может, затаиться, как будто меня тут нет?

А черт, я же уже откликнулась.

— Катя! — снова зовет Андрей. — Открой.

— Я не могу открыть! — кричу я и быстро зажимаю рот Сафонову, чтобы он не вздумал его открыть и что-нибудь ляпнуть. — Я голая.

Бывший муж фыркает мне в ладонь, а за дверью воцаряется изумленное молчание.

— Ну и что? — через паузу спрашивает Андрей.

Блин, он же меня видел голой.

Мы же спим вместе.

Отмазка не прокатила.

— Я боюсь, что кто-нибудь меня увидит! — кричу я, а сама панически оглядываю номер.

Он, как назло, очень маленький и очень пустой.

Спихиваю с колен Сафонова и быстро заглядываю под кровать.

Нет, туда нереально залезть. Слишком мало места.

— Катя, тут никого нет в коридоре, — раздраженно говорит Андрей. — Никто тебя не увидит.

— Я все-таки оденусь, подожди! — кричу я.

Показываю Сафонову на ванную, но он мотает головой и показывает на входную дверь.

Блин, он прав. Вдруг Андрей захочет руки помыть или ему понадобится использовать туалет по его прямому назначению.

Короче, в ванной Сафонова не спрячешь.

Слишком опасно.

Мой взгляд падает на шкаф.

Точно! Миллионы анекдотов не будут врать — место реально надежное.

Я хватаю бывшего мужа за руку и тащу туда. Открываю дверцу, сгребаю все вещи, которые уже успела развесить, и вместе с вешалками швыряю их на кровать.

— Одеваюсь! — ору я, запихивая в шкаф охреневшего Сафонова. — Уже почти!

— Кать, ты ебанулась? — выдыхает он растерянно. — Я туда не влезу.

— Влезешь.

Каким-то невообразимым образом я упаковываю в это маленькое пространство плечистого Сафонова, хотя для этого ему приходится сложиться буквально втрое.

— Сиди тут, — шиплю я. — И молчи. Ни звука!

Захлопываю дверцу, вижу стоящие у порога гигантские кроссовки бывшего мужа, быстро хватаю их и сую в свой чемодан, прикрыв вещами.

Уф. Вроде все.

Делаю глубокий вдох, приглаживаю ладонями волосы и иду открывать. Сердце у меня колотится, как у перепуганного зайца.

Господи, мне сорок лет! Что я творю?

Люди в этом возрасте уже внуков нянчат. Остепеняются, розы разводят, домашние соленья закатывают.

А я прячу в шкафу своего бывшего мужа. От своего нынешнего любовника.

Капец какой-то.

— Привет, Андрей, — говорю я, открыв дверь, и вдруг фыркаю от истеричного приступа смеха.

Звучит как начало известной песни.

Стоящий на пороге Андрей моего веселья не разделяет.

— Что смешного? — сухо спрашивает он, заходя в номер и закрывая за собой дверь.

— Привет, Андрей, ла-ла-ла, — напеваю я, — привет, Андрей, ну где ты был, ну обними меня скорей!

Но лицо у него остается серьезным.

Он что, не знает эту песню?

— Я был на обеде, — говорит Андрей, и в его тоне явно звучит обида. — Ждал тебя. А ты не пришла. На сообщения тоже не отвечаешь. Я думал, что-то случилось.

— А… ты меня ждал… — Я растерянно перевожу взгляд на гору одежды на кровати, потом ловлю свое отражение в зеркале. Юбка в обтяжку, красивый свитер, каблуки, которые я так и не сняла. — Ну да. Просто… понимаешь…

Боже, мозг, работай, пожалуйста!

Ты мне сейчас очень нужен!

— Ты нарядилась? — вдруг спрашивает Андрей, нахмурясь. — Почему?

Я моментально цепляюсь за это.

— Слушай, да, нарядилась. Прости, что так долго. Понимаешь, я просто очень долго искала, что надеть на обед. Никак не могла решить, в чем буду лучше выглядеть. Очень хотелось быть красивой.

Голубые глаза Андрея вдруг вспыхивают чисто мужским самодовольством.

Хмурый лоб разглаживается, а на лице появляется игривая улыбочка.

— Красивой? — спрашивает он томным голосом первого жеребца на деревне. — Для меня?

И в этот момент со стороны шкафа раздается скрип.

Глава 9.

Мое сердце уходит в пятки.

Андрей настороженно замирает, крутит головой, но я не даю ему сообразить, что это был за звук.

Вместо этого я очень громко и очень эмоционально восклицаю:

— Ну конечно я хочу быть красивой для тебя! Все для тебя! А теперь пойдем скорее на обед.

Мой расчет прост: если мы уйдем из номера, Сафонов тоже сможет потом незаметно смыться. И никакой проблемы не возникнет.

Но у Андрея совсем другие планы.

Он жадно смотрит на мой вырез и чуть ли не облизывается.

— Ммм, — тянет сладким голосом. — Обед — это хорошо, а то я, кажется, проголодался.

— Ты же только что ел, — опускаю я его на землю.

— Ну и что? Я не отказался бы от десерта, — мурлычет он и подступает ко мне с вполне определенными намерениями.

Вот же блин!

Когда надо, от Андрея не дождешься. Он то устал, то спать хочет, то настроения нет.

А когда вообще — вот совсем вообще! — не надо, то получите-распишитесь! В нем, видите ли, самец пробудился.

— Десерты есть вредно, — заявляю я и машинально кошусь на живот Андрея.

У него, конечно, не пузо, но и не кубики, как у моего бывшего мужа.

На прессе Сафонова можно было бы белье стирать. Вместо доски.

Вот как так получается, что мой бывший муж старше моего любовника на десять лет, а физически выглядит лучше него?

Нечестно, блин.

— Не бойся, у меня будет очень полезный для фигуры десерт, — подмигивает Андрей и причмокивает губами. — Полезный, вкусный и очень сладкий. Иди ко мне, Катюш. Хочу попробовать твои дыньки.

У меня вспыхивают щеки от этого безумного, как говорит моя Лиза, кринжа.

Боже, ну почему как дебил ведет себя Андрей, а стыдно при этом мне?

Может, потому, что все это слышит Сафонов?

Слышит и ржет там, наверное, втихаря.

У нас с ним никогда не было таких идиотских прелюдий. Никаких «а чья это ножка» или «а кто тут у нас такой вкусный». А еще мы никогда не называли части нашего тела тупыми эвфемизмами.