Одинокая ипотечница желает познакомиться - Светлова Ника

— Ну и пожалуйста, — сказала она вслух пустой прихожей. — Не нужны мне ваши прописки и ваши риелторские запросы. И паркинги ваши не нужны.

Она достала ноутбук, чтобы удалить анкету к чертям собачьим. Но сначала, чисто по привычке, решила глянуть «входящие» для статистики, чтобы знать, сколько безнадёги скопилось за вечер.

Там, среди шаблонных «привет, красава», «как дела, малышка?» и одного откровенно трешового «а ты любишь борщ? я люблю», висело одно непрочитанное сообщение. От пользователя с именем «Алексей» и фотографией, где он стоял с собакой странной породы, похожей на швабру, приставленную к ногам мужика в болоньевой куртке.

Ася вздохнула и открыла. Потому что удалять анкету - это святое, но сначала нужно начитаться треша.

Алексей: Добрый вечер. Прочитал про вид на лесопарк, который пока не вырубили. У меня похожая ситуация, только окна во двор-колодец. Слушайте, а вы не знаете, какой герметик лучше брать для пластиковых окон, чтобы не сифонило? А то я мастеров вызывать разоряюсь, берут по пять тысяч за выход, а через месяц всё равно дует. Сам боюсь накосячить. Опыта нет. Сосед сказал «жидкими гвоздями замажь», но я ему не верю, он в прошлом году балкон просрал.

Ася зависла.

Ни комплиментов её внешности, которой на аватарке не видно. Ни намёков на квадратные метры. Ни «давай встретимся, я классный». Ни «у тебя красивые глаза», хотя глаза у неё действительно красивые, но Алексей этого знать не мог, потому что на фото она была в солнечных очках.

Просто герметик.

Ася подошла к своему окну. Провела рукой по стыку. Да, в прошлом ноябре тоже немного поддувало слева, пришлось регулировать створку. И вызывала мастера. Тот пришёл, покрутил что-то, взял три тысячи, сказал: «Всё, красавица, не дует». А через неделю задуло снова. Тогда она сама полезла в YouTube, нашла канал «Саня на стройке» и за три вечера научилась менять прижим цапфы. Ничего сложного, если не боишься отвёртки и матерных инструкций.

Она надела очки и начала печатать. Долго, потому что хотела написать «дурачок, конечно», но сдержалась. Незнакомому человеку вежливость прежде всего.

Ася: Алексей, здравствуйте. Зависит от того, какой у вас профиль. Если Rehau, берите «Стиз А», не ошибётесь. Если KBE, то лучше «Момент Гермент». Но сначала проверьте уплотнительную резинку. Часто дело не в стыке, а в том, что резинка ссохлась или легла неровно. У меня была та же история. Я вызывала мастера трижды, пока не плюнула и не научилась сама менять прижим цапфы. Это не страшно, если вы умеете отличать шестигранник от звёздочки. Если хотите, скину видео, как это делается. Канал называется «Саня на стройке», но Саня там матом ругается, так что не пугайтесь.

Она нажала «Отправить» и вдруг поймала себя на том, что улыбается.

Не потому, что перед ней потенциальный жених, муж, любовник или сосед по лестничной клетке с паркингом. А потому, что она, одинокая ипотечница с лицом хищной лани, только что впервые за долгое время с кем-то поговорила по-человечески.

Не о кредитном рейтинге. Не о статусе отношений. Не о том, сколько кто зарабатывает и чья квартира круче. А о сквозняке, который мешает спать по ночам. О герметике, который держит тепло. О глупой резинке, из-за которой ты просыпаешься с ледяным плечом и думаешь: «Господи, ну почему мир не может быть устроен чуть проще?»

Через пять минут пришёл ответ.

Алексей: Вы богиня. Серьёзно. Я уже месяц мучаюсь. Сосед советует скотч. Я ему не верю, потому что он в прошлом году посудомойку сам подключал и затопил три этажа. Скиньте видео. И скажите честно, «Саня на стройке» сильно матерится? У меня ребёнок спит в соседней комнате, но если не сильно, то я рискну.

Ася засмеялась вслух. Причём так, что эхо пошло по пустым комнатам от серо-голубой стены до ламината, от ламината до кухни, где ещё не было фартука.

Она напечатала:

Ася: Матерится средне. На троечку из пяти. Я бы сказала «по делу и с душой». Детям лучше не включать. А вам самое то. Держите ссылку.

И скинула.

Потом встала, подошла к окну и посмотрела на дом напротив. Там горели жёлтые квадраты. Их было девять штук. В одном ужинали. В одном спорили. В одном, кажется, танцевали. В девятом ничего не было видно, только белый свет и иногда тень, проходящая мимо.

Ася подумала: а вдруг в одном из этих окон кто-то сейчас тоже открыл анкету и написал незнакомке про герметик? Или про гудящую вытяжку? Или про унитаз, который странно шумит по ночам?

Она взяла телефон и передумала удалять анкету.

Написала новую строчку в разделе «О себе»:

«Понимаю в герметиках. Могу отличить цапфу от эксцентрика. В активном поиске человека, у которого дует из окна, а не из ушей».

И добавила смайлик. Первый смайлик за всё время.

А потом, подумав секунду, достала из холодильника бутылку белого. Недорогого, потому что ипотека. Налила в бокал, который пошёл в нагрузку к набору тарелок. Сделала глоток. Прямо на диване. Без салфетки под бокалом.

Ничего не пролилось. Мир не рухнул.

Через час прилетело новое сообщение от Алексея. Не про герметик. Не про цапфу.

Алексей: Спасибо. Правда. Я уже третий раз смотрю, у Сани на шестой минуте отдельная песня, но я пробил резинку, там действительно была складка. Подправил. Вроде не дует. Вы не представляете, как я вам благодарен. Я и не думал, что кто-то ответит так подробно. Люди обычно пишут «гугли» или молчат. А вы написали целую инструкцию. Это было... неожиданно приятно. Кстати, лесопарк свой не вырубайте. Мы с собакой любим туда ходить. Если вы не против, конечно.

Ася поставила бокал на журнальный столик. Без подставки. Пятно потом, но не сейчас.

Она набрала:

Ася: Не против. Только предупредите, когда пойдёте, я покажу, где черника растёт. Если её ещё не вырубили.

И отправила.

За окном, в доме напротив, горели всё те же девять окон. Или десять. Ася уже не считала.

Она смотрела в телефон и улыбалась.

Герметик — не самый плохой предлог для знакомства.

Хотя бы никто не просит ключи.

Пока.

Глава 2

Алексей предложил встретиться в субботу, «если лесопарк ещё на месте, а герметик держит». Ася три дня перекладывала эту фразу в голове, как ту самую вилку на два сантиметра. Формулировка была идеальной: ни свидания, ни деловой встречи, а что-то среднее — «проверка герметика на местности».

В субботу она надела кроссовки. Не новые, которые жали, а старые, с потёртостями, которые Лерка называла «позором ипотечницы». В них было удобно. Она даже не стала красить ресницы тушью в три слоя, просто умылась, собрала волосы в хвост и вышла из квартиры, не оглянувшись на ламинат.

Лесопарк оказался на месте. Его ещё не вырубили, и он пах прелой листвой и чем-то неуловимо детским, может, мокрой корой, может, свободой. Ася пришла на десять минут раньше, чтобы постоять одной и привыкнуть к мысли, что сейчас придётся разговаривать не через экран.

Алексей пришёл вовремя. С собакой. Собака действительно была похожа на швабру: длинная, взлохмаченная, с чёлкой, закрывающей глаза, и с таким видом, будто её только что достали из стиральной машины и забыли отжать. Звали собаку Кнопой.

— Кнопа, — сказал Алексей, пожимая Асе руку. — По документам Кнопа Первая. Но никакой второй нет. Просто звучит солиднее.

Ася присела на корточки и протянула руку. Кнопа обнюхала её ладонь и чихнула. Это был, кажется, комплимент. Ася заметила, что Кнопа всё время косится на её кроссовки и слегка подрагивает.

— Она чего? — спросила Ася.

— Кроссовки проверяет, — Алексей вздохнул. — У неё пунктик. Она боится людей в ботинках на толстой подошве. И ещё микроволновок. И пылесосов. И фена. В общем, всего, что шумит. Однажды забралась в шкаф, когда заработала кофемашина. Мы её час искали.

Кнопа ещё раз чихнула и, видимо, признала Асины кроссовки безопасными, потому что лизнула ей руку и завиляла хвостом. Война была окончена, не начавшись.