Ты мне больше не нужна - Стрельцова Александра

Алексей от моих последних слов округляет глаза, смотрит так пристально. Три месяца назад я нашла у парадной котёнка, которого и отнесла охране на пункт, в тот день дежурил как раз Алексей. Ему котейка понравился, сказал, что заберёт себе.

– Арина Павловна? – и вновь удивлённый, ничего не понимающий взгляд.

Но отвечать не собираюсь, не Арина я, больше не она. Пригнувшись, подлезаю под шлагбаум, покидая территорию комплекса. Нужно как-то добраться до дома родителей и поговорить с отцом. В сердце всё же теплится надежда, что он мне поможет.

Отойдя подальше от въезда в комплекс, достаю телефон, сразу видно, что модель не из дорогих. Разблокировав экран, отмечаю, что сим-карта присутствует, но другого оператора, в журнале номеров пусто, приложения все стандартные. Ясно, телефон новый.

Горькая усмешка искривляет губы. Без связи решил меня не оставлять, какой заботливый! Проверяю баланс, связь оплачена, значит, можно и такси вызвать… Запинаюсь от собственной мысли. В сумочке, кроме паспорта и телефона, нет ни денег наличными, ни банковской карты! Не только кошелёк мой вытащил, но и личные вещи, такие как маленькая пачка влажных салфеток, губная помада, зеркальце, даже мятные леденцы забрал! Что ещё было в сумочке, сейчас не вспомню, голова идёт кругом.

По памяти набираю номер отца, нужно узнать, где он сейчас, и вызвать туда такси, которое он и оплатит. Пару гудков, и по ту сторону разносится голос отца:

– Я слушаю тебя, Алина, – твёрдый и спокойный тон.

Зажмуриваюсь, качая головой. Он знал, кто ему звонит, до этого дня за четыре года он ни разу не обратился ко мне настоящим именем! У него явно есть этот новый номер, он знал, кто с него будет звонить, а это значит, Синицын говорил правду! Отец в курсе всего происходящего!

– Я так понимаю, помощи мне у тебя искать не стоит? – стараюсь говорить, чтобы голос не дрожал, вот только такая обида накатывает, что горло сжимается спазмами и новый поток слёз готов сорваться из глаз.

– Почему? Я готов помочь тебе, ты моя дочь, и я как любящий отец всегда выручу тебя, давай приезжай домой, мы всё обсудим и решим, – неожиданно говорит папа.

– Ты правда мне поможешь? Поможешь забрать Аврору? – шепчу, не сдерживая всхлип.

– Приезжай, дочка, мы всё обсудим, – повторяет отец.

– Я сейчас приеду, пап, только у меня денег нет, ты оплатишь мне такси? – прикусываю губы, стыд окатывает с головы до ног.

Какая же я дура! Нельзя было бросать работу, нельзя было слушать Синицына, но он настоял, буквально приказал, когда я узнала, что беременна. Я потеряла очень престижное место. После института я успела поработать полтора года, сделала скачок в карьерной лестнице, стала заместителем директора рекламного отдела в одной очень большой компании. И вот теперь ни семьи, ни работы, с пустыми карманами!

– Конечно оплачу, о чём ты говоришь, приезжай, мы с мамой ждём тебя, – звучит по ту сторону.

– Спасибо, – выдыхаю, – я скоро буду, – говорю напоследок и отключаюсь.

Слова отца о том, что он мне поможет, теплом и надеждой разливается в груди, но страх не отпускает ни на секунду! Слова Жени ещё стоят в ушах. Да, Арина всегда была любимицей отца, я это чувствовала и видела всегда, но, может, после побега старшей дочери отец пересмотрел свои взгляды и теперь нет той любви, что была раньше?

Все эти четыре года только я была рядом, а Арина крупно подставила отца, он сильно на неё обиделся, я видела это, чувствовала, как между нами укрепляется та нить отца и дочери, что всегда была тоньше паутины.

Вызвав такси, дождалась машины, благо приехала она быстро, но всё это время я смотрела на въезд в комплекс, словно ждала, что Женя сейчас выбежит из-за шлагбаума, бросится ко мне, станет просить прощение, убеждать, что всё это неудачный розыгрыш! Но нет, муж не появился, волшебства не случилось!

До родителей без пробок ехать не так далеко, всего пятнадцать минут, мне удалось добраться за двадцать.

Дверь в квартиру была приоткрыта, это явно было сделано для меня.

Переступив порог, тихо закрыла за собой дверь, но даже разуться не успела, как в коридоре появилась мама. По её красным глазам и припухшим векам было понятно, мама плакала.

– Доченька моя, девочка…, – всё, что смогла сказать мама, прежде чем её глаза вновь наполнялись слезами.

Не смогла сдержаться, сама разревелась, что ребёнок. Не знаю, кто из нас первым бросился обниматься, но горячие руки мамы я ощутила на своих плечах, обняла маму в ответ, спрятала лицо в её плече.

– Прости меня, Алинка, я тогда ещё должна была не допустить всего этого, да кто меня тогда слушать бы стал! Кобели проклятые, глотки драли, что в жизни тебя не обидят, а они вон как! Не плачь, родная, мы Аврору у них заберём, папа обещал помочь, я с ним уже говорила…

– Галя, – раздался грубый голос отца, – что за сопли вы здесь развели? – недовольно говорит папа, слегка ёжусь от его слов.

– Паша…, – попыталась возразить мама, но отец перебил.

– Алина, иди за мной.

Теряюсь от его тона, что-то совсем не похоже, что он как-то переживает за меня, внутри вновь всё напрягается.

– Паша, дай ей хоть успокоиться! Ты видишь, в каком она состоянии? – разворачивает лицом к отцу.

– Галя, я сам знаю, когда мне разговаривать с дочерью! – видно, как отец начинает злиться.

– Мам, – кладу руку на её плечо, – я поговорю с папой, а ты сделай нам чай, – прошу женщину.

– Я позову вас, когда всё будет готово, – соглашается мама, нехотя уходит на кухню.

Я же молча иду за отцом в его кабинет. Зайдя в кабинет, присаживаюсь в ближайшее кресло, ноги перестают слушаться.

– Алин, я не буду ходить вокруг да около, скажу сразу, то, что сказала тебе мать, не будет. Она случайно услышала наш с Евгением разговор, и чтобы у неё не случился очередной сердечный приступ, наговорил ей лишних обещаний. Аврора останется с отцом.

Глава 2

ЕВГЕНИЙ

– Ушла? – раздалось тихим голосом позади.

Криво усмехнувшись, киваю головой и только после поворачиваюсь к любимой. Аринка, моя Аринка, здесь, в моём доме, рядом и уже больше никуда не сбежит! Глупышка, такую ошибку совершила, лишила нас счастья на целых четыре года, испугалась дурочка взрослой жизни и убежала!

– Иди сюда, – раскрываю руки для объятий, хочу держать её вечно, ни на секунду не отпускать.

– Жень, – всхлипывает любимая и буквально падает в мои руки, – мне так её жаль, так стыдно, она же моя сестра, мы неправильно поступаем, так нельзя! – всхлипывает ещё громче, жмётся замёрзшим котёнком.

– Тишшш, не плачь, родная, – прижимаю крепче, у самого кошки на душе, внутри погано, но жить так больше не выносимо!

Аринка вернулась полгода назад, встретились случайно и всё, не смогли больше расстаться, чувства, что были раньше, накатили в стократном размере. Первый час встречи кипел яростью, схватил, утащил её в первый попавшийся отель, вытряс из неё всю правду, почему так поступила с нами?! А после была страсть, безудержная, животная, мы оба не могли оторваться друг от друга.

– Она не оставит Аву, она её очень любит, ты уверен в своём решении? Она же мать, Жень! Я даже представлять себе не хочу, что моего ребёнка вот так могут отобрать, – лепечет, подрагивая всем телом.

– Ава будет с нами, она моя дочь, и не только по этой причине дочь останется с нами! – По мимо воли повышаю голос, не нравятся мне мысли любимой, – отдай я Аву Алине, значит рассказать всем об обмане, это ударит по моей репутации. Сама Алина доказать ничего не сможет, ты моя жена по всем документам и в сердце моём только ты, Ава наша дочь, – говорю довольно твёрдо, так, чтобы она поняла раз и навсегда.

– Что теперь будет с Алиной? – нарушает минутную тишину.

– Павел Иннокентиевич всё решит, он всё объяснит твоей сестре, если надо будет, отправит её куда подальше, это больше не наша проблема, главное мы вместе и отец на нашей стороне. Хороший он мужик, понятливый, – говорю и сам понимаю, как глупо и неправильно звучат последние слова.