Развод невозможен - Лав Агата

– Уверена. Они называли наши имена. А еще Дима вчера не приехал домой ночевать, остался в офисе.

– И часто он ночует в офисе?

– Нет, только когда дела наваливаются. Ты же знаешь его работу!

– Мой бывший тоже такой трудоголик был, такой трудоголик.

От ее язвительности становится не по себе.

Тем более я в курсе, каким подонком был ее бывший муж. Я тогда Злату не один месяц успокаивала, она столько слез выплакала и столько посуды перебила. А еще я ловила ее у квартиры какой-то ведуньи-шарлатанки. Злата очень хотела, чтобы та провела обряд и у ее благоверного отсохло одно место.

– Прости, я в этом вопросе не лучший советчик, – продолжает Злата. – Я много слушала, что “на работе запарка” и что “командировка срочная и никак не отменить”. А он на самом деле завел другую бабу. Вот так банально. Жизнь вообще банальная штука.

Она отпивает из стаканчика.

– Он мне потом высказывал, что я на себя забила. Представляешь? Выглядела я плохо, и дома бардак был, оказывается. Ему мало времени уделяла. Поэтому он перестал видеть во мне женщину и разлюбил. Видишь ли, я ему чужая стала. А я тогда бегала как белка в колесе. У меня родители сильно заболели, один за другим… Бесконечные врачи, анализы, больницы, то в одном месте консультация, то в другом. И страшно было, вдруг лечение не поможет.

– Я помню, Злат.

– Я ждала поддержки, в каждой семье бывает черная полоса, а оно вон как вышло, – она усмехается и выдыхает, отпуская неприятные воспоминания. – Развод и девичья фамилия. Хорошо, родить не успела от такого урода.

– Он сейчас точно локти кусает.

– Еще бы, – она смеется. – Знаешь, сколько раз писал?

Злата быстро привела себя в форму. Черная полоса закончилась, и она взялась за себя. Не только за фигуру, но и за профессию, вообще жизнь. Тогда же она покрасилась в рыжий цвет, который ей безумно идет.

– А подозрения у тебя есть? – спрашивает она после паузы. – Может, какая-то стерва крутится вокруг твоего мужа?

Я качаю головой. Но у него много сотрудников, и он проводит десятки встреч. В другие города по делам он тоже летает. Дима успешный бизнесмен, и он привлекательный мужчина, вокруг таких всегда накалено поле женского внимания.

Черт.

Я так давно об этом не задумывалась. Провалилась в спокойную семейную жизнь и потеряла бдительность.

Я поворачиваю голову и смотрю в большое зеркало, которое висит рядом с окном. Мне кажется, что я выгляжу нормально. Хотя я никак не подчеркиваю свою женственность. На мне удобные кроссовки и брючный костюм из мягкой ткани. Волосы собраны в пучок. Макияжа нет. Духи тоже забыла нанести, опаздывала с Алиской в садик.

Это уже считается, что запустила себя, или еще нет?

А на мужской взгляд?

На взгляд моего мужа?

– Прости, – говорю Злате, доставая зазвонивший сотовый. – О, это Дима.

Не прошло и трех часов, как он решил перезвонить мне.

Глава 3

Муж приезжает за мной.

Я наблюдаю через окна студии, как он паркует свой большой внедорожник и выходит на улицу. Я невольно заглядываюсь на него, следя за каждым жестом.

Если честно, я пытаюсь скинуть прожитые вместе годы и посмотреть на него свежим взглядом. Не в привычном антураже, когда наша дочка бегает рядом, а моя голова забита ремонтом и бесконечными делами. А вот так… На улице.

Словно он случайный прохожий.

Я утыкаюсь лбом в прохладное стекло и вижу, как муж закидывает ключи от машины в карман и четким движением поднимает воротник, когда налетают порывы ветра. Он брутален и сексуален, как дьявол. Да, он определенно выделяется из толпы. Дима излучает мужскую уверенность и напористую силу. Он успешен, это сразу бросается в глаза. И он умеет одеваться. На нем черные джинсы и поло, поверх которого накинут классический тренч.

– Малыш, – произносит он с улыбкой, когда я выхожу ему навстречу. – Успеваем забрать Алиску из садика?

– Да, сейчас только полчетвертого. Они в это время обычно кушают.

Я закидываю сумку через плечо и передаю ему картонную коробку с рекламными буклетами.

– Это надо отвезти домой.

Дима кивает и перехватывает коробку. Он тянется ко мне за поцелуем, а я действую как робот со сбитой программой. Запоздало реагирую, отвечая на его ласку, но внутри скребется что-то неприятное и отравляющее каждое мгновение.

– На тебе другая одежда. – Я провожу ладонью по его поло. – Ты заезжал домой?

– Нет, у меня есть одежда в офисе. Ты же сама передавала. Не помнишь?

Я хмурюсь. Я правда не помню.

– У меня с этим переездом голова идет кругом, – я устало выдыхаю.

– Тебе надо отдохнуть, Анют. Я серьезно. Слетайте куда-нибудь в теплые края с Алисой, дочка будет рада. Забронируешь хороший отель с закрытой территорией, возьмешь няню…

– А ты?

– Сейчас не лучшее время. – Дима кладет ладонь на мою поясницу и направляет к входной двери студии. – Я не смогу вырваться.

– Ты же босс, Дима. Неужели никак? Тебе тоже надо отдыхать.

– В следующем году. Обещаю.

Я знаю, что здесь бесполезно спорить.

В нашей семье по важным вопросам последнее слово всегда остается за Димой. Он глава во всех смыслах, и я сама не заметила, как приучилась во всем советоваться с ним. Хотя нет. Пожалуй, я могу купить занавески на свой вкус. Но вот наш дом выбирал муж.

Он выслушал мои доводы, когда я хотела поселиться в другом месте, а потом по пунктам убедил в своей правоте. Он умеет быть чертовски настойчивым и заводить разговор в глухой тупик, в котором остается только один вариант – принять его сторону. Я на самом деле согласилась с ним, хотя душа до сих пор не лежит к “Золотой дубраве”. А уж его работу вообще нельзя трогать. Я ведь знала, что выхожу замуж за карьериста и трудоголика. Точка.

– Анна, – за спиной раздается голос моего менеджера. – Подождите минутку.

Я оборачиваюсь и вижу, как Эльвира приближается к нам с папкой в ладонях. Она стучит шпильками, и эхо каждого ее шага расходится по залу и начинает безумно меня раздражать. Она где-то бросила свой модный бесформенный пиджак и теперь соблазнительно покачивает бедрами в обтягивающем платье темно-синего цвета.

– Добрый день, Дмитрий Александрович. – Она бросает на моего мужа теплый взгляд.

– Добрый, – отвечает он и сразу толкает дверь, отворачиваясь от нее и впуская прохладный осенний воздух с улицы.

– Что вы хотели, Эльвира? – спрашиваю у менеджера.

– Только что пришли документы от жюри. Возьмите с собой.

– Спасибо. Можно было кинуть мне на почту.

– Я решила, что лучше распечатать.

Она любезно улыбается, а я забираю папку. Дима ждет меня. Он придерживает дверь и рассматривает противоположную сторону бульвара, совершенно игнорируя наш с Эльвирой разговор. Я быстро прощаюсь и ловлю протянутую ладонь мужа.

– Знаешь, что я тут пыталась вспомнить? – спрашиваю его, когда мы поворачиваем к парковке. – Кто посоветовал мне Эльвиру?

Дима вдруг ловит свой шаг. Он на мгновение замирает, словно меньше всего ожидал такого вопроса. Но он быстро приходит в себя.

– Мой приятель. Она работала в его фирме пару лет.

– А как его зовут?

– Ты все равно его не знаешь, – отзывается Дима, а я неожиданно для себя считываю в его голосе непривычное напряжение. – А зачем тебе?

– Да так, – я пожимаю плечами, – просто любопытно стало.

Дима подводит меня к своему внедорожнику.

– Дим, ты забыл закрыть окна.

– Я специально. Пытаюсь проветрить салон.

Он усмехается и нажимает кнопку сигнализации. Машина подмигивает фарами, после чего муж кладет ладонь на хромированную ручку пассажирской двери.

– Только не удивляйся, – бросает он.

– А что случилось?

– Видно, ночью сломался дозатор ароматизатора. Я утром чуть не задохнулся.

Дима раскрывает для меня дверь. Я наклоняюсь вперед и чувствую резкий химозный запах. Я с трудом угадываю в нем привычный аромат, который всегда покупаю для машины мужа. Сейчас он слишком концентрированный и больше напоминает средство для уборки.