Между нами повисает неловкая пауза, и я не знаю, что должна сказать.
— Ладно, — вздыхает Фёдор. — Куда уж мне до богатенького! — произносит обиженно и разворачивается к воротам.
— Да при чем тут, что он богатенький? Мы не можем определить границу участка! Он говорит, что мой забор стоит на его территории. Вот и хочу решить этот вопрос.
— А с фига ли он так решил? — замирает Фёдор, и голубые глаза мгновенно темнеют.
— У него есть документы, утверждающие это.
— Понял, решу.
— Федя, не смей! Все будет в порядке. И если возникнут какие-то проблемы, я тебе обязательно сообщу.
— Точно? — смотрит с подозрением.
— Точно.
Фёдор уходит, а мне приходится потратить остаток дня на чистку его подарка. Не о такой романтике мечтают женщины, не о такой. Лучше бы он мне саженец розы новой подарил, или винограда. А еще лучше — яблоньку новую.
К окончанию чистки я вся в чешуе и пахну так, будто сама живу в озере.
Этот запах настолько невыносим, что я не решаюсь нести его в дом и собираюсь принять уличный душ.
Я раздеваюсь и, включив воду, намыливаюсь, пританцовывая под звуки радио, что играет у меня на улице.
Но не успеваю смыть мыло, как шторка разъезжается и я вижу перед собой разъяренное лицо бывшего.
— Что ты делаешь?
— А это мы с тобой сейчас выясним! Выбирай: сама сдашься или мне придется написать на тебя заявление? — лицо Влада перекошено от злости.
— Что? — не понимаю, о чем он.
— Никогда не думал, что ты опустишься до уровня гопницы, Женя.
— О чем ты?
— Ну раз ты не понимаешь, тогда спросим у твоего хахаля прямо сейчас?
— Нет у меня никакого хахаля!
— Правда? Тогда ты не расстроишься, если я засажу его за решетку. А вместе с ним и тебя.
— Да что происходит?
— Сейчас узнаешь, — бывший делает шаг в душ…
Глава 6
Влад заходит в душ, а я пячусь назад, в шоке.
— Что ты делаешь? — упираюсь спиной в стенку душа.
— Собираюсь тебе кое-что показать, — хрипло говорит он, прижимаясь ко мне своим здоровенным телом.
— Не надо мне ничего показывать, я уже все там видела! Впечатляй своих Мариночек.
— А что так? У твоего гопника более впечатляюще? — он внезапно дергает полотенце, перекинутое через стенку.
— Лучше тебе не знать, а то комплексы появятся. А тебе вредно комплексовать, тогда ты тут вместо своего здоровенного монстра построишь небоскреб, лишь бы компенсировать! — говоря все это, я получаю наслаждение от того, как искажается его лицо.
— Комплексовать, значит? — резко дергает меня на себя.
— Что ты себе позволяешь? Не смей меня трогать, — пытаюсь оттолкнуть его и в то же время игнорировать то, как его потемневший взор прокатывается по моему телу. — И не смотри на меня! — бью его в грудь, но он лишь обхватывает меня своими ручищами и начинает возиться.
Трется своим большим твердым телом о мое, вызывая странные ощущения.
— Быстро отошел!
— Ну уж нет, милая. Я тебя отпущу, когда сам посчитаю нужным.
Бывший заворачивает меня в полотенце и перекидывает через плечо.
— Родионов! А ну, живо поставь меня на место! — колочу его по плечу. — Я же на весь поселок свечу пятой точкой!
— Я твою пятую точку прикрываю, не паникуй! — прет этот танк напролом к своему участку.
— Что ты задумал? Что вообще происходит?
— Сейчас все узнаешь.
— Влад, дай хотя бы одеться.
Он рычит и ставит меня на ноги, стягивая с себя рубаху и накидывая на меня, застегивая нервно.
— Так пойдет? — смотрит прямо в глаза.
— Может, я в свое? Что за спешка?
— Свое? — играет желваками. — Чтобы ты зашла в дом и не вышла оттуда? Ну уж нет. Натравила на меня своего гопника, так что вперед!
Повязываю полотенце на бердах, чтобы максимально закрыть обнаженные части тела.
Мы заходим к нему во двор, и я замираю.
— Федя? .
Мой молодой поклонник сидит на ступеньках особняка моего бывшего, рядом с ним еще парочка его приятелей, и над ними стоят четыре амбала, не дающих сдвинуться с места, и рядом с ними Павел, адвокат Владислава.
— Что происходит? — смотрю на Фёдора и его дружков.
— Решили заступиться за твою честь, — усмехается бывший, засовывая руки в карманы брюк.
— Что? — перевожу взгляд с Фёдора, что дерзко разглядывает меня, на его дружков и обратно. — Федя, что ты сделал?
— А что? Не надо было? У вас, я смотрю, все на мази, вон рубашки его носишь, — произносит обиженно.
— Какое “на мази”? — вспыхиваю. — Он вломился ко мне, чтобы я ответила за то, что натравила тебя на него. Что ты ему сделал?
Федя сжимает плотно губы и смотрит на меня исподлобья. Ну прям как наши мальчишки. Они точно так же вели себя, когда пакостили. Только вот Фёдор не мальчишка. Ему уже тридцать пять, и если он сделал что-то…
— Ну что же ты молчишь, герой? — обращается к нему Влад. — Или стыдно в подвигах своих признаться?
Федя продолжает молчать.
— Тогда я расскажу, — Влад поворачивается ко мне лицом и смотрит пристально, а я изо всех сил игнорирую его накачанный обнаженный торс. — Я не знаю, может, это у вас в порядке вещей, но только я въехал в поселок, эти герои меня затормозили, прикурить. А потом с битой начали угрожать, чтобы держался от тебя подальше, иначе… что? — смотрит на Фёдора. — Иначе я пожалею и в этой деревне мне не жить. Я сел в машину, проехал еще пару метров, и надо же, проколол все колеса, потому что кто-то выложил ленту с гвоздями на дорогу.
— У тебя нет доказательств.
— Да? А если найду? — смотрит на соседа и его друзей. — Хочешь, чтобы из пожарки тебя погнали поганой метлой?
Федя хмурится и сопит.
— А чего ты к бабе моей пристал? — вспыхивает парень, а я смотрю на него пораженно, не понимая, в какой момент стала его.
— Федь… — прерываю этот бессмысленный разговор. — Владислав — мой бывший муж.
Спустя еще десять минут очной ставки я возвращаюсь домой, и наконец-то получается одеться. Какое-то время сижу, переваривая случившееся и думая о том, где я так накосячила, что даже после развода мне нет покоя.
Вспоминаю про рыбу, что оставила в предбаннике, и понимаю, что немедленно должна либо спрятать ее в морозилку, либо пожарить. На жарку сил нет, и я просто убираю ее в морозильную камеру, а потом падаю на кровать совершенно без сил.
Вздрагиваю, когда раздается стук в дверь.
С трудом поднимаюсь и подхожу к двери.
— Кто?
— Жень, это я, — раздается голос Фёдора.
Я приоткрываю дверь, смотрю на него и вижу перед собой только совершенно незрелого человека, который, видимо, так и будет заниматься инфантильной фигней всю оставшуюся жизнь.
— Чего тебе?
— Я это, извиниться хотел, — поднимает он руку, показывая коробку с тортом. — Пустишь?
— Поздно уже, уходи, — даже не собираюсь его впускать.
— Да я ж ненадолго…
— Уходи, Фёдор. И больше не приходи. Подарки тоже можешь больше не носить. Я разочарована, — закрываю дверь и наконец-то ложусь спать.
А посреди ночи вскакиваю от жуткого грохота. Прислушиваюсь, но вроде шум больше не повторяется. Но проверить его источник не решаюсь, страшно. Утром собираюсь доехать до Росреестра, чтобы разрешить вопрос с территорией. Выхожу на улицу и вижу разбитое окно в сарае…
Глава 7
После событий прошлых дней и разбитого окна настроение откровенно паршивое. Не хочется думать, что кто-то может желать мне зла. Хотя и раньше поклонницы Фёдора мелко пакостили мне, но не доходило до порчи имущества.
А сам сосед что о себе возомнил? Если он надеялся таким образом произвести на меня впечатление, то это глупо.
Я бы гораздо больше впечатлилась, если бы он поговорил с моим бывшим с глазу на глаз, а не занимался организованным разбоем.
А Влад… Снова сплошные огорчения из-за него.
На сенсорной панели мерцает вызов от младшего сына. Увидев его имя, улыбаюсь и принимаю звонок.
