Запретный вираж - Финн Дарси

— Тогда какого черта ты себе позволяешь, если вы просто приятели?

Но Логан явно недоволен этим вмешательством: его лицо меняется буквально на глазах, когда холеное эго начинает трещать по швам под давлением другого, более успешного и уверенного в себе мужчины. Он недовольно скалится, грубо хмыкает и наконец отпускает мою талию. Я тут же наклоняюсь, чтобы поднять с пола свою сумочку, которая выскользнула из рук в суматохе и…

— А говорила, никто из них не трахает тебя, Кенни, — злостно усмехается Логан, захлебываясь от собственной беспомощности и яда. — Ну, хоть кому-то из нас перепало.

— Поверь, приятель, тебе остается об этом только мечтать. Как, впрочем, и мне.

Роуэн внезапно оказывается слишком близко к нам, полностью перекрывая мне путь к отступлению: не удостаивая Логана даже мимолетным взглядом, он спокойно достает из кармана наличные, которых гораздо больше, чем требуется, и небрежно бросает купюры на деревянную барную стойку, закрывая наш общий счет.

Не давая мне опомниться и прийти в себя, Грекхэм крепко перехватывает мое запястье и уверенно уводит за собой через незаметный задний ход бара. Моя голова идет кругом, пока я пытаюсь уложить в голове случившееся: мы ведь столько лет дружили с Логаном, я была по-настоящему, до безумия влюблена в него, но стоило мне добиться хоть какого-то успеха в карьере, как он решил использовать меня в качестве разменной монеты, и…

— Ты… в порядке?

Низкий голос Роуэна резко выдергивает меня из омута тяжелых мыслей. Я вздрагиваю и тут же выхватываю свою ладонь из его широкой, теплой руки. Горькая обида вперемешку со злостью закипает в груди, и я даже не знаю, на кого сейчас злюсь сильнее — на предавшего меня Логана или на Грекхэма, который стал свидетелем моего позора.

— Обязательно было вмешиваться?! Я могу за себя постоять, Грекхэм.

— Неужели? Что-то я не заметил.

Его резкие слова мгновенно долетают до сознания, заставляя меня застыть на месте посреди сырого проулка.

— Как… много ты слышал?

— Достаточно.

— Это не ответ на мой вопрос, Роуэн.

— Достаточно много, чтобы захотеть вмазать ему.

Мое лицо мгновенно обдает вспышкой стыда: щеки начинают гореть так сильно, что становится трудно дышать. Мало того, что человек, которого я считала своим близким другом, растоптал меня и унизил, так все это грязное белье еще и превратилось в бесплатное шоу для Роуэна Грекхэма.

— Он не стоит твоего внимания, Кендалл.

— Это не твое дело, Роуэн.

— Да, но…

— Нет. С меня на сегодня достаточно.

Я резко разворачиваюсь и быстро шагаю по темному, узкому переулку — здесь нет ни единой живой души, но даже этого чувства уединения мне катастрофически мало. Мне хочется провалиться сквозь землю, исчезнуть и раствориться в токийской ночи, поэтому на ходу я судорожно выуживаю из сумочки очки в толстой оправе, быстрыми движениями собираю непослушные волнистые волосы в неаккуратный пучок на затылке и сильнее кутаюсь в полы своей куртки, но… за моей спиной тут же раздаются тяжелые, уверенные шаги и я оборачиваюсь настолько резко, что практически врезаюсь лицом в твердую грудь Роуэна, который моментально ловит меня за плечи, удерживая на месте и оказываясь непозволительно близко.

— Что ты… делаешь?

— Провожаю тебя до машины.

— Мой отель в километре отсюда, Роуэн, я добралась сюда не сама.

— Хорошо, тогда я пригоню свою. Она стоит за углом и…

— Нас не должны видеть вместе, Грекхэм. У меня будут проблемы, если ты не забыл.

Мужчина опасно сужает глаза и делает крошечный шаг вперед, сокращая последнее безопасное расстояние между нами. Он буквально нависает надо мной, перекрывая собой тусклый свет уличного фонаря, и воздух между нами мгновенно становится густым и наэлектризованным.

— Как хорошо ты владеешь языком, красавица?

— Извини?

— Я спрашиваю — насколько твой колкий язык владеет японским? Потому что что-то мне подсказывает, что он способен на многое, но…

— Прекрати это.

— Как только ты перестанешь мне сопротивляться, — его тихий, хрипловатый тон звучит пугающе интимно, и он на долю секунды опускает взгляд на мои губы, прежде чем снова посмотреть в глаза. — Я могу быть не согласен с тобой в каких-то рабочих моментах, красавица, но я не мудила, который бросит девушку в чужой стране и без знания языка. Не хочешь ехать со мной в одной машине — значит мы пойдем пешком. Мне ведь не впервой прикрывать твой зад, верно?

От его уверенного голоса внутри меня все переворачивается: я делаю шаг назад, отчаянно пытаясь вернуть прежнюю дистанцию, но Роуэн легко обгоняет меня широким шагом, вынуждая меня идти следом за ним.

— Я в состоянии дойти до отеля без твоего сопровождения, Грекхэм.

— Хорошо, потому что тогда сопровождение нужно мне. Ты ведь не хочешь, чтобы с твоим самым любимым пилотом что-то случилось, верно?

— Думаю, Митчелл давным-давно уже спит и…

— Хочешь заставить меня ревновать, красавица?

— Единственное, чего я хочу — чтобы ты перестал корчить из себя доброго самаритянина и прекратил делать вид, будто тебе не плевать.

Роуэн резко тормозит, преграждая мне путь своим телом так, что я едва успеваю остановиться. По его напряженным плечам и сжатым челюстям видно, как тяжело ему дается сдерживать подступающую злость.

— Он тебе нравился?

— Что?

— Тот придурок из бара.

— Я не собираюсь обсуждать это с тобой, и…

— Хорошо. Потому что я здесь не для того, чтобы мы сыграли в ролевую игру, где я притворяюсь твоим психологом, — резко обрывает он, напоминая о своем привычном угрюмом характере. — Он гребаный идиот, который не стоил и секунды твоего внимания.

— Ты не знаешь его, Грекхэм.

— Как, судя по всему, и ты, — жестко настаивает он, и в его глазах вспыхивает еще больше раздражения. — И в этом твоя главная проблема, красавица.

Его слова бьют наотмашь, оставляя неприятный осадок — сердце начинает стучать быстрее, а в горле пересыхает от обиды, но Роуэн кажется еще не закончил:

— Ты слишком наивна, раз ведешься на пару дешевых комплиментов. — Это замечание ранит, даже если Роуэн и прав, но, когда он произносит это вслух, мне становится физически тошно. — Но веришь ты в это или нет — я действительно хочу убедиться, что ты будешь в безопасности посреди незнакомой страны и без знания языка. Так что, пожалуйста, включи свой умный мозг и просто начни переставлять свои красивые ножки, хорошо?

Роуэн выглядит слишком серьезно, будто действительно совершенно не шутит, и от этой неожиданной строгости я с трудом сглатываю ком в горле. Он медленно отступает на шаг назад и небрежным, но плавным жестом руки приглашает меня продолжить путь: я делаю один осторожный шаг, затем еще один, и еще, а Роуэн до самого последнего момента остается на месте, пока между нами постепенно не образуется ощутимое расстояние в несколько десятков метров.

Так мы оказываемся на полупустой вечерней улице, где, к счастью, ходит не так много народу. В темном отражении одной из зеркальных витрин магазинов я замечаю, как Грекхэм низко натянул на глаза темную бейсболку, надел солнцезащитные очки и до самого конца сохраняет это безопасное пространство между нами, ни на секунду не спуская с меня своего пристального взгляда.

Где-то глубоко в душе мне почти приятно, что он делает это для меня — защищает мою репутацию и оберегает от лишних слухов, но… горький пример с Логаном только что доказал, на какую подлость способны мужчины.

Я была невероятно глупой, когда ради Логана жертвовала своей учебой, прогуливала важные лекции и тратила время только на то, чтобы он наконец заметил меня и вытащил из френдзоны, ведь… из-за этой слепой влюбленности я могла вообще не оказаться здесь, не получить эту должность и не работать с лучшими людьми в автоспорте.

Моя нынешняя холодность и неприязнь к Роуэну — это лишь шрам от болезненного предательства, и я просто не имею права совершить ту же ошибку снова. Я не могу позволить себе поверить Роуэну Грекхэму, даже если сейчас… он провожает меня до дверей отеля, бережно соблюдая расстояние, чтобы моя карьера не пострадала из-за его громкого имени.