Кроу (ЛП) - Робинсон Кэндис

Он знал, что она права. Локаста была его бременем, пока он не попросил помощи у Ревы. Возможно, ему стоило остаться и терпеть издевательства Локасты самому, чтобы женщины, которых он любит, никогда не познали такой боли. Но тогда бы не родилась Телия. Ни он, ни Рева не могли знать, чем обернется его визит к Доброй Ведьме Запада — любовью, что расцветет между ними. Но как бы то ни было, именно он обрушил гнев Локасты на Реву. Кроу сделал глубокий вдох и быстрым движением перерезал веревку на ветке. Крутанувшись, он поймал Реву на руки вместе с сетью. Железо жгло пальцы, но ему было плевать — он прижимал её к себе. Прошло слишком много времени с тех пор, как он обнимал её.

— Рева, — выдохнул он.

— Поставь меня на землю, — прорычала она, извиваясь в его руках и отбиваясь от железных прутьев.

— Прости. — Кроу опустил её на ноги и помог освободиться от сети. — Ты в порядке?

— Просто замечательно. — Она встала и сдула прядь волос с лица. — А теперь, если позволишь.

Кроу жестом предложил ей идти вперед, а сам тут же пристроился следом.

— Это не было приглашением, Кроу.

Он рассмеялся.

— С каких это пор мне нужны приглашения?

— Кроу…

— Рева. — Он схватил её за руку, заставляя остановиться. Она тут же вырвалась. — Я понимаю, почему ты злишься. Правда. Но Локаста пошла против нашей семьи из-за меня. Если это твой бой, твоя… месть, то она и моя тоже. Хочешь убить её сама? Ладно. Но у меня свои счеты. Нам обоим будет лучше, если мы объединимся, и если у меня будет шанс всё исправить между нами — тем лучше.

— Ничего уже не исправишь, — проскрежетала Рева сквозь сжатые зубы. В её взгляде на мгновение промелькнула эмоция, но тут же исчезла. Она окинула его взглядом с головы до ног. — Хочешь идти? Иди. Но не отставай. Ждать не буду. И суку убиваю я.

— Идет. — Вместе они будут сильнее. В безопасности. Он поспешил за Ревой, когда та снова вышла на дорогу. — Летать я больше не могу, но вполне способен выдержать твой темп.

— Не можешь летать? — Она посмотрела на него через плечо, прищурившись.

Кроу пожал плечами.

— Я искал человеческую Дороти и… Локасте это не очень понравилось. Мое второе обличие теперь совершенно бесполезно. — Не то чтобы от него было много толку в ночь рождения Телии.

Рева запнулась.

— Почему ты не взял одно из лекарств Волшебника?

— Оз уничтожил их все перед тем, как исчезнуть.

— Черта с два он их уничтожил! — рявкнула Рева. — Единственное, что для него важнее его драгоценных снадобий — это фрукты фейри.

Неужели это правда? Он ходил в Изумрудный город за лекарством сразу после того, как Локаста его искалечила, но стража прогнала его, оберегая репутацию Волшебника. Когда он пошел в таверну, чтобы утопить горе в выпивке, другие посетители рассказывали истории о вспышках гнева Оза — в том числе о той, в которой он уничтожил все свои эликсиры. Он был так подавлен в то время, а дриада, передавшая информацию, звучала так убедительно. Но если есть шанс, что слухи лгали… шанс, что они всё еще во дворце…

— Нам нужно в Изумрудный город, — сказал он охрипшим голосом.

— Ни за что. Я не стану откладывать месть.

— На самом деле путь через Изумрудный город займет меньше времени, чем если мы пойдем в обход, — рассудил он.

Рева бросила на него тяжелый взгляд.

— Я вернулась всего несколько дней назад, но уже наслышана о том, во что превратилась столица.

— Если мы не сможем пройти через город целыми и невредимыми, как мы надеемся выстоять против Локасты? — спросил он. И, не дожидаясь ответа, добавил: — Мне нужны зелья Оза, чтобы исцелить мою вторую форму.

— Тебе стоило достать их давным-давно.

— Рева. — Его голос дрогнул, и он заставил себя замолчать. Он не станет умолять, если она настоит на пути прямиком на Север, он пойдет с ней и добудет лекарство уже после того, как они убьют Локасту.

На мгновение она замедлила шаг.

— Ладно. Раз уж так быстрее.

Вздох облегчения сорвался с его губ. Они оба и так настрадались за эти годы, и если был шанс исцелить его птичью форму…

— Подожди! — Он быстро догнал её, вопросы о «темном месте» жгли его изнутри. — Телия сказала, что её магия отправила тебя куда-то еще. На что это было похоже?

Рева плотно сжала губы.

— Это не важно. Теперь я здесь.

Но Кроу знал: это важно. Очень важно.

Глава 6

Рева

Кроу не может летать.

Рева велела себе не обращать внимания на то, что его сильные, изящные птичьи крылья теперь бесполезны. И снова по вине Ведьмы Севера… Он спрашивал про «темное место», и в тот момент ей захотелось рассказать, но она не смогла. Она не была готова говорить об этом ни с кем, и меньше всего — с ним.

А пока им придется пройти через Изумрудный город, чтобы раздобыть зелья для Кроу. Честно говоря, она не хотела оставлять его птичью форму искалеченной, но это не значило, что она хотела идти вместе. Возможно, Глинда сказала бы, что Рева слишком сурова к нему. Возможно, Телия бы согласилась. Возможно, Озма сказала бы, что прощение — единственный верный путь. Прежняя Рева трахнула бы его прямо у ближайшего ствола дерева. Но то было тогда, а это — сейчас. Она была проклятым, монструозным существом, убивавшим фейри одного за другим, и она могла простить себя — и его — за это. Но именно из-за Кроу у неё отняли дочь.

Телия могла погибнуть. Столько раз её жизнь могла оборваться — Локасте стоило лишь щелкнуть пальцами и свернуть ей шею. В мире людей её могла ждать любая безвестная участь. Или, что еще хуже, Лангвидер могла бы сейчас носить голову Телии вместо своей, если бы дочь не пробудила магию и не одолела эту суку. И всё это из-за отвергнутой бывшей любовницы Кроу — Локасты. Личная вендетта Ведьмы Севера против него. Рева не была идиоткой, она понимала, что вины Кроу здесь лишь половина. Но от этого ни ситуация, ни она сама не чувствовали себя лучше. Реве не удалось провести с дочерью больше нескольких часов.

Что-то зеленое промелькнуло перед лицом Ревы, прервав её мысли. Оно было круглым и ярким. Её взгляд переместился на сверкающее яблоко. Идеально твердое. Ни вмятинки, ни пятнышка — этот плод фейри обещал быть божественным на вкус.

Реве хотелось выбить яблоко из рук Кроу и снова причинить ему боль, заставить его почувствовать ту муку, которую она ощущала в «темном месте» до прихода Озмы. Но в тот момент она была эгоистична, жадна и чертовски голодна. Поэтому вместо этого она выхватила фрукт из его рук и впилась в него зубами. Сладкий сок брызнул на язык. Почти так же хорошо, как секс.

— Не за что, — сказал Кроу, подавляя улыбку и наблюдая, как она делает очередной укус.

Прохладный ветерок взъерошил кончики её волос; она окинула его косым взглядом, ничего не ответив, и зашагала дальше. Рева гадала, шел ли он этой же тропой с Телией, когда дочь впервые попала в Оз. Она знала, что её молчание не продлится всю их бессмертную жизнь, потому что у неё были вопросы.

Рева доела яблоко и бросила огрызок на обочину желтой кирпичной дороги. Рой крошечных фей вылетел из листвы, чтобы доесть остатки.

Вдохнув поглубже, Рева посмотрела мимо цветущих деревьев на далекие облака.

— Какой была Телия? — Она запнулась, впиваясь ногтями в ладони. — Когда ты впервые встретил её?

Кроу не замешкался ни на секунду, словно ожидал этого вопроса. Он всегда знал её лучше всех.

— Хотя проклятие мешало мыслить ясно, я помню каждое мгновение, проведенное с ней. — Он провел рукой по подбородку. — Когда я встретил Телию на кукурузном поле, она ни капли не испугалась. Она была волевой и решительной, как ты, и рассудительной, как я. Даже в детстве она уже казалась рожденной для власти.

Судя по тем немногим мгновениям, что Рева провела с Телией, она чувствовала, что он прав.

Другой вопрос не давал ей покоя; она знала, что он вызовет лишь гнев, но всё равно решила стать мазохисткой.