Империя Берим. Халь Фэйммар - Головина Оксана Сергеевна

Эйдана редко здесь бывала. Но за поместьем ухаживали. Едва она спешилась, к ней поспешил седовласый управляющий, господин Рун, и несколько слуг. Они выстроились в ряд и низко поклонились.

– С возвращением, генерал, – голос Руна был спокоен и почтителен. – Ваши покои готовы. Вода нагрета. Мы ждали вас.

Эйдана кивнула, передавая поводья одному из слуг. Она прошла мимо них, под сень могучего дерева, и направилась к главному зданию. Прохлада камня и тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев, немного успокоили её. Эйдана уже позабыла, когда в последний раз была в своём родовом поместье в южном ветоне Арсалан. Этот дом в столице был чужим, но сейчас он единственное место, где она могла на время сбросить доспехи.

И подумать. Подумать о том, как собирается распутывать тот клубок лжи, что сплели для неё в этом городе.

Глава 10

Покои, приготовленные для Эйданы, были полной противоположностью её комнаты в форте Беркан. Просторные, светлые, с высокими потолками, расписанными изящными узорами летящих птиц. Резные ширмы из тёмного дерева разделяли пространство на зоны для отдыха и работы. Пол был застелен мягкими коврами, а через широкие окна проникал рассеянный, золотистый свет зажжённых во дворе фонарей. Воздух был наполнен тонким ароматом цветущего сада. Всё здесь дышало покоем и утончённостью.

После долгой дороги горячая ванна в глубокой деревянной кадушке, наполненной водой с лепестками, смыла усталость. Эйдана переоделась в простые, но удобные домашние одежды – свободные штаны и тёмно-синюю рубаху. Её алые волосы, распущенные и вымытые, тяжёлой волной ниспадали на плечи, спускаясь ниже пояса.

Она стояла у открытого окна, выходившего в сад за домом. Это было её любимое место в этом поместье. В отличие от парадного двора, этот сад был диким, почти нетронутым. Здесь не было выверенных дорожек и подстриженных кустов. Камни, поросшие мхом, узкий ручей, журчащий где-то в зарослях, и старые, кривые деревья, чьи ветви переплетались, создавая густой зелёный полог. Этот уголок природы напоминал ей о родном Арсалане, о лесах, по которым она бегала в детстве.

Господин Рун бесшумно вошёл в комнату, неся на подносе чай и несколько лёгких закусок.

– Генерал, к вам прибыл гонец из дворца. Его высочество принц Во Иллай желает видеть вас завтра, в пять утра, для предоставления доклада.

Эйдана медленно обернулась. Её лицо было спокойным, но в глубине золотых глаз застыл холод. Ради чего Второй принц решил подхватиться со своих подушек в такую рань? На памяти Эйданы это случалось впервые. Обычно её ожидали ближе к обеду…

– Так скоро, – это был не вопрос, а констатация факта. – Он нетерпелив.

– Также, – управляющий на мгновение замялся, ставя поднос на низкий столик, – прибыл слуга из поместья советника Виттара. Он передал… подарок.

– Подарок? – бровь Эйданы удивлённо изогнулась. – От советника?

Господин Рун кивнул и указал на небольшой, обёрнутый в тёмно-серый шёлк свёрток, лежавший на краю стола.

Эйдана подошла к нему. Она несколько мгновений смотрела на свёрток, словно он мог оказаться змеёй. Что это? Насмешка? Провокация? Или какой-то тонкий, непонятный ей ход в этой дворцовой игре?

Она осторожно развязала ленту. Внутри оказалась плоская лакированная шкатулка. Когда Эйдана подняла крышку, её обоняния коснулся тонкий, успокаивающий аромат. На подушечке из тёмного бархата лежали несколько тонких палочек благовоний, тёмных, почти чёрных, с вкраплениями чего-то серебристого. Рядом лежала записка, написанная на плотной бумаге. Каллиграфия была безупречной, каждая буква – маленькое произведение искусства. «В столице шумнее, чем в горах. Этот аромат помогает уснуть». Никаких титулов. Никаких формальностей…

Эйдана взяла одну из палочек. Аромат был сложным – нотки ордисса, смолы редкого горного кьетта и ещё чего-то едва уловимого, терпкого и прохладного, как ночной воздух. Она вспомнила слова Арайн, вспомнила смешки своих воинов. И этот «подарок» выглядел как изощрённое издевательство в свете всех слухов.

«Этот аромат помогает уснуть»… Подобный жест мог быть простой любезностью. А мог быть и намёком. На его собственную бессонницу. На то, что он, «ленивый демон», ценит покой превыше всего. И что любые волнения, связанные с ней и этими слухами, нарушают его драгоценный сон. Это было предупреждение? Или предложение к сотрудничеству?

Эйдана положила палочку обратно в шкатулку и с щелчком закрыла крышку. Раздражение, которое она чувствовала на улицах города, сменилось иным чувством – любопытством. Что же творилось в голове советника Виттара?

– Господин Рун, – позвала она.

– Да, генерал?

– Мне нужна простая курильница для благовоний. И передайте слуге советника мою благодарность. Устную.

Она не станет писать ответ. Пусть он гадает, как расценили его жест. Игра началась, и теперь ход был за ней. Эйдана снова подошла к окну. Сумерки опускались на Камию, зажигая первые огни в окнах домов. Город казался мирным, спящим драконом, укутанным в шёлк и туман. Но Эйдана знала – под этой красивой чешуёй бьётся коварное, полное яда сердце. И завтра ей предстояло войти прямо в его логово.

Она коснулась медальона воитт, скрытого под одеждой. Дерево было тёплым, и спокойная сила, заключённая в нём, казалось, немного усмиряла её собственный беспокойный огонь. Старейшина Лоугуран был прав. Монстры, которых можно сжечь, не самые страшные.

***

Утро в Камии разительно отличалось от утра в горах. Здесь воздух был не острым и холодным, а мягким и влажным, напоенным ароматами цветущих садов и далёким гулом просыпающегося города. Эйдана проснулась задолго до рассвета, по привычке, выработанной годами военной жизни. Сон её вновь выдался тревожным, какими были и прошлые ночи из-за поглощённой тёмной энергии в горах. Её огонь пытался очистить алхен от скверны, и Эйдане казалось, что вместо крови по венам течёт лава… Но она всё же не стала зажигать благовония, присланные советником. Шкатулка так и стояла на столике, как маленькая тёмная загадка.

Она выбрала полевую форму – идеально скроенную, из плотной чёрной ткани с алыми отворотами, без лишних украшений, лишь серебряные пуговицы с гербом Рэйлин. На поясе – только её верный меч.

Когда Эйдана прибыла во дворец, солнце только начало подниматься над крышами. Слуги уже сновали по галереям, беззвучно, словно тени. Воздух был прохладен, но в нём чувствовалось обещание тёплого дня.

Её провели не в тронный зал, а к личному кабинету принца, находившийся в Восточном крыле дворца. Это было само по себе знаком. Доклад в кабинете, а не в официальном зале, означал, что разговор будет неформальным. А вышедший из кабинета человек, чья тень, казалось, была плотнее и длиннее, чем у обычных людей, лишь подтвердил, что стоило ожидать проблем.

Это был господин Азэр Фэнрусс, глава «Эрмиана», который считался своеобразным орденом при дворце. Его участники – мужчины и женщины, избирались в качестве доверенных слуг правителя и Двора Илвэн, где жили наложницы. Их главная задача заключалась в обеспечении безопасности и сохранении порядка во дворце. Они были ушами и глазами своих господ. А Фэнрусс ко всему пытался быть и «голосом» Во Иллая, нашёптывая ему на ухо. Эйдана была почти уверена, что именно с подачи этого человека принц и доразумился «поженить» их с советником.

– Генерал Кайо… С возвращением в столицу.

Фэнрусс склонил голову при виде Эйданы. Его лицо было гладким и бесстрастным, как маска. Эйдана коротко кивнула в ответ, и мужчина бесшумно удалился, оставляя её перед дверью.

Кабинет Во Иллая казался воплощением его тщеславия. Стены были затянуты дорогим шёлком с вышитыми на нём мифическими зверями, на подставках из резного дерева стояли драгоценные вазы и статуэтки, а в углу журчал небольшой комнатный фонтан. Принц сидел за массивным столом из тёмного дерева, заваленным свитками. Он был одет в домашние одежды, но даже они были из самой дорогой ткани и расшиты золотом. Увидев Эйдану, он расплылся в довольной улыбке.