Встретимся в полнолуние. Часть 1 - Паленова Елена

― Да ничего мне не нужно, ― нисколько не смутилась она. ― Смотрю просто полдня уже, как ты маешься, вот и не стерпела, показалась. Ты всё неправильно делаешь. Связь между вами не тянуть, а отпускать надо, будто клубок разматываешь. И о сестре поменьше думай, а то сама к ней тянешься. Все мысли ею только и заняты.

― А кем ещё они должны быть заняты, если мы с ней всю жизнь вместе?

― Проводником этим, за которым она вьётся, ― прозвучало в ответ.

― Проводником? ― немедленно остыла я. ― Это вы о Воронцове?

― А о ком же ещё-то? ― хитро улыбнулась ведьма. ― Что? Интересно, да? Я о нём многое сказать могу, но не задаром. Условие есть.

Ну конечно. Кто бы сомневался.

― Какое? ― спросила я.

― Ты никогда не будешь идти с этим мальчиком на контакт.

― Почему?

― Потому что условие такое. Подробностей не будет.

Ну очевидно же, что она добивается обратного. Да и в целом повторяется. В прошлый раз тоже появилась из ниоткуда, ненавязчиво дала добрый совет, набросала намёков и исчезла. Теперь снова то же самое. Назвала Воронцова проводником, а я уже догадываюсь, что он способен видеть призраков. Может, он медиум. Если так, то для меня вполне естественно интересоваться его способностями. А если запретить контактировать с ним, то всё станет ещё интереснее. Я ведь и без её откровений понимаю теперь, что контакт возможен. Могу сама спросить у Сергея всё, что хочу узнать. На что рассчитана эта игра? На то, что я глупая?

― Нет уж, спасибо, ― отказалась я, чем вполне удовлетворила собеседницу.

― Ну как знаешь, ― ответила она и испарилась в неизвестном направлении точно так же, как в прошлый раз.

Чего добивается? Сначала вкратце и намёками рассказала о моих возможностях в полнолуние, теперь к Воронцову подталкивает. Или рассчитывает на обратный эффект ― из чувства протеста я могу ведь принципиально не соваться к этому загадочному человеку. Чего хочет эта злодейка?

Мимо меня и сквозь меня туда-сюда сновали прохожие. Рабочий день то ли уже закончился, то ли близился к концу, потому что людей на улице стало больше. Я поднялась вверх и расположилась на крыше ближайшей высотки ― внезапно захотелось одиночества. Сидела там и думала обо всём понемногу, пока наша с Алиской сестринская связь не потащила меня в шикарный загородный клуб, куда сестрёнка приглашена на день рождения своей клиентки. Роскошные вечерние наряды, сияющие драгоценности, фальшивые улыбки… Так уже это всё надоело, что я не стала даже приближаться к месту праздника и воспользовалась редкой возможностью погулять по лесу. Пусть это и не лес в полном смысле слова, а ухоженная сосновая посадка, зато там никто не говорит друг другу неискренних слов и не пытается показать свою значимость. Там тихо и спокойно. Можно размышлять в своё удовольствие о чём угодно, слушать шуршание ветвей на ветру и писк комаров, наслаждаться ароматами природы и не переживать за сестру, которая наверняка снова вытворит что-нибудь фантастически нелепое. Она не любит лес, а я люблю. Если бы могла, то проводила бы на природе больше времени, а пока остаётся лишь мечтать об этом и пользоваться такими вот редкими шансами на исполнение простых желаний.

Глава 8

От полудня до полуночи ровно двенадцать часов ― не так уж и мало, если подумать, а я потратила эти бесценные часы впустую. Всё ведь распланировала, но сначала поддалась сиюминутным желаниям, потом была расстроена встречей Алисы с неблагонадёжным частным сыщиком и очередным разговором с Миланьей. Не учла вероятность стороннего вмешательства в мои планы ― моя ошибка, некого винить. И вообще надо смотреть на неудачи философски. Во-первых, я всё же удостоверилась в том, что ведьма не соврала, и какая-то свобода у меня есть. Во-вторых, я выяснила, сколько длится эта самая свобода. Уже что-то, учитывая, что раньше не было и этой малости.

Алиса в тот вечер пила мало, много улыбалась знакомым людям и незнакомцам, в результате чего обеспечила своему салону красоты ещё нескольких потенциальных клиенток. На съёмную квартиру мы вернулись около часа ночи. Сестра приняла душ и сразу же легла спать, чтобы утром не выглядеть помятой. Начиная со следующего, дни снова стали для нас одинаковыми, пока не состоялась очередная встреча Алисы с мужчиной, не вызывавшим у меня ни капли доверия или симпатии.

Та же кофейня. Тот же столик. То же скучающее выражение на лице у торговца частной информацией и такой же хитрый прищур его бессовестных глаз. Алиса получила первую порцию сведений о Воронцове ― на словах, не в печатном варианте.

― Сменил фамилию после детдома? ― недоверчиво переспросила она. ― Этого не может быть. Я уверена, что…

― Если уверены, зачем деньги на информацию тратите? ― спросил сыщик. ― Могли бы и дальше верить сплетням, они бесплатные. А я говорю вам то, что можно подтвердить документально. Он не подкидыш, не потеряшка и даже не отказник. В дом малютки попал из-за несчастья, случившегося с родителями. Они в аварии погибли, когда ему четыре месяца было. Неудачно съездили в супермаркет за памперсами. Поручили ребёнка заботе соседки и не вернулись. Оба сироты, поэтому парень тоже остался круглым сиротой. От рождения имел фамилию Рогов, а потом стал Зиминым, потому что его усыновили. Но Зимины спустя три года развелись и вернули его на попечение государства. Потом были временные опекуны. Их подноготную я не выяснял, но пацан кочевал по рукам, как игрушка. В общей сложности дольше жил в детдоме, чем в семьях.

― Почему же взял фамилию Воронцов, а не Рогов? ― спросила Алиса.

― Этого я не знаю, ― услышали мы обе в ответ. ― Я полагаюсь только на факты, а их не на каждое действие нарыть можно. Образований у него два, в этом вы оказались правы. О его бизнесе информация у вас тоже достоверная, но есть ещё и хобби. Он фотолюбитель. Увлекается чёрно-белой фотографией и даже содержит студию, но пользуется ею только сам и время от времени. Его работы можно встретить на выставках под псевдонимом Сергей Зимний.

Алиса побледнела ― до неё наконец-то дошло, что в галерее она тогда общалась с автором выставленных работ. Даже одну из картин купила, которую увезла в свой салон, но так ни на одну стену и не повесила.

― Ну да. Если так много времени провёл в детдоме, то неудивительно, что теперь занимается благотворительностью. К тому же он сам сердечник, ― сказала сестра, чтобы скрыть своё смятение.

― В этом вы глубоко заблуждаетесь, ― возразил её собеседник. ― У него нет и никогда не было тех проблем со здоровьем, о которых вы где-то услышали.

― Не было? ― удивилась Алиска.

― Угу, ― кивнул сыщик. ― Детские болезни он перенёс такие же, как у всех. В юношеском возрасте увлекался бегом и участвовал в местных, районных и областных соревнованиях. В армии…

― Он и в армии служил?! ― изумилась сестра.

― А что вас удивляет? Здоровый, крепкий парень. Призыв по возрасту пропустил из-за учёбы, после колледжа пошёл служить, но его через полгода комиссовали из-за ранения и необходимости длительной реабилитации.

― В горячей точке служил что ли? ― нахмурилась Алиса.

― Нет. Шальная пуля на стрельбах. Сослуживец неудачно курок спустил.

― А вы ничего не путаете?

― Могу предоставить доказательства своих слов, но оплата…

― Не надо, ― отказалась сестра. ― Я вам верю, просто такое впечатление сейчас, будто мы о разных людях говорим.

― Это потому, что раньше вы получали информацию из ненадёжных источников, ― не без гордости заявил тот, кого Миланья назвала уголовником в розыске. ― Дальтонизмом ваш Воронцов, кстати, тоже не страдает. У него вообще нет никаких наследственных заболеваний, а зрение испортилось после травмы, полученной пять лет назад. Один из его магазинов находился на первом этаже жилого дома. Дом старый, капремонта не видел никогда, перепланировка под коммерческие помещения была сделана неправильно, поэтому случилось обрушение. Второй и третий этажи одного подъезда сложились на первый. Может, вы слышали об этом? На Масловской. По телевизору тогда в новостях долго это мусолили, потому что виноватых не могли найти.