Схватка когтей (ЛП) - Дир Элизабет

Уайатт отшвырнул ногой паука, прыгнувшего ему на грудь. Вертясь, он размахнулся топором и обезглавил другого, напавшего сзади. Рейф исчез, а счёт Уайатта вырос.

— Выглядит так, будто они по-настоящему отрубают конечности, — заметила я. — И получают настоящие удары при столкновении с магическими копиями.

— Так и есть, — подтвердил Броди. — Магия невероятно сложная и невероятно дорогая. Лет двадцать назад Стражи наняли лучших в мире мастеров конструкций и иллюзий для создания программы. Загляни когда-нибудь на пульт — увидишь тысячи рун, выгравированных на оборудовании. Много их и в полу арены. Раз в три месяца мастера посещают учебные центры каждого региона и пополняют магию в Полнолуние.

— Впечатляет, — сказала я. — Но знаешь, что проще, чем тратить столько денег на особую магию?

Иэн фыркнул.

— Выйти на улицу в Новолуние?

— Именно.

— С вами так весело, — восторженно сказал Броди. — Но предупреждаю. Раны в СВР ненастоящие, однако магия заставляет тело думать иначе. Если тебя полоснут мутантские когти, почувствуешь, будто руку отрывают. Если двухметровое щупальце ударит по голове, можешь потерять сознание. Даже «умереть» можно: получишь смертельный удар — рухнешь без чувств, и тебя придётся приводить в себя. Магия понимает и то, когда ты лежишь достаточно долго, чтобы симуляция «поглотила твою душу». За смерть или бегство теряешь баллы, которые получил бы за убийство. С большинством из нас это случалось.

— Слышала, Эйвс? В следующий раз, когда Гигант чуть не оторвёт тебе ногу, не придётся ночевать в больнице.

Броди закашлялся; его глаза комично расширились. Некоторые из студентов рядом с нами смотрели с недоверием. К окружению из оборотней с тонким слухом мне ещё нужно было привыкнуть.

Хит и Уайатт быстро расправились с остальными рейфами. Последний исчез, оставив их на пустой площадке. Дышали оба тяжело, но даже не вспотели толком. Мягкое магическое сияние легло в резные линии татуировок на бицепсе Уайатта, когда он небрежно закинул топор на плечо. Хит плавным, отработанным движением убрал саблю в ножны за спиной.

Они ждали, почти скучая, пока Кэш снова не взял микрофон.

— Образцовое уничтожение стаи L2, господа. Для убийства нужен клинок, поэтому обращаться в бою против уровня L2 незачем. Главное — быстро и эффективно работать оружием. Кандидатам Отряда поддержки советую запомнить: в поле уничтожение таких стай станет вашей основной задачей, пока команды Стражей сражаются с более крупными и смертоносными рейфами. А теперь, — он кивнул товарищу за пультом, — запустим против Гейла и Блэквелла случайную последовательность более сильных экземпляров. Обычно такие испытания проходят только целым квадом, но Гейл и Блэквелл любят покрасоваться. Верно, парни?

Ни один из них не ответил.

— А если кто-то сегодня погибнет в бою, считайте это моим подарком вам, неудачникам, которые так сильно отстают от них в рейтинге.

Без предупреждения на площадке появились два Потрошителя и ринулись на парней.

Сражаться с Потрошителем — всё равно что с оборотнем-Праймом. Сверххищник, всегда крупнее соответствующего дикого зверя, но рейф представляет собой жуткого мутанта с непредсказуемым расположением отростков, когтей и зубов.

Хиту и Уайатту досталась пара адских гончих ростом с волка-альфу — около полутора метров в холке. По спинам тянулись шипы, как у динозавров. Слишком длинные хвосты заканчивались скорпионьими жалами, а из разинутых пастей, сквозь обвисшую серую кожу и обнажённые челюстные кости, сочилось оранжевое пламя.

Таких я встречала. Хвосты у них бывали разными; иногда вместо огня они выпускали ядовитый фиолетовый газ. В любом случае связываться с ними было паршиво. Облики рейфов часто повторялись, и обычно они появлялись по нескольку сразу. В их мире творилось что-то по-настоящему страшное.

Гончие зарычали и прыгнули прямо на Хита. Он выхватил меч, нырнул под первым зверем и вскочил как раз вовремя, чтобы отрубить ему хвост, а второго пронзить в горло. Тот качнулся, и Уайатт мгновенно срубил ему голову топором. Развернувшись, он замахнулся, как с бейсбольной битой, на гончую, уже оправившуюся от потери хвоста и снова бросившуюся в атаку. Плашмя ударил топором по морде, и она отшатнулась.

Появились ещё два Потрошителя. Семифутовые гориллоподобные твари с бараньими рогами и десятисантиметровыми когтями. В природе мне встречались и их разновидности.

Их толстые шеи трудно перерубить, а сами рейфы намного быстрее, чем кажется.

Уайатт метнул топор в пол. Лезвие вошло так легко, словно в мягкую землю, рукоять торчала вверх. Он мгновенно обратился; тренировочная одежда лопнула по швам и кучей упала на площадку. Из его тела вырвался большой, но поджарый медведь. Пыльно-рыжая шерсть в голубом свете казалась почти фиолетовой. Он бросился на горилл, пока Хит сумел обезглавить последнюю гончую и получить баллы.

Медведь врезался в гориллу, повалив её. Уайатт оказался самым быстрым медведем, какого я видела: ловким и при этом достаточно массивным, чтобы сбить рейфа такого размера. Он зарычал ей в морду и полоснул когтями по горлу, затем отпрыгнул, позволяя Хиту нанести завершающий удар по шее.

Пока Хит рубил толстую шею, Уайатт уже нёсся ко второй горилле. Потребовалось ещё несколько манёвров, но мощными медвежьими челюстями он оторвал ей руку. Тварь завизжала и отшвырнула его. Оставшейся рукой она ударила по подошедшему Хиту. Он увернулся, но по толпе прокатилось общее шипение, когда когти полоснули его по спине. Рубашка порвалась. Хит вздрогнул от настоящей боли, хотя ни крови, ни открытых ран я не увидела.

Медведь обошёл гориллу и прыгнул, заметив брешь в защите. Они сцепились и рухнули на пол. Уайатт взревел от боли под придавившим его врагом, но сумел перевернуть противника и быстро откатиться, прежде чем Хит вернулся, чтобы окончательно отсечь голову.

По крайней мере, мне так показалось. После короткой тишины, когда тела поверженных рейфов померкли и исчезли, в дальнем конце арены возник последний враг. Он стоял неподвижно, словно его поставили на паузу.

— Четыре убийства Потрошителей уровня L3, — объявил Кэш. — По четыре тысячи баллов Гейлу, Блэквеллу и их кваду. Обратите внимание, как эффективно один боец действует в облике зверя, а второй — с клинком. Это необходимо против большинства рейфов L3 и уж точно против всех L4. Посмотрим, осталось ли у парней ещё немного сил. Если нет — лишатся десяти тысяч баллов каждый.

Он собирался выпустить против них Гиганта. Паршивый ход после четырёх Потрошителей. Но поскольку Гигант был ненастоящим, жалости к парням я не испытывала.

Гиганты вполне соответствовали названию, дошедшему со времён Первых Стражей: громадные чудовищные твари. Крупнее и сильнее любого оборотня-Прайма, кроме, возможно, некоторых мифических. Если повезёт, они немного медленнее Потрошителей. Обычно на этом везение и заканчивается.

Этот походил на человекоподобного волка-оборотня. Ростом метра три с половиной, стоял на двух мощных ногах с когтистыми лапами размером с автомобильные шины. Голова несоразмерно огромная, волчья челюсть выворачивалась под неестественным углом, открывая два ряда кошмарных зубов, похожих на иглы дикобраза. Передние лапы лишь немногим меньше задних, когти загибались маленькими кинжалами. На тех участках тела, где плоть не сгнила, тёмно-серая шерсть торчала мелкими шипами. Глаза светились голубой магией.

Уайатт, всё ещё в медвежьем облике, переглянулся с Хитом. Даже по медвежьей морде было видно раздражение. Хит лишь кивнул, отошёл на несколько шагов и вонзил саблю в пол рядом с топором Уайатта.

Тренер у пульта активировал рейфа. Тот завыл — звук напоминал скорее осколки стекла, скребущие по бетону, чем вой волка.

Из тела Хита вырвался огромный золотистый волк. Я захлопнула рот, разозлившись на себя за удивление. По размеру он не уступал моему папе, который до сегодняшнего дня оставался самым крупным волком из всех, кого я видела. Волк Хита был почти с медведя Уайатта, но при этом каким-то образом выглядел ещё мощнее: под густой золотистой шерстью при беге перекатывались крепкие мышцы.