Объект их охоты (ЛП) - Макколл Джо

— Тебе это нравится! — обвинила я его с тихим рычанием.

Он хмыкнул.

— Да, детка, — рука на моей талии слегка приподняла меня, ослабляя петлю на горле. Свободная ладонь ласкала мою правую грудь, большой палец скользил по соску. Я никогда не чувствовала такого удовольствия. Простое касание, но от движения его пальца по телу будто прошел электрический ток. Я издала стон наслаждения, и моя голова упала ему на плечо. — Никогда не говорил, что нет. Мне нравится видеть твою задницу в полосах от моих ударов. Запах твоего возбуждения кружит мне голову, от него я становлюсь еще тверже.

С Дэмиеном всё было иначе. Даже когда я шла ему на встречу, чтобы было не так больно, мне никогда не было хорошо.

Прикосновения Хантера были подобны взрыву. Рука с груди дразняще спустилась по животу прямо к моей киске. Я тихо заскулила, когда он провел двумя пальцами по клитору, туда-сюда. Он нырял к самому входу, собирая влагу, а затем снова распределял её по клитору, повторяя всё сначала.

А потом он остановился.

Мне хотелось закричать от этой потери, но я смогла лишь издать недовольный стон.

— Что это была за стая? — спросил он мне на ухо. Его дыхание щекотало кожу. Этот мужчина заполнял собой всё пространство. Все мои чувства были на пределе. Он пах свежей сосной и специями. В его голосе звучали низкие, хриплые нотки, от которых внутри всё пускалось в пляс. Я разрывалась между желанием рассказать ему всё, лишь бы еще раз услышать это «хорошая девочка», и желанием стоять на своем.

— Что ж, значит, пойдем трудным путем, — он осторожно опустил меня обратно на носочки, и слабина в веревке снова исчезла.

Трудным путем? Типа, когда мне секли задницу — это был «легкий» вариант? Он зашел спереди, его лицо превратилось в маску абсолютного контроля. Полез в свой карман и выудил… силиконовую розу. Мой мозг не сразу понял, что это за странный объект, пока он не нажал кнопку и штука не начала вибрировать.

О, черт.

Он прижал лепестки розы к моему клитору. Лунная Богиня. От вибрации всё внутри сжалось, а движения силиконового «язычка» заставили мои бедра дернуться. От резкого движения петля на шее затянулась. Настолько туго, что перекрыла добрую часть кислорода.

Блядь.

Смерть от удушья и вибрации.

Надеюсь, этот ублюдок не додумается написать такое на моем надгробии.

Я заставила свое тело замереть, насколько это было возможно под натиском розы. Если петля станет хоть на миллиметр туже, я сама себя повешу. Наслаждение, поднимающееся от живота, было похоже на закручивающуюся спираль. Она натягивалась всё сильнее, готовая вот-вот вырваться наружу, пока…

— Мать твою, — выдохнула я. Проклятие вышло придушенным и хриплым.

— Как называлась твоя стая?

Я подняла связанные руки перед собой и показала ему средний палец. Ни за что я не скажу этому подонку правду. Не после того, как он связал меня и отшлепал. Не после того, как он подвел меня так близко к удовольствию, в котором мне всегда отказывали.

Та стая была моей самой большой слабостью. Моим величайшим позором. Причиной моих кошмаров и боли. Шрамы, что я ношу, всегда будут напоминать о том, кем я была для них. Никем. Просто пешкой. Жертвенным ягненком.

Он станет смотреть на меня иначе.

Черт, да почему мне вообще не плевать, как он на меня посмотрит?

Я издала разочарованный внутренний рык. И где же теперь эта скверная волчица? Всякий раз, когда я чувствовала угрозу или опасность, монстр, которым становился мой зверь, таился прямо под поверхностью. Она была как Иуда. Две стороны одной медали. Была спокойная волчица, которая каждый день уютно гнездилась в моем сознании, управляя моими инстинктами и чувствами. И был монстр. Волк, который рыскал в самых темных, самых глубоких закоулках моего разума, колотясь в стены своей клетки и поджидая нападения.

И этой волчицы нигде не было видно.

Снова — черт — он прижал вибратор к моему клитору на полную мощность, вырвав из моих губ крик от внезапного натиска боли и экстаза.

— Скажи мне, Рыжая, — приказал он. — Скажи, и я дам тебе то, чего ты хочешь.

Хочу.

А чего я хотела?

Чертов оргазм звучал бы сейчас неплохо, но было нечто более глубокое, умоляющее обратить на себя внимание.

Пара.

Я фыркнула. Крайне маловероятно. Я была ходячим трупом, за которым охотится собственная стая. Этот парень никак не мог быть моей парой. И всё же, чем больше я слушала свою волчицу, чем глубже зарывалась в свои мысли, тем отчетливее становилось это слово.

Пара.

Может, поэтому монстр и не давал о себе знать? Потому что знал, что мне не грозит опасность? Хотя я могла бы поспорить, учитывая, что петля на моей шее была готова задушить меня до смерти. Это было похоже на попытку дышать через соломинку.

Пара.

— Ладно! — закричала я, когда он убрал вибратор от моего клитора за мгновение до того, как я была готова сорваться в пропасть. — Я скажу тебе. Только сними меня отсюда.

Хантер — тот, в ком моя волчица признала нашу пару, — смотрел на меня тяжелым взглядом янтарных глаз.

— Я сниму тебя, — пообещал он, — но сначала ты выучишь важный урок.

Что? Разве я уже не учу урок?

— Я не понимаю, — прохрипела я.

Он ухмыльнулся.

— Поймешь, — он вытащил нож из заднего кармана и перерезал веревку прямо над моей головой. Оставшись без опоры, мои ноги превратились в желе, и я начала оседать на землю.

— Я держу тебя, Рыжая, — большие руки подхватили меня за талию и прижали к его теплому, широкому телу. — Мы поиграем в одну игру.

— Ты издеваешься надо мной? — выкрикнула я в негодовании. — Чертова игра? Да вы только и делаете, что играете со мной в свои гребаные игры, вы, двуличные ублюдки…

Хлёст.

Шлепок его ладони по моей заднице заставил меня замолчать.

— Хорошая девочка.

Будь проклят тот эффект, который эти слова оказывали на мое тело.

— Что ты хочешь, чтобы я сделала? — тяжело вздохнула я, когда он окончательно поставил меня на ноги. Обнаженную. Уязвимую. Именно такую, какой он, черт возьми, и хотел меня видеть.

Хантер смотрел на меня сверху вниз, его зрачки были расширены так, что янтарь едва проглядывал по краям. Он облизнул губы, и в уголках его рта заиграла мрачная усмешка.

— Беги, — скомандовал он. Я нахмурилась, гадая, правильно ли я его расслышала.

— Ты хочешь, чтобы я бежала? — переспросила я, опешив. — Куда бежала?

— К убежищу, — проинструктировал он.

— Ладно… — тут был какой-то подвох. Я видела его на его лице, в каждой черточке, полной озорного умысла.

— Беги, — повторил он приказ. — Но если я поймаю тебя, Красная Шапочка, ты — моя. Я заявлю права на каждое твое отверстие и буду силой доводить тебя до блаженства, пока единственное, о чем ты сможешь думать, — это как выкрикивать мое имя.

Что. За. Хрень?

— Ты не можешь… — черт, он не слушал. Вместо этого он начал сбрасывать одежду, вещь за вещью.

— У тебя есть время, пока я не разденусь, Рыжая, — бросил он мне, снимая кроссовок.

— Но…

Он посмотрел мне прямо в лицо, и его глаза затопило пламя похоти и желания.

— Беги.

И я побежала…

Глава 13

— Беги.

Как только я произнес это, она сорвалась с места так, словно псы ада дышали ей прямо в пятки. Хорошо. Инстинкты наконец-то начали брать свое. Моя Маленькая Красная Шапочка поначалу колебалась, человеческая часть её мозга ставила под сомнение мой авторитет. Возможно, я не такой могущественный альфа, как Вулф, но я всё же альфа, а она — моя омега.

Я увидел в её глазах тот момент, когда она признала во мне свою пару. Её волчица встрепенулась, проталкиваясь на передний план её сознания. Этот всплеск пробудил и моего собственного волка. Допрос служил двум целям. Во-первых, мне нужно было разузнать побольше. И хотя мы еще не дошли до самой сути, у меня было чувство, что как только мы свяжемся, она сама раскроет все карты.