Объект их охоты (ЛП) - Макколл Джо

Упершись ногами в каменистое дно, я вынырнула, жадно хватая ртом воздух. Времени на маневр не было. Хантер уже был рядом: я почувствовала его жар спиной, когда он обхватил меня за грудь и потащил из воды.

Я рухнула на спину на песчаный берег, задыхаясь. Абонемент в спортзал мне явно не помешал бы.

— Теперь, когда я снова тебя отмыл, — Хантер облизнул губы, — давай-ка сделаем тебя по-настоящему грязной.

Низкий стон сорвался с моих губ, живот скрутило от желания, когда он накрыл мое обнаженное мокрое тело своим. Этот мужчина был Адонисом. Изваянным из лучшего мрамора. Пришло время признать поражение и сдаться. Или как там говорят? Неважно. Я выбрасывала белый флаг.

Я обмякла под его неистовыми прикосновениями. Хантер одобрительно хмыкнул:

— Хорошая девочка.

Черт. Опять эти слова. Я была мокрой — во всех смыслах.

Соски пульсировали, умоляя о внимании, когда он опустил лицо к моей груди. Одна его ладонь накрыла мою левую грудь, а губы нашли правую. Сладкие лунные пирожочки… Он сосал и ласкал сосок с таким упоением, прежде чем переключиться на другой.

— Боже… — застонала я, когда он прикусил его. Острая вспышка боли отозвалась где-то глубоко внутри. Тело горело, по венам разливался наркотик, похожий на афродизиак. Иначе и быть не могло. Почему еще мое тело так реагировало на мужчину, которого я едва знала?

Пара. Мой разум снова подкинул это слово. Раньше я не хотела по-настоящему слушать, но теперь? Теперь оно завладело всем моим вниманием. В общине тема пар была сложной. Никто не выбирал, с кем быть. Сваха Высшего Совета выбирала за тебя. Выбор основывался на возрасте, способности к размножению и социальном статусе в стае. Если кто-то в паре терял или приобретал статус, их перераспределяли.

В семнадцать лет я нашла книгу в кабинете доктора Монро. Я ждала маму с приема, и он любезно разрешил мне подождать в тишине, подальше от шумного вестибюля. Книга лежала на столе, так и просясь в руки. Первая глава, которую я открыла, была об «Истинных парах».

Там говорилось о разных видах союзов. Были «выбранные пары» — те, кто сам решил связать свои жизни, и «истинные пары», которым было предначертано быть вместе. Там упоминались брачные метки и кое-что еще… омега. Вот где я видела это слово.

— Куда ты унеслась, маленькая пара? — Хантер оторвался от моей груди. Он смотрел на меня, на его лице застыла тревожная гримаса.

— Ты назвал меня омегой.

Он ухмыльнулся:

— Назвал, — слегка наклонила голову, чтобы лучше его рассмотреть.

— Почему?

— Потому что ты она и есть, — он называл вещи своими именами, — Ты — самка-омега. С замашками альфы, судя по твоей дерзости и неумению подчиняться приказам. Вулфу это понравится. Он всегда считал себя мастером по укрощению строптивых.

— Я не понимаю.

— Омега — это особый вид оборотня, способный принять узел альфы, — мягко пояснил он.

— Что? — он только что сказал «узел»?

— Скоро ты всё узнаешь, Рыжая.

— Но…

Он прижал палец к моим губам и тихо прошипел: «Тсс».

— Для этого еще будет время.

Стон сорвался с моих губ, когда его поцелуи спустились к ложбинке между бедер. Ноги раздвинулись перед ним беспрекословно; кожа была влажной от речной воды и от неистового желания, бушующего во мне.

Почему я так сильно текла?

А потом он сделал то, чего я совсем не ожидала. Он скользнул языком между моих складок.

О, это было божественно. Его язык был идеально отточенным инструментом богини. Я никогда не испытывала ничего подобного. Его язык ласкал мою киску, он пробовал меня на вкус снова и снова.

— Сладкая, — пробормотал он, его дыхание обжигало мой клитор. — Точь-в-точь как я и представлял.

Святые небеса.

Его зубы задели клитор, и я едва не закричала, когда всё внутри затанцевало и сжалось. Но этого было недостаточно, чтобы перебросить меня через тот самый отчаянный край.

— Пожалуйста…

Хантер тихо рассмеялся:

— Не волнуйся, пара. У меня есть как раз то, что тебе нужно.

Он снова поднялся выше, осыпая мое тело поцелуями. Они ложились на охлажденную кожу как раскаленные клейма. Его губы накрыли мои с властностью, обещавшей защиту и силу. Я обхватила его талию ногами и прижалась к нему всем телом.

Я никогда не чувствовала ничего подобного. Я была в считанных мгновениях от того, чтобы вспыхнуть живым пламенем.

— Хантер… — взмолилась я, впиваясь ногтями в его спину и пытаясь притянуть его еще ближе.

— Определенно, в тебе есть примесь альфы, — хмыкнул он с весельем, покачиваясь на мне. Я застонала, жаждая большего. Он снова поцеловал меня — еще одно горячее клеймо на моих губах. Богиня, я хотела его сильнее, чем когда-либо думала, что можно кого-то хотеть. Я хотела, чтобы он заполнил меня своим членом и трахал до тех пор, пока я не закричу его имя, как он и обещал.

— Пожалуйста… — умоляла я. О чем я, черт возьми, вообще умоляла? Я потерлась о его массивное достоинство. Ах, точно. Его член. — Пожалуйста. Я хочу… Подожди… что это там, у основания?

Осмелев, я просунула руку между нашими телами, обхватив ладонью его твердую плоть.

— Что это…? — мои пальцы осторожно коснулись крупного утолщения возле его паха. Яйца не могли там находиться… если только его анатомия внезапно не переместила их к самому верху ствола… и не заставила их… пульсировать?

— «Что это» — что, Рыжая? — у этого мерзавца на лице была самодовольная ухмылка. Я прикусила губу, сдерживая всхлип вожделения, когда его рука накрыла мою, заставляя меня сильнее сжать его орган.

Это же ни за что не влезет.

Черт, почему здесь так жарко?

Кто-нибудь прибавил отопление? Или начался пожар?

— Успокойся, маленькая омега, — прошептал Хантер мне на ухо. — Всё отлично влезет. Ты рождена, чтобы принять мой узел, пара. Рождена, чтобы я тебя лизал, кусал и трахал.

Он качнул бедрами, и моя рука скользнула по всей его длине. Я сделала несколько пробных движений, прежде чем он убрал мою руку со своего члена, зажав её вместе с другой моей ладонью над моей головой.

Я сделала что-то не так?

— Нет, Рыжая, — заверил он меня. — Но мне не нужна ручная работа. Я хочу чувствовать твою тугую киску, обхватившую мой член.

Черт, я сказала это вслух.

Его член заскользил по моей смазке, вызывая всё новые похотливые стоны в моем горле. Головка толкнулась в мой вход. Хантер замер, прежде чем слегка отстраниться.

— Почему ты—

В следующее мгновение я выкрикнула его имя, когда он грубо и мощно ворвался в меня.

Этот ублюдок буквально пронзил меня своим членом. Слезы застилали глаза, когда внутри вспыхнула боль. В этот миг его губы накрыли мои, заявляя на меня права, делая своей. Секунду мне казалось, что я снова обречена на ту же муку, что и раньше, но уже в следующий миг я звала его по имени, пока он двигался во мне.

Хантер медленно вращал бедрами, позволяя моему телу привыкнуть к его огромному размеру. Неужели ему обязательно было иметь такой большой член? После нескольких толчков боль от его первоначального выпада угасла, и всё, что я чувствовала, — это блаженное тепло. Я выгибалась под ним, мои руки пытались вырваться из «клетки», в которой он их держал.

— Не в этот раз, детка, — прорычал он, толкаясь бедрами еще жестче. — Здесь правила устанавливаю я, и это — твоя расплата за то, что тебя поймал опасный охотник.

Рыча, я обхватила его ногами, сжимая бока, впиваясь пятками в его ягодицы и подгоняя его. Я хотела большего. Больше его силы. Больше его власти. И определенно больше его члена.

Хантер одобрительно зарычал, поршнем двигаясь в моем тугом, влажном жару. Мои груди прыгали перед его лицом, и он опустил голову, чтобы обжечь одну из них ртом. Он не стал нежно сосать или лизать. Вместо этого он сильно прикусил сосок. Я закричала, мои бедра бешено задергались, пока он удерживал сосок зубами еще несколько секунд, прежде чем отпустить.

— Я отведу тебя проколоть их, — пообещал он. — Буду, блядь, таскать тебя за собой на привязи своего узла всякий раз, когда у тебя будет течка.