Злодеи выбирают себя. Том 3 - Середой Соня

– Вместе и посмеёмся.

– Син, ситуация непростая, и от благосклонности главы Тэ зависит твоя судьба. Он зол на тебя, скрывать не буду. Зол, потому что ты отказала ему в двух вещах. Зол, потому что ты, вероятно, прелюбодействовала с Юань Юнем. И на него он, кстати, тоже зол.

– А есть хоть кто-то, на кого достопочтимый глава Тэ не зол?

– Син, прошу, – с немой мольбой во взгляде обратился к ней Гуан Шэн, что заставило её несколько остудить пыл. – Веди себя сдержанно. Если у вас что-то было с мастером Юань Юнем, признайся, будь честна. В конце концов, хорошо то, что ты отказывала ему… только не объясняла причин.

– Отказ есть отказ. Объяснять я ничего не обязана.

– Боюсь, обязана, Син. Речь идёт о главе духовной школы.

– Понятно. Тогда, если мастер Гуан не против, эта заклинательница хотела бы поскорее разобраться с неминуемой встречей.

– Только умоляю, Син, будь смиренной и почтительной.

Посмотрев на Гуан Шэна без особого выражения и молчаливо поднявшись с места да поклонившись, она заставила его только горестно покачать головой. Похоже, он был не прочь обнаружить вместо чая напиток покрепче.

Добираясь до усадьбы Алого феникса, по пути Чэнь Син не раз цеплялась за мысль влететь в какой-нибудь сугроб и выбраться из него лишь с приходом весны. Погода несильно радовала своей облачностью, снежинки так и летели в лицо, заставляя Чэнь Син щуриться.

Прибытие в усадьбу Алого феникса ознаменовалось для неё новой волной насторожённых взглядов, которые так и кричали, что ей здесь несильно рады. Проходя по коридорам усадьбы, Чэнь Син чувствовала себя одинокой волчицей, оказавшейся среди стаи шакалов.

«Ладно. Пять минут позора, ничего страшного», – настраивала она себя на боевой лад, прежде чем оказаться в кабинете главы духовной школы Небесного дао.

Стояла гробовая тишина, только свист ветра помогал понять, что она не оглохла. Тэ Синь сидел за рабочим столом, изучая документы, и даже глаз на неё не поднял.

Приняв как должное столь холодное приветствие – ну или отсутствие такового, – Чэнь Син сложила перед собой руки и отвесила глубокий поклон, сообщив:

– Эта заклинательница приветствует достопочтенного главу Тэ. Также эта заклинательница прибыла сообщить, что завершила глубокую медитацию в горах и готова вернуться к обязанностям мастера усадьбы Чёрной черепахи.

Наблюдая за Тэ Синем, как он неспешно перебирал документы под тёплым светом ламп, как тени мягко ложились на его сосредоточенное лицо, Чэнь Син могла бы сказать, что увиденная картина завораживала и способствовала успокоению. Только вот проблема в том, что Чэнь Син пришла сюда явно не лицезреть своего достопочтенного главу, словно реликвию на алтаре императора.

– Глава Тэ.

– Я вижу, что вы пришли. Наберитесь терпения, пока я не закончу.

Тон его голоса тоже не сулил ничего хорошего, это показное пренебрежение откровенно демонстрировало полный контроль Тэ Синя над ситуацией.

Чэнь Син мысленно досчитала до трёх, после чего отозвалась с долей лёгкой обиды:

– Эта достопочтенная только покинула глубокую медитацию, а уже заслужила немилость главы. Может ли глава сообщить, что эта достопочтенная сделала не так?

Занеся кисть над бумагой, Тэ Синь остановился.

Он посмотрел на Чэнь Син исподлобья немигающим холодным взглядом, сравнимым лишь с суровой погодой за окном:

– Если это всё, что вы хотели мне сообщить, можете быть свободны, мастер Чэнь. Благодарю за визит.

– Глава Тэ злится на эту достопочтенную?

– Уже нет.

– Значит, злились.

– Мастер Чэнь. – Терпеливо отложив кисть к чернильному камню, Тэ Синь наконец выпрямился и уточнил: – Что вы хотите от меня услышать?

– Возможно, извинения.

Вызвав у Тэ Синя удивление, выраженное в изогнутой брови, Чэнь Син мысленно попросила прощение у Гуан Шэна. Недолго продержалась её тактика прилежной скромной барышни.

– Из-за того, что вы с мастером Гуан Шэном и Лин Бижань довольно громко обсуждали мой отказ выходить за вас замуж, об этом теперь знает вся духовная школа, считая меня неблагодарной, ветреной и зазнавшейся женщиной.

– Уж извините за грубость, но разве это не так?

– Могу согласиться только с последним определением.

– А остальное, значит, ложь?

– В чём эта заклинательница неблагодарна?

– Я выделил вас среди других заклинательниц, предложил определённое положение при школе и даже в мире заклинателей. Вы отказали.

– Нежелание становиться замужней женщиной вы воспринимаете на личный счёт? – нахмурилась Чэнь Син. – Вы хоть понимаете, во что превратилась моя репутация из-за вашего неудачного разговора?

– А во что превратилась моя репутация, вы не задумывались? – скривился Тэ Синь. – Мастер Юань не опроверг слухи ни о том, что вы ухаживали друг за другом, ни факт своего родства с вашим учеником. Почему-то, когда я обсуждал с вами вопросы о парном совершенствовании и замужестве, вы об этом не упоминали.

– Вы могли бы возмутиться, если бы я согласилась, но я вам отказала. Почему вы злитесь на меня за то, что я свободная женщина?

– Свободная, значит.

В глазах Тэ Синя сквозил обжигающий холод, он с раздражением смотрел на Чэнь Син и тем не менее не мог не понимать, сколь абсурдные требования выставлял перед ней. Вероятно, он привык получать всё, что пожелает, либо добиваться всего любыми возможными способами.

– Знаете, мастер Чэнь, у меня, как у главы школы, тоже есть особые права. Например, отправлять в отставку мастеров, переставших приносить пользу.

– Разве я перестала приносить пользу? Моё присутствие в роли мастера способствовало развитию усадьбы Чёрной черепахи и её адептов, в то время как за мастером Гуан Шэном подобного не наблюдалось.

– Ещё и клевету нагоняете.

– Констатирую факты. За минувшие дни, пока вы отсутствовали, я просмотрела большую часть отчётных документов по расходам и заработку. Не сказать, что цифры меня обрадовали.

– Вы ещё и смеете упрекать этого главу, – всё сильнее мрачнел Тэ Синь, откинувшись на спинку стула и терпеливо наблюдая за собеседницей. Его вид словно подчёркивал внутреннюю борьбу и сомнения, которые вызывала в нём Чэнь Син. – Это всё, что вы можете сказать этому главе?

Чэнь Син показалось, словно Тэ Синь хотел задать далеко не этот вопрос. Наблюдая за ней с терпеливым ожиданием, уверенно смотря в глаза, он едва уловимо хмурил брови, что куда сильнее напоминало расстройство, а не злость.

– Это всё, – сухо отозвалась Чэнь Син.

Тэ Синь медленно опустил взгляд к бумагам, разложенным на столе. Тени, падающие на лицо, подчёркивали его безграничную усталость. На короткий миг человек, олицетворяющий уверенность и стойкость, обратился стариком, потерявшим интерес ко всему.

– Можете быть свободны, мастер Чэнь. Мастер Гуан Шэн введёт вас в курс дела.

Разговор оставил горькое послевкусие. Несмотря на старания держаться особняком от чужого мнения, Чэнь Син всё же уязвило разочарование Тэ Синя. Она добросовестно выполняла работу мастера усадьбы, заботилась об учениках и заклинателях. Держала Юань Юня на расстоянии, да и Тэ Синю отказала, но теперь все думали, будто она закрывала уши и глаза [27] каждого встречного. Вероятно, в этом есть доля истины.

Если Тэ Синь велел ей возвращаться к делам усадьбы, она продолжит исполнять свои обязанности. Придётся многое наверстать, учитывая то, как расслабились заклинатели за годы её отсутствия.

С приближением Чуньцзе, празднованием нового года и скорого прихода весны, постройки украсили бумажными фонарями и разноцветными лентами, а поле между усадьбами Алого феникса и Белого тигра расчистили от снега и подготовили для общего гуляния поляну. Защитные барьеры помогали спрятаться от ветра, заколдованные сферы и талисманы освещали простор, создавая подобие уюта.

Развлечения предполагали выступления учениц усадьбы Чёрной черепахи, сражение на мечах с балансированием на тонких балках, всяческие забавы и ярмарку самодельных сладостей. Осматривая ларьки, радостных мужчин и женщин, а также заколдованные талисманы, Чэнь Син мысленно подсчитывала затраты, не забывая добавить к ним фейерверк, запланированный через шичэнь.