— Ужасно, — тихо сказала я. — Если позволите, при чём здесь Энхарт?
Она вздохнула.
— Перспектива этого брака так меня подавила, что я начала отдаляться от всех. Перестала ходить на занятия, видеться с друзьями. Сил не было ни на что, а спать я всё равно не могла. Однажды принц Энхарт случайно встретил меня, когда я бродила по университетским садам как призрак. Мы даже не были близки, но он сразу предложил выслушать. Убедил рассказать всё. И я призналась, что боюсь — я слишком молода и, главное, никогда не смогу полюбить мужчину, даже если сама выберу мужа. Тогда он вызвался поговорить с братом и выступить против брака от моего имени.
— Король тоже был замешан? — Голова шла кругом. Похоже, в браках знати участвовало куда больше людей, чем жених и невеста.
— По долгу положения король в той или иной степени участвует во всех отношениях при своём дворе. Проблема была в том, что предложенный союз он поддерживал.
Я неловко поёрзала.
— Ох.
— У Энхарта не было никаких причин мне помогать, — тихо сказала она. — Более того, он мог серьёзно поссориться с королём, поставив под сомнение его решение. Но почему-то моя мелкая беда показалась ему важной. Не прошло и недели, как помолвку расторгли, а отец больше никогда не поднимал этот вопрос.
— Это Энхарт убедил короля? — спросила я шёпотом.
Она пожала плечами.
— Так и не узнала. Через несколько месяцев отец умер во сне, и я наконец стала свободна.
Я кивнула.
— Вот почему на балу вы сказали, что вас не интересуют ни более высокий статус, ни деньги. После смерти отца состояние перешло к вам.
Она кивнула.
— И что было дальше?
— В своё время случился небольшой скандал. Многие при дворе так и не простили мне дерзости, но мне всё равно. После смерти отца я смогла закончить учёбу, а мы с принцем Энхартом больше никогда об этом не говорили. Уверена, похожие истории найдутся и у других. При всех своих недостатках в глубине души он хороший человек.
Я беспокойно пошевелилась. Было гораздо удобнее считать его мерзавцем.
— К чему вы ведёте?
— К тому, что он сложнее, чем кажется. Как и вы.
Пульс стучал в ушах, но я промолчала.
— А виконт? Что стало с ним?
Она усмехнулась.
— Лет через сто мне удалось проникнуть в жизнь Сирила Харринга.
— Сирила Харринга? — переспросила я. — Мне недавно довелось… э-э… иметь удовольствие познакомиться с ним.
Веспер фыркнула.
— Поверьте, этот мужчина об удовольствии не знает ничего. Говорят, месть не к лицу леди, но в последнее время я никак не могу отказать себе в удовольствии самую малость усложнять ему жизнь.
Я улыбнулась.
— Спите с его женой?
— А что поделать? — отозвалась она. — Мне нравится знать, что она куда охотнее проводит ночь в моей постели, чем в его. Особенно потому, что виконт об этом тоже знает.
Она вытащила из складок плаща бутылку и с хлопком вытащила пробку. Улыбаясь, протянула длинные пальцы к моему пустому бокалу.
— Ну что, — сказала она. — Может, немного чаю?
Глава 14
Я массировала виски, пока Энхарт отчитывал меня за неспособность вызвать хотя бы струйку дыма. Похоже, под «чаем» Веспер подразумевала две бутылки хендарийского вишнёвого вина и посиделки до самой ночи. Сквозь облака едва пробивался лунный свет, и даже он резал глаза.
— Вы даже не стараетесь, — обвинил он.
— Стараюсь! — Между ладонями вспыхнула искра и тут же с шипением погасла. Под кожей предупреждающе пульсировал жар. На что-то сложнее этого я не собиралась соглашаться ни при каких обстоятельствах, но признаваться ему не намеревалась.
— Вы явно сдерживаетесь. Так что лучше расскажите, в чём дело, пока мне не пришлось заставить вас.
Проклятье.
— Заставить? — прошипела я, чувствуя, как краснеют щёки. В сложенных чашей ладонях зашипело пламя. — Довольны?
Он отступил и подозрительно прищурился.
— Нет.
— Вы же говорили, огонь должен рождаться из спокойствия, а не хаоса, — возразила я, и пламя исчезло клочком дыма. — Но сами упорно меня провоцируете.
— Я заметил, что злость вас мотивирует.
Я тихо его прокляла.
— Расскажете наконец, в чём дело на самом деле?
Я сглотнула, избегая его взгляда.
— Просто считаю, что огнём нужно пользоваться осторожно. Он непредсказуем.
— Вы лжёте.
— Я же сказала, перестаньте…
Он поднял ладонь, заставляя меня замолчать.
— Мне не нужно, выражаясь вашими словами, копаться у вас в голове, чтобы понять, что вы лжёте. Я всю жизнь провёл при королевском дворе, а в обмане вы далеко не так искусны, как знать.
— Возможно, была бы искуснее, если бы вчера вы не бросили меня посреди занятия.
На его лице отразилась смесь недоумения и веселья.
— Вчера? Разве мы к тому моменту уже не закончили?
Я прикусила внутреннюю сторону щеки.
Он склонил голову.
— Прошу прощения, что мужские чары оказались сильнее меня. Обещаю, если потребуется, просижу с вами всю ночь.
— Я не это…
— Нет-нет, я настаиваю. Всю ночь и весь день. Если понадобится, буду отгонять Мордрика палкой.
Я закатила глаза.
— Что вы скрываете? — внезапно серьёзно спросил он.
— Ничего. Я просто думаю, что время можно потратить куда полезнее.
Он ухмыльнулся.
— Я ведь могу просто посмотреть сам.
— Только посмейте.
— Тогда расскажите. Я приказываю.
Я фыркнула.
— Вы мне приказываете?
— Именно. Как ваш принц.
— Вы не… — Я запнулась. — Вы не можете. — Технически мог, и прекрасно это знал.
— Или ещё лучше: заставлю Мордрика приказать вам.
Я сглотнула. Ни один из предложенных вариантов мне не нравился, а правду Мордрику хотелось рассказывать ещё меньше, чем Энхарту.
— Ладно, — сдалась я. — В последний раз, когда я вызвала настоящий огонь, а не крошечное пламя на ладони, всё вышло из-под контроля.
— Вы кого-то убили.
Я резко втянула воздух.
— Откуда вы…
Он пожал плечами.
— Вы забываете, ведьма, что мне и самому довелось пережить немало ужасов. Не то чтобы вы когда-нибудь спрашивали. Удивить меня трудно. Кто это был?
Я прикусила внутреннюю сторону щеки.
— Не знаю, — призналась я. — Я не знаю их имён.
— Имён?
Я опустила подбородок, не выдерживая его пронзительного взгляда.
— Их было пятеро. Пять незнакомцев. Они ворвались в деревню, угрожали нам. Я не хотела этого, но… выпустила на них какое-то чудовище.
— Очень расплывчато. Как оно выглядело?
Я косо посмотрела на него.
— Синим.
— Синим? На обычный огонь не похоже.
Я пожала плечами.
— Думаю, он и не был обычным.
— Покажите. — Он сжал мои пальцы. Я дёрнулась от неожиданности, но хватка оказалась крепкой.
— Не думаю, что…
Покажите, — эхом прозвучал его голос в голове, перебивая меня. Я молча уставилась на него. Мне не хотелось, чтобы он увидел меня в тот холодный день в Уилдстоуне. Не хотела, чтобы он увидел меня такой.
Вы можете мне доверять.
В голове всплыли слова Веспер. Она ему доверилась. Мордрик тоже доверял — уже хотя бы потому, что поручил Энхарту моё обучение. Я медленно выдохнула; глаза уже щипало.
— Хорошо, — прошептала я.
Я переплела наши пальцы и открыла ему путь к воспоминаниям. Его присутствие в сознании было холодным и нетерпеливым, жаждущим увидеть то, что я скрывала. Вопреки каждому инстинкту я опустила барьеры и впустила его.
Холод просачивался сквозь подошвы сапог, пока я шла по главной улице Уилдстоуна. Родители подарили мне эти сапоги на пятнадцатилетие, и за годы ежедневной носки кожа истончилась и растрепалась. К груди я прижимала стопку свежевыстиранного белья; до носа доносился слабый запах лавандового мыла, которое бабушка варила сама. Пальцы подрагивали, кожа потрескалась и порозовела после целого дня стирки чужих вещей в ручье.
