Зелья и предубеждения (ЛП) - Харлоу Ти

Дрейвен откинулся на спинку стула, и я глубоко вдохнула.

— У меня нет магии. И у моих сестер тоже.

Дрейвен молчал, его лицо не выдало ни единой эмоции после моего признания.

— Нас прокляли, — я принялась нервно перебирать пальцами. — Наша бабушка. Это вышло случайно. Перед смертью она хотела благословить нас, но по старости все перепутала, обронила не те слова и вместо благословения оставила нам проклятие. Из-за этого ушел отец.

Глаза Дрейвена недобро сверкнули.

— Я была такой наивной. Думала, он ушел искать способ снять чары. Была уверена, что он вернется. Каждый божий день торчала у окна, высматривая его. Ждала. Со временем я выросла и поняла, что он не вернется никогда. Мы пытались снять проклятие сами, — я заговорила быстрее, чувствуя, как нарастает тревога. — Искали заклинание за заклинанием. Нанять Разрушителя проклятий нам было не по карману. А потом я встретила Джонаса. Влюбилась в него и решила открыться, — голос задрожал. — Вместо того чтобы понять, он предал меня: донес магистратам, что мы незаконно живем в Ведьминских землях без магии. Получил за это кругленькую сумму. К счастью, я узнала об этом вовремя — подслушала его разговор с ними. Мы тут же бросили единственный дом, который знали. С тех пор мы вечно в пути, кочуем с места на место, чтобы никто не заподозрил неладное — ведь четыре ведьмы почему-то совсем не пользуются магией.

Дрейвен не шелохнулся.

— Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, — заерзала я на стуле.

Он поднялся, подошел ко мне и опустился на колени, сжав мои ладони в своих.

— Мне так жаль, что тебе пришлось через это пройти.

Я всхлипнула.

— Когда я узнала, что Верховная Ведьма — твоя бабушка, я испугалась. Это напомнило мне об отце и Джонасе. Я пережила их уход, их предательство, — голос сорвался. — Но я не думаю, что пережила бы твое. Поэтому я сбежала раньше, чем ты успел бы меня отвергнуть.

Он поднялся и крепко обнял меня, пока я рыдала у него на плече.

— Но теперь я боюсь, что все испортила.

Он отодвинул меня на расстояние вытянутой руки.

— Элспет, я готов был броситься за тобой в погоню. Я бы прочесал все уголки этого мира, если бы пришлось. Я бы не стал работать, есть, спать — я бы перевернул каждый чертов камень на континенте, пока не нашел бы тебя.

— Правда? — я рассмеялась, утирая слезы.

— Ну, для начала я собирался напиться до беспамятства. Но тут пришел Элм и вправил мне мозги. Заставил понять, как сильно я тебя люблю. И что я не смогу без тебя жить.

От этих слов у меня перехватило дыхание.

— Даже после всего, что я рассказала?

Он нахмурился.

— Ты думаешь, мне есть дело до какого-то идиотского проклятия? С твоим проклятием я справлюсь. А вот без тебя — нет. Я люблю тебя, Элспет.

Я и не подозревала, как сильно хотела услышать эти слова, пока они не прозвучали. Сердце заполнило тепло.

— Что ж, тогда очень кстати, что я тоже тебя люблю.

Уголки его губ поползли вверх, он прижался лбом к моему лбу.

— Есть кое-что еще, — добавила я.

Он отпрянул.

— Еще что-то? Больше, чем ты уже открыла?

— Есть способ снять проклятие. Каждая из нас должна выйти замуж, и тогда магия вернется, — я поморщилась: до чего же глупо это звучало. — Но я не жду от тебя предложения. Я хочу, чтобы мы не торопились и узнали друг друга получше. Если бы я хотела замуж ради выгоды, я бы давно это сделала. Мы все бы сделали.

— Значит, замуж ты не хочешь?

— Только за того самого человека, — я слегка пожала плечами. — Но я хочу стать примером для Прю и Огги. Хочу показать им, что такое настоящая любовь. Показать, что ради нее стоит подождать.

Он обвил меня руками, и я поднялась вместе с ним.

— И ты думаешь, что нашла ее? Со мной? Настоящую любовь?

Я одарила его дрожащей улыбкой.

— Думаю, да, мистер Даркстоун.

Его взгляд мгновенно стал хищным.

— Моя сестра в безопасности? — спросил он. — Ты уверена, что она в коттедже?

— Да, — быстро ответила я. — Она с моими сестрами и Эдгаром. С ними все хорошо, — я замялась. — А что?

Он наклонился и впился в мои губы глубоким, обжигающим поцелуем.

— Значит, я могу сделать вот это.

Он обхватил мои бедра и усадил на стол. Я раздвинула ноги, позволяя ему втиснуться между ними.

— Прямо здесь? В твоем трактире?

— О да, мой трактир вполне подойдет.

Он уложил меня на стол, и жар затопил все тело.

Когда он принялся целовать мою шею, я со смехом выдавила:

— Твоя квартира прямо наверху.

— Я не дотерплю, — Его твердая длина прижалась к моему паху сквозь юбки платья, которые он начал задирать.

— Знаешь что… — я приподнялась, и он недовольно рыкнул. — Ты очень напористый.

Он обнажил зубы в усмешке.

— Мы займемся этим прямо сейчас или как?

Я неопределенно пожала плечами, задирая подол еще выше и обнажая бедра. Он судорожно вздохнул.

— Мне кажется, тебе нужно еще немного поумолять.

— Я думал, ты сказала, что мне не за что извиняться.

Я провела пальцем по его груди.

— Считай, я передумала.

— Хочешь, чтобы я умолял? — он схватил мои трусики и стянул их к щиколоткам. — Элспет, я умею умолять.

Он провел пальцем по моей плоти, и я ахнула, запрокидывая голову, пока он выписывал быстрые круги вокруг самой чувствительной точки.

— Пожалуйста, прости меня, — он толкнул палец внутрь, заставив меня застонать, и принялся размеренно двигать им. — Я никогда, никогда больше тебя не отпущу, — он добавил второй палец. — Ты моя, Элспет. А я твой, — его большой палец дразнил клитор, пока другие нащупывали ту самую точку внутри. — Весь.

Ноги задрожали, удовольствие и жар смешались внизу живота.

— Без остатка.

Я вцепилась в края стола, подаваясь бедрами навстречу.

— Навсегда, — он отстранился, расстегивая ремень на брюках. — А теперь будь хорошей девочкой и встань на колени.

Я хотела было поспорить, подразнить его еще немного, но тут он освободил свой член, и мне стало жизненно необходимо почувствовать его внутри. Я встала на колени прямо на столе, спиной к нему.

Он подошел сзади, задрал мои юбки и провел ладонями по изгибам бедер и ягодиц. Он широко раздвинул меня и вошел одним мощным толчком — мы оба одновременно застонали.

Весь остаток дня он доказывал мне на деле, как много значат его слова.



Я сидела с Дрейвеном у барной стойки, хмуро глядя в чашку с водой.

— Что не так? — он наклонился и поцеловал меня в плечо.

Я повернулась к нему.

— Как ты собираешься скрывать это от бабушки? Тебе нормально будет ей врать?

Он схватил кружку с элем и сделал внушительный глоток.

— Да мне глубоко насрать на бабушку. Она ввела самые суровые законы за последние три столетия. Думает, это делает ее грозной, но на самом деле ее все просто боятся. Она изолировала нас от других миров. Жесткие законы не делают ее сильной. Они делают ее слабой. Они делают слабыми нас всех.

Я уставилась на него.

— Значит, ответ — «да»?

Он подался вперед и поцеловал меня.

— Я ради тебя на что угодно пойду. Я никогда не позволю ей забрать тебя или твоих сестер из вашего дома.

— Я просто жалею, что нет другого способа снять проклятие, кроме как заставить всех нас выйти замуж.

— Возможно, он есть, — он соединил кончики пальцев домиком. — Тебе стоит кое-что обо мне знать.

Я внутренне подобралась, не уверенная, что хочу слышать продолжение.

— Мои родители были Разрушителями проклятий, но не только они. Я тоже им был. И я думаю, что смогу помочь вам снять это проклятье.

Глава 43



Элспет

Я мерила шагами комнату, пока Дрейвен, склонившись над листком пергамента, что-то быстро на нем записывал. Он возился уже три часа. В первый час он водил руками надо мной, нашептывая незнакомые слова и вытягивая из меня золотистое свечение. Проклятие, как он пояснил. Свет собрался в шар, испещренный всевозможными символами и знаками. Дрейвен переставил этот сгусток на стойку. Он сказал, что это — сама структура нашего проклятия, и ему нужно распутать все его нити, чтобы отменить. Я никогда не видела ничего подобного. Никогда не видела Разрушителя проклятий в деле. Это завораживало.