Мой муж — космический босс (СИ) - Хоук Майя

— Я буду ждать тебя там, — Вейл выходит, не сказав больше ни слова, но его тень задерживается на пороге.

— Я не должна ошибиться, — шепчу себе под нос и глубоко вдыхаю. Потому что ошибка — это не просто провал. Это его разочарование. А его разочарование… я еще не видела.

В конце концов, все, что случилось в академии, было давно. Но иногда ночью я просыпаюсь с привкусом крови во рту. Что хуже: то, что я сделала тогда, или то, что готова сделать сейчас, чтобы не вернуться в прошлое?

Глава 4.3

Я стою за кулисами, сжимая в руках листок с заранее подготовленными ответами. Пальцы потеют и оставляют на планшете следы. Через тонкую стену доносится гул голосов — там собрались десятки журналистов, и все они ждут меня.

«Не дыши слишком громко. Не споткнись. Не урони микрофон.», — читаю себе как мантру. Но мысли не слушаются. В голове вспыхивает воспоминание, резкое, как удар тока:

Академия. Лаборатория термоядерных исследований.

Я застываю, будто снова нахожусь там — перед консолью, а пальцы дрожат над клавишами. Последние расчеты перед тестовым запуском. Профессор Кейн стоит у меня за спиной, его дыхание горячее на моем затылке.

— Ты уверена в этих коэффициентах?

Киваю. Я всех убедила в том, что мой дипломный проект сработает, однако на деле вышло кое-что другое.

Через десять минут реактор выходит из строя. Сирены. Дым. Крики. Обожженные студенты и преподаватели в лаборатории.

Почти всех удалось спасти, но мое имя вымарали из отчетов, потому что никто не имел права нанимать студентку на такую важную и ответственную должность. «Низкая компетентность, чрезмерная самоуверенность», — гласила официальная бумага об отчислении. И это был мой волчий билет из-за которого я покинула собственную планету и даже солнечную систему, потому что здесь, на окраине галактики, очень требовались работники, готовые на то, чтобы прозябать без света годами и горбатиться на загадочного Доминика Вейла — гения совсеренной биоинженерии.

Я хотела вернуться в науку хотя бы так и решила, что это мой шанс.

Сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони.

Пять лет.

Пять лет я украдкой писала работу специально для компании Доминика, в это время подрабатывая рядовой лаборанткой. И в конечном счете все закончилось вот так: теперь я больше не ценный кадр.

Теперь меня ждет пресс-конференция. Прямой эфир. Вейл все-таки выбрал меня, но несколько в другом качестве.

Что, если он слышал про то мое фиаско?

Желудок сжимается. Вейл не терпит некомпетентных. Его бывшие сотрудники исчезают бесследно — не буквально, но их карьеры превращаются в пепел после единственной оплошности.

А я — живая оплошность.

— Госпожа Лира? — Ассистентка касается моего локтя. — Вы выходите через минуту.

Я киваю, делая глубокий вдох. Корсет давит на ребра.

Если ошибусь сегодня это будет конец.

Двери открываются. Ослепляющий свет ламп.

Первые вопросы.

Я улыбаюсь. Отвечаю. Стараюсь, сделать так чтобы голос не дрожал.

А потом…

— Госпожа Лира! — Журналист в третьем ряду вскакивает с места. — Правда ли, что вас отчислили из Академии за халатность, повлекшую аварию на реакторе?

В зале наступает тишина.

Мир сужается до одной точки.

Я не могу дышать.

И тут…

— Интересно, — раздается спокойный голос Вейла.

Он берет микрофон, его пальцы слегка касаются моих.

— Откуда у вас эти данные? — продолжает глава корпорации. — Ведь официальных записей об этом инциденте… не существует.

Его взгляд встречается с моим.

Значит, Доминик знал об этом все время?

Проглатываю слюну и разглаживаю складки на платье, украдкой глядя на жениха.

Сейчас он улыбается. Но почему? Это же такое пятно на репутации корпорации или я больше не имею отношения к бизнесу?

По залу пробегает шепот. Журналист осекается, а Вейл продолжает, повернувшись ко мне:

— Госпожа Лира прошла строжайший отбор в нашей корпорации. Если бы она действительно была виновна в халатности, разве я позволил бы ей работать над своими проектами?

Его рука ложится на мою — холодная, тяжёлая. Я заставляю себя улыбаться, чувствуя, как эта улыбка мне жмет.

В глазах Вейла читается послание: «Играй свою роль».

И я играю. Улыбаюсь. Киваю. Делаю всё, что от меня ждут. Но внутри — только один вопрос: что скажет Вейл после конференции?

Глава 5. Объяснение

Шум пресс-конференции стихает, оставляя после себя гулкую тишину. Я стою за сценой, пальцы все еще сжимают ненужный уже крошечный микрофон, который был прицелен к моему платью. Теперь он выключен. Обесточенной чувствую себя и я.

Доминик знал, что я на самом деле настоящее разочарование.

Я медленно поворачиваю голову. Доминик стоит рядом, безупречный в своем темном костюме, слегка расстегнутом у горла. Его глаза холодны, но в них читается ожидание вопроса.

— Поговорим о пресс-конференции? — Мой голос звучит ровнее, чем я чувствую.

— Конечно.

Он не предлагает руку, не пытается коснуться меня — просто делает жест, предлагая отправиться за ним следом. Это заставляет меня нервничать.

Мы идем молча по длинным коридорам. В зеркальных стенах отражаются наши силуэты — высокий, властный мужчина и женщина в темном облегающем платье, идеально подчеркивающем фигуру. Я сжимаю кулаки, чувствуя, как корсет врезается в ребра.

Откуда он знает о том, что я так старалась скрыть? Он следил за мной все это время или так хорошо сработала система безопасности?

От мыслей не становится легче, поэтому я предпочитаю выкинуть их из головы. Для этого я использую знакомую технику: нужно глубоко вдохнуть, а потом выдохнуть.

В конце концов перед нами вновь открываются двери зимнего сада — место, где мы совсем недавно закончили разговор, только сейчас я выгляжу несколько лучше, чем после медицинских тестов. Даже не стыдно за себя впервые за долгое время.

Влажный воздух окутывает лицо, в оранжерее пахнет землей и чем-то сладким. Здесь тихо, слышно только шелест листьев и мягкий плеск воды в фонтане — такая атмосфера расслабляет.

Доминик останавливается у края клумбы с черными розами. Их лепестки кажутся бархатными в свете искусственных звезд.

Здесь стоит несколько скамеек.

— Ты злишься?

Этот вопрос застает меня врасплох, а потом я встречаюсь с направленным на меня взглядом Доминика. В глазах Вейла читается интерес и… веселье?

Следом я прислушиваюсь к себе. Получается, я действительно не в духе: Вейл каким-то образом вынюхал мои тайны, которые, как я думала, давно в прошлом.

— Да. — Я резко поднимаю голову. — Как ты узнал, почему меня отчислили?

— Имею привычку просматривать файлы всех новых сотрудников, — все так же, явно веселясь, говорит Вейл.

— Но их же сотни! — развожу в стороны руками.

— Те, что с пометкой от службы безопасности. — поясняет Доминик. — Таких немного. Ты — практически ошибка в системе. Вначале они пропустили тебя, пометка появилась лишь при повторной проверке.

Во все глаза смотрю на Доминика. Что же он дальше скажет?

— И ты… — Голос предательски дрожит. — Почему ты не стал меня увольнять?

Доминик пожимает плечами и оборачивается к клумбам, опираясь на спинку скамейки.

— Ты очень старалась.

Значит, не такая он и бездушная машина, как поговаривают в компании?

— Но я поставил блок на продвижение по службе, — припечатывает Вейл.

Сжимаю руки в кулаки — ведь это все, чего я хотела. Всегда.

— По…почему?

— Я не мог рисковать, — просто отвечает Доминик.

— Рисковать? — Кажется, меня прорывает. — Ты владелец корпорации, которая меняет ДНК целых рас! Один неудачный эксперимент в лаборатории сделал бы тебя банкротом?

— Не неудачный эксперимент. — Доминик смотрит мне в глаза и кажется он действительно верит в то, что говорит. — Самоуверенность…

— Ни одно научное открытие не делается без риска! Тебе ли не знать?! — распаляюсь я.