— Это была халатность, — припечаиывает Доминик. — Ты не проверила расчеты. Ты была слишком уверена в себе.
Слова бьют, как пощечина.
— Я была молода.
— И я не мог позволить тебе повторить ошибку, — спокойно добавляет Вейл.
Я отворачиваюсь, глядя на черные розы. Они красивы, но неестественны — как и все здесь.
— Но теперь ты стал меня защищать? Потому что наша ДНК совпала?
Доминик медленно подходит ближе.
— Нет.
Он садится на край фонтана, пальцы слегка касаются воды.
— Я следил за твоей работой, потому что она правда была интересна. Ты стала осторожнее. Проверяла все дважды. Не подавала запросы на рискованные проекты. Ты все равно пыталась. — Он поднимает глаза. — Ты не сдалась. Даже когда тебе отказывали. Даже когда Вент унижала тебя на собраниях.
Я сжимаю зубы. Если бы мне все удалось, так я имела бы шанс стать чем-то большим, чем инструментом в руках главы корпорации.
— И что? Ты восхитился моей настойчивостью и решил сделать меня своей женой?
— Нет. — Его губы дрожат в чем-то, что могло бы быть улыбкой. — Я перестал видеть в тебе угрозу.
— Как мило. — Я скрещиваю руки. — Значит, я перешла из категории «опасных» в «терпимых»?
Доминик встает.
— В категорию «интересных».
Он делает шаг ближе.
— А потом я увидел твои анализы.
По спине пробегают мурашки.
— И что они тебе показали?
— Что ты идеальна.
Он произносит это с восхищением и я понимаю, что начинаю чувствовать себя неправильно — меня тянет к нему.
— Ты женишься на мне, потому что я «идеальна» по каким-то лабораторным анализам?
Доминик наклоняется, его дыхание касается моей щеки.
— Нет. Я женился бы на тебе и без этого.
Я замираю.
— Врешь.
— Редко.
Его пальцы скользят по моему запястью, и я чувствую странное тепло — будто наша кожа создана для того, чтобы соприкасаться.
— Ты мне нравишься, Лира. Ты… раздражаешь меня. Споришь. Не боишься.
— Я боюсь, — шепчу я.
— Но ты все равно стоишь здесь.
Его губы так близко, что я чувствую их тепло.
— Это очень плохое начало для супружеской жизни, — с этими словами я делаю шаг назад. — Об этом, Доминик Вент, тебе не сказали твои анализы?
Он не целует меня. Просто смотрит, будто дает выбор.
И я делаю еще один шаг назад.
— Хорошо, поговорим об этом чуть позже. — заявляет Доминик. — Мне еще нужно разобраться с последствиями утечки информации.
После этого он разворачивается и поднимает к лицу комм-браслет. Потом я слышу как Вент сосредоточенно отдает помощникам команды. Совет директоров, судя по всему, должен собраться вот прямо сейчас, на ночь глядя и это, наверное, кошмар. Зря я хотела приблизиться к вершине этой корпорации.
Смотрю Доминику в спину и оцениваю то, какой он сдержанный, властный статный. Интересно, он всегда будет таким? Думающим только о выгоде и работе?
Я возвращаюсь в апартаменты, сбрасываю каблуки и падаю на диван.
«Он следил за мной. Все эти годы.» — эта мысль не дает покоя.
Но что хуже — то, что он не дал мне шанса, или то, что теперь, когда он его дал, я не могу просто уйти?
Я подхожу к окну. Город мерцает внизу, как россыпь холодных звезд.
Что теперь?
Доминик сказал, что женился бы на мне и без «совместимости». Но верю ли я ему?
Он смотрит на меня так, будто я — единственное, что имеет значение…
Я хочу верить.
Глава 5.2
В апартаменты меня провожает личный андроид и вскоре я остаюсь там одна. Не желаю никого видеть. Прошедшая пресс-конференция вытянула из меня все силы, а разговор с Домиником только добавил переживаний. Скидываю каблуки и смотрю на свое отражение в почти зеркальной глади окна — в этом месте я могу по желанию делать стекла непрозрачными или же перекрашивать их под цвет стен. Сейчас я не хочу ничего видеть. Слишком устала.
Тянусь за застежкой и понимаю, что она сделана так, что тут не справиться без посторонней помощи. Выдыхаю. Звать кого-то сейчас нет никакого желания.
Тогда я присаживаюсь на просторный светлый диван, обивка которого тут же подстраивается под контуры моего тела. Откидываюсь назад. Головная боль давит на виски.
А еще этот разговор с Вейлом. Я мысленно прокручиваю все, что сказал мой неожиданный жених — Доминик знал обо мне, следил за мной с самого начала. Все это кажется мне каким-то безумием. Глава корпорации, у которого сотни других сотрудников периодически уделял время тому чтобы поинтересоваться моими делами! Неужели он так боялся ошибки… или его действительно что-то во мне так сильно заинтересовало?
Неприятное предчувствие колет под ребром. Я резко привстаю. Нужно узнать, кем были его прошлые невесты, может быть, именно так я смогу понять, что за человек Доминик Вейлом и что происходит в его компании.
Даю своему комм-браслету команду присоединиться к корпоративной сети. После этого из журнального столика передо мной поднимается монитор. На экране мелькает пустая строчка запроса, механический голос произносит: «О чем вы хотите сегодня узнать?»
Замираю. Тишина становится невыносимой. Слишком много мыслей, слишком много вопросов. И наконец командую:
— Невесты Доминика Вейла. Архивные записи.
Система начинает писать ответ, но не успеваю я как следует вглядеться в строчки, как происходит что-то странное. Экран вспыхивает и тут же гаснет. В ту же секунду повсюду выключается свет и я слышу в комнате странное шипение.
— Что…
Через мгновение мне удается зажечь свой комм-браслет — эта функция предусмотрена на нем на случай таких вот ситуаций. Латекс, обнимающий мое запястье, начинает приглушенно мерцать и в этом слабом свете я различаю белый густой пар, идущий из вентиляционных отверстий. Сердце замирает. Похоже на то, что сломалась система климат-контроля.
Я слышала об аварии, которая в прошлом году произошла на нижних этажах, тогда точно также отказала система и все кончилось плохо.
Встаю на ноги и подбегаю к управляющей панели. Сейчас на ней то и дело пляшут цветные помехи и сенсор, естественно, не реагирует на мое прикосновение. Со всей силы бью по пластику, но от этого ничего не меняется. В комнате быстро становится все холодней и холодней.
— Система! Прекратить! — в отчаянии кричу я, ни к кому конкретно не обращаясь.
Ответа нет. Пар становится все гуще, обжигая мои легкие. Я падаю на колени, кашляя.
«Кажется, это конец», — мысль обжигает сознание.
Подползаю к двери, стараюсь не попасть под действия пара и заледеневшими пальцами ищу аварийные ключи, но бесполезно. Тогда я касаюсь комм-браслета. Кажется, это мой последний шанс. Если удастся связаться с частотой нашей лаборатории, а это пока все, к чему у меня есть доступ, то есть шанс, что сотрудники предупредят тех, кто наверху и может быть Доминик успеет обнаружить мое тело пока еще не слишком поздно.
— Экстренный вызов! Любой канал!
Тишина.
Глаза слезятся, в горле першит. Я чувствую, как сознание начинает уплывать.
В голову лезут неприятные мысли: «Так вот как заканчивали все его невесты. В шикарных апартаментах, в платье, которое я никогда не выбирали бы сами…»
И вдруг — резкий щелчок в браслете.
— Лира.
Голос Доминика звучит через динамики — низкий, напряженный, почти звериный.
— Держись подальше от двери. Сейчас.
Я не успеваю ответить. Металлическая дверь изгибается и мнется — не под ударом, ее кто-то словно сминает с той стороны. Словно, это не прочнейший материал, а какой-нибудь картон.
Доминик появляется в облаке пара, один, без охраны. Его глаза горят в полумраке — золотые, с вертикальными зрачками, а вены на руках светятся синим, почти также как они светились у меня.
— Доминик… — вырывается у меня.
Он не отвечает, а просто опускается на колени рядом со мной и берет меня на руки, легко, словно я пушинка.
— Я уже вызвал аварийных техников, — бросает он как будто невзначай.
