Я подаюсь навстречу его прикосновению, позволяя его грубой ладони обхватить мое лицо. Его большой палец поглаживает мою скулу нежной лаской, от которой тепло разливается в груди.
— Я в порядке, — говорю я ему, хотя мой голос звучит более дрожащим, чем мне бы хотелось. — Правда. Просто привыкаю к... ко всему этому.
Его свободная рука снова показывает: П-О-Н-И-М-А-Ю.
И я верю, что он понимает. Если кто-то и знает, каково это — прятаться, строить вокруг себя стены для защиты, так это Призрак.
Звук открывающейся внизу входной двери достигает нас, за ним следуют приглушенные голоса. Я инстинктивно напрягаюсь, и рука Призрака обвивается вокруг моих плеч, прижимая меня к своей груди в защитном объятии. Его сердце ровно бьется под моим ухом — сильный и успокаивающий ритм.
— Мне не нравится просто сидеть здесь и не знать, что происходит, — шепчу я.
Призрак обдумывает это мгновение, затем ведет меня к своему ноутбуку на столе в углу. Он открывает его, что-то печатает и выводит на экран то, что кажется трансляцией с камер наблюдения у главного входа и в гостиной. Я не вижу Валека, только лысого парня, в котором узнаю Тренера, отчитывающего Тейна, пока альфа стоит в дверях, скрестив мускулистые руки на широкой груди.
— У вас есть камеры наблюдения? — с надеждой спрашиваю я.
Он кивает, записывая что-то едва разборчивое в блокноте рядом с ноутбуком. Он стучит по блокноту пальцем, показывая: М-О-Й... П-А-Р-О-Л-Ь.
Я заглядываю ему через плечо, пока он отводит взгляд, внезапно выглядя смущенным. Его пароль — это просто набор цифр.
— Что это значит? — спрашиваю я.
Д-А-Т-А... К-О-Г-Д-А... Т-Е-Й-Н... С-Т-А-Л... Б-Р-А-Т-О-М, неловко показывает он.
— Ох, — только и могу выдавить я. Это так мило, но я не собираюсь говорить ему об этом и смущать его. Сплошные зеленые флаги от этого конкретного альфы. Насчет остальных я не так уверена. Тейн — зеленоватый. Виски — желтый. Чума — серый; я вообще не могу его раскусить. Он такой сдержанный. Может, даже более сдержанный, чем Призрак. Призрак просто выстроил стены, но на самом деле он не кажется таким же отстраненным, как Чума.
Но Валек?
Кроваво-красный флаг.
Мой телефон вибрирует в кармане, заставляя меня инстинктивно вздрогнуть. На этот номер никто никогда не пишет и не звонит. Но всё, что я вижу, — это уведомление о групповом чате под названием «Город Призраков» с эмодзи привидения и хоккейной клюшки, а также с эмодзи для участников. Включая меня.
Эмодзи — это определенно дело рук Виски.
Я откладываю телефон и наклоняюсь ближе к экрану компьютера, где Призрак переключился на камеру наружного наблюдения. Мой желудок скручивается в тугой узел.
Дверь такси распахивается, и с заднего сиденья вылезает высокая фигура.
Валек.
Даже через зернистую картинку с камеры наблюдения его присутствие притягивает. Он движется с хищной грацией: сплошные сухие мышцы и ленивая уверенность. Два пластыря-бабочки отмечают место, куда я ударила его огнетушителем.
Он перекидывает через плечо кожаную спортивную сумку, удерживая ремень одним пальцем, словно она ничего не весит. В нем есть что-то отчетливо кошачье — пантера в человеческом обличье, крадущаяся по дорожке к входной двери.
Затем он останавливается, и его голова слегка приподнимается.
Он смотрит прямо в камеру.
Глава 35
ВАЛЕК
Я смотрю прямо в камеру наблюдения, установленную у входной двери дома стаи, удерживая взгляд чуть дольше необходимого. Пусть знают, что я знаю, что за мной наблюдают.
Всегда лучше устанавливать границы с самого начала.
Входная дверь распахивается еще до того, как я успеваю постучать, открывая Тейна Бельмонта во всей его... капитанской красе. Темные круги под глазами и сжатые челюсти говорят о многом: ночка у него выдалась та еще. А расцветающий на подбородке синяк заставляет задуматься, не сделал ли его дикий братец чего-то большего, чем просто исчез после нашей маленькой встречи в туннеле.
Интересно.
— Валек, — приветствует он; его тон тщательно нейтрален. — Рад видеть тебя на ногах.
— Бельмонт, — дружелюбно отвечаю я, хотя уверен, что он не хочет меня здесь видеть. Альфы не пускают чужаков на свою территорию просто так. — Щедро с твоей стороны пригласить меня в свое логово.
Его глаза едва заметно сужаются. Он ищет насмешку в моих словах, скрытый смысл. Умный парень. Но я сохраняю открытое выражение лица, на губах играет полуулыбка.
— Команда заботится о своих, — говорит Тейн, отступая в сторону, чтобы пропустить меня. Он стоит неестественно прямо, словно борется с желанием заблокировать вход. Наверное, так оно и есть.
Я переступаю порог, все чувства на пределе. Гостиная за дверью... идеальна. Слишком идеальна. Каждый предмет мебели стоит точно на своем месте, декоративные подушки разложены в строгом порядке, поверхности сияют. Возникает отчетливое ощущение, что этот дом судорожно убирали и наводили в нем порядок весь последний час.
Мой взгляд цепляется за небольшую картину, висящую слегка криво. По крайней мере, кто-то старался.
— Новая мебель? — мягко спрашиваю я, замечая нетронутый секционный диван и журнальный столик.
— Ремонт, — коротко отвечает Тейн, закрывая за мной дверь.
— Ради меня? — я бросаю на него волчью ухмылку. — Не стоило.
Лицо Тейна ничего не выражает, но мускул на челюсти дергается.
— Мы уже давно собирались кое-что обновить.
Я опускаю свою кожаную спортивную сумку у ног и делаю еще шаг внутрь, глубоко вдыхая через нос. Чистящие средства. Свежая краска. И под всем этим — запах четырех разных альф.
Но омеги нет. По крайней мере, не напрямую.
И всё же есть что-то в этом пространстве — женская энергия в расстановке предметов, тщательный баланс комнаты, — что кричит о влиянии омеги. К тому же они использовали нейтрализаторы запахов. Дорогие. Здесь всё должно пахнуть альфами, но запах странно нейтрален.
Если бы здесь был запах жимолости, он был бы погребен.
— Милое местечко, — комментирую я, проводя пальцем по спинке дивана. — Очень... организованное.
— Чума любит чистоту, — раздается голос слева от меня.
В дверях, ведущих, как я предполагаю, на кухню, маячит Виски с кружкой кофе в мясистой руке. Его глаза бдительны, несмотря на расслабленную ухмылку, приклеенную к лицу. На его виске синяк — свежий и на вид болезненный. Кто-то ударил его чем-то твердым и с прямыми краями.
Сюжет закручивается.
Мой взгляд скользит мимо Виски и останавливается на Чуме, который стоит за ним в дверном проеме кухни. Выражение лица альфы в хирургической маске не выдает ничего, но в его плечах чувствуется напряжение, противоречащее его спокойному виду.
— Я впечатлен, — продолжаю я. — Вы стая альф-холостяков, а ваш дом стаи выглядит так, словно к нему приложила руку омега.
Глаза Чумы над маской сужаются.
— У нас есть клининговая служба, — вмешивается Тейн, вставая между мной и дверью на кухню. Защитная стойка. Территориальная.
— А я-то думал, что войду в логово варваров.
— Необходимость в стае альф, — говорит Чума; его голос звучит ровно и контролируемо.
— Ага, к тому же произошел небольшой инцидент с, эм, старой мебелью, — вмешивается Виски с нервным смешком. — Мы вчера немного увлеклись на вечеринке. Праздновали. Ну, ты понимаешь.
Я вскидываю бровь, переводя взгляд с одного лица на другое.
— Что именно праздновали? Впечатляющую способность вашей команды отправить меня в больницу еще до того, как я успел с вами потренироваться?
