Ведьма в глубокой ночи (ЛП) - Бакли Шарлотта

Когда мои губы разомкнулись, из них вырвались не мои слова.

— Ты прав, глупый принц. Это не она.

Внутренним взором я увидела того, кто мной управлял: фигуру в алом плаще на краю грубо сколоченного помоста. Теперь голос звучал ниже, чем при нашей первой встрече. Он поднял подбородок, из-под капюшона выбилась прядь пепельных волос — и я увидела юношеское лицо.

— Герайнт, — прохрипела я.

В глазах Энхарта мелькнуло понимание.

— Ведьмак, — прорычал он, сжимая меня крепче. — Отпусти её.

В ушах раздался жестокий смех.

— Ты уверен, что хочешь именно этого? — прошипел Герайнт моими губами. — Представь, что могло бы произойти между вами, если бы я не вмешался.

Моя рука будто на нитке кукловода поднялась к лицу Энхарта и провела по резкой линии его челюсти. На миг принц дрогнул; дыхание сбилось, в глазах мелькнула боль. Зарычав, он перехватил мою руку и прижал её над головой.

— Хватит. Чего ты от нас хочешь?

— Много чего, — устало вздохнул Герайнт моими устами. — Есть вещи, к которым я иду уже много лет.

— Говори, — прорычал Энхарт.

— Для начала я хочу, чтобы это королевство сгорело дотла.

Ведьма, рождённая пламенем и питаемая кровью вампира.

Энхарт щёлкнул зубами в нескольких дюймах от моего носа.

— Сегодня ты ничего не сожжёшь.

Меня пробрала дрожь. В мыслях я видела, как ведьмак подался вперёд и на его лице расползлась жестокая улыбка.

— Возможно, — уступил Герайнт. — Но я очень терпелив.

А затем мой мозг охватило огнём.

Я завыла от боли, когда ведьмак обрушил на меня всю свою ярость. Кровь хлынула из носа и ушей. Энхарт что-то кричал в панике, но я не разбирала слов. Я выгибалась от его прикосновений, словно он прижал к голой коже раскалённое железо. Кровь брызнула изо рта на подбородок принца, потекла по горлу, и я едва не захлебнулась. Зрение помутнело, земля задрожала под тяжёлыми сапогами. А потом меня поглотила тьма.

***

Открыв глаза, я не сразу узнала багровый балдахин моей тюрьмы. Голова болела так сильно, что звенело в ушах, а горло саднило, будто я неделями не пила. Я повернулась на бок и провела языком по губам. Оставшийся на них вкус показался странно знакомым.

Воспоминания прошлой ночи обрушились на меня разом. Смазанные картины: кровь, непрерывно стекающая по груди Энхарта; страх в его глазах, пока я пыталась вырвать у него единственное оружие, способное его убить. Я вздрогнула, вспомнив голос Герайнта, проникший в сознание и управлявший мной, как марионеткой. Я едва не убила его.

Я едва не убила наследного принца Валена. А ещё хуже…

Я резко села, сердце бешено колотилось.

— Я его поцеловала.

— Хорошо. Ты очнулась.

Я зажала рот ладонью и увидела доктора Марроуза. Придворный лекарь устроился в кресле в углу комнаты. Он потянулся и закрыл маленькую кожаную записную книжку, которую держал в руках.

— Что произошло? — спросила я. — Какой сегодня день?

Он поднялся, взял меня за руку прежде, чем я успела возразить, и прижал два пальца к запястью.

— День Салена.

— День Салена, — повторила я. С событий на краю дворцовых земель прошла целая ночь и целый день.

— Пульс хороший, — пробормотал лекарь. — Впрочем, этого и следовало ожидать.

— Следовало? — спросила я; горло ныло после всех криков.

— Принц Энхарт дал вам своей крови.

Сердце ухнуло вниз.

— Что?

— Это совершенно гигиенично, мисс Эррамун. И, с медицинской точки зрения, было необходимо. Вы едва не умерли.

— А кровный долг? — прошептала я.

Доктор Марроуз усмехнулся и поправил очки.

— Мы с вами не вампиры, мисс Эррамун. Не советую тревожиться о правилах, которые касаются только их. Его Высочество действовал сам, чтобы спасти вам жизнь, так что вряд ли кто-нибудь станет винить вас.

Я в этом сомневалась.

— Где король? — спросила я.

Лекарь не поднял глаз, продолжая что-то записывать.

— Полагаю, занят с советниками.

Я напряглась, когда в спальню тяжелой поступью вошёл солдат, положив ладонь на рукоять меча. Я подтянула простыню к груди, прикрывая тонкую ночную сорочку. Доктор Марроуз не оторвался от записей.

— Доктор, — рявкнул солдат.

— Я, как видите, немного занят, — отозвался доктор Марроуз.

— Король захочет знать, что она очнулась, — не отступил солдат. — Советую вам сообщить ему.

Лекарь нахмурился, вздохнул и убрал книжку в потёртый саквояж.

— Разумеется. Знаете, мисс Эррамун, мало кого из пациентов я вижу так часто, как вас. Скажу это с самыми добрыми намерениями: надеюсь, в дальнейшем мы будем встречаться пореже.

Я слабо улыбнулась.

— Сделаю всё возможное.

Он похлопал меня по плечу и вышел вслед за солдатом.

— Подождите! — прохрипела я, когда они скрылись за дверью. Я поднялась, и комната поплыла перед глазами. Тяжело дыша, я пошатнулась и опёрлась на шкаф.

Мне нужно было найти Мордрика — и как можно скорее. Я понятия не имела, сколько он видел, но должна была хоть как-то объясниться, иначе из этого проклятого места меня уже никогда не выпустят. Я заставила ноги двигаться и, пошатываясь, вышла из спальни.

Я могла свалить всё на Герайнта. Да, именно так. Это он заставил меня напасть на Энхарта. Это он…

Я вздрогнула, вспомнив поцелуй. Отчаянные, безумные объятия с Энхартом — мужчиной, которого когда-то терпеть не могла. Кто первым потянулся к нему — я или Герайнт? Сердце забилось чаще. Я не знала.

Гостиная выглядела совсем не так, как накануне. Каждую поверхность тщательно отмыли и отполировали; в воздухе висел слабый запах льняного масла. Я заметила ковёр, которого раньше здесь не было. Наклонившись, отогнула край. Единственным следом дуэли Мордрика и Энхарта остался растрескавшийся мрамор, спрятанный под ним.

Подняв голову, я похолодела. Вместо дверей теперь стояли железные прутья. Я медленно подошла ближе, ступая по тонкому слою металлической стружки на плитах перед входом. В конце коридора раздавались голоса.

Я резко вдохнула, когда за решёткой показался Энхарт. На нём была свободная белая рубашка с закатанными рукавами; несколько пуговиц расстёгнуты, так что виднелся кулон. Конечно, после нашей схватки на коже не осталось ни царапины, зато под изумрудными глазами залегли тени.

В поле зрения появился тот самый солдат, который так бесцеремонно увёл из моих покоев доктора Марроуза. Лицо у него было белым как мел. В присутствии принца вся уверенность, которую он демонстрировал перед лекарем, мигом испарилась.

— Прошу прощения, Ваше Высочество, — запинаясь, произнёс он. — Но совет высказался предельно ясно. Ведьму может посещать только лекарь.

Принц резко обернулся к нему, глаза сверкнули. Под его взглядом солдат задрожал как лист.

— Я, по-твоему, спрашиваю твоего разрешения? — отрезал Энхарт.

— Прошу вас, Ваше Высочество. Боюсь, мне придётся согласовать это с капитаном.

— Так беги к своему капитану и перестань тратить моё время.

— Я… э-э… — начал стражник дрожащим голосом. — Да, Ваше Высочество.

Он исчез так же внезапно, как появился; шаги гулко отдавались от каменных плит, пока он бежал по коридору.

Энхарт снова повернулся ко мне и провёл рукой по волосам.

— Я пришёл, как только услышал, что доктор Марроуз ушёл.

Когда он подошёл к решётке, у меня перехватило дыхание, а взгляд предательски скользнул к его губам. Память о нашей последней встрече нависла над нами грозовой тучей.

— Как ты?

— Вроде нормально, — ответила я. — Где Мордрик?

— Он не придёт.

Боль полоснула по груди.

— Почему?

— После событий прошлой ночи совет настоятельно рекомендовал ему держаться подальше от этой части замка.

Я оторопела.

— Из-за… — Голос дрогнул, и я неловко указала на пространство между нами.

Принц смерил меня знакомым насмешливым взглядом.

— Каким бы непристойным это ни было, опасности оно не несёт. И мы прекрасно понимаем, что ты была не в себе. Их куда больше тревожит то, что ты едва не убила наследного принца Валена. — Если бы я позволила себе поверить, то решила бы, что тень, на миг мелькнувшая на его лице, была разочарованием. Но она исчезла так же быстро, как появилась.