Мир без вуали (СИ) - Верескова Дарья

Впрочем, куда большее сомнение читалось в облике её отца.

— Какого черта, Фран? Ты чуть не убила его, словно в тебя вселилось бешенство… — Эллен нагнала меня, вернее, я специально замедлила ход, позволяя ей это сделать. Жестом руки она отогнала слуг, попытавшихся предоставить карету. — Я всегда считала тебя отмороженной ненормальной, но это чересчур даже для тебя. Связь с драконом даёт тебе такую силу и реакцию? Решила сама стать правителем?

— Ты ничего о обо мне не знаешь, — ответила я её же собственными словами. — И тебе действительно лучше отправиться со слугами, тебе нужны врач и покой.

По какой-то причине Эллен сейчас совсем не раздражала, как бы она ни пыталась огрызаться, в глубине души я чувствовала… жалость. Жалость к тому, что она отдала Рою всю свою жизнь, а он по-прежнему её не замечает, спит со всеми подряд. Она пыталась ужалить меня исключительно ради того, чтобы собственная боль ощущалась хоть немного слабее.

Она продолжала бубнить что-то о том, будто я не имею никакого права ей указывать и что, несмотря на статус дракарра, она стоит выше в иерархии жён, но при этом безнадёжно отставала, пока, наконец, не осознала собственную беспомощность и не согласилась сесть в карету.

***

На следующий день атмосфера за обедом царила поистине траурная, зато в зале собралось втрое больше народу, чем прежде. Прибыли люди, ответственные за казну, городскую стражу, образование и ресурсы — явно в надежде воочию увидеть нового правителя. К этому моменту вести о смене власти успели распространиться по огромному городу подобно пожару, стремительно разносимые жрецами Этарра…

И кто бы мог подумать, что новым правителем окажется именно всадник Этарра.

На меня сидящие за столом смотрели с откровенным ужасом, и я их понимала. Объяснений моего поведения после поединка Роя и Таррена никто не просил, в народе это списывали на месть за проигрыш мужа. Кто-то даже шептался о том, что я могла бы претендовать на место правителя сама, будучи дракарром, но потом они быстро забывали об этом, потому что формального вызова на бой не было, да и Таррен был серьёзно ранен.

Присутствующие правильно боялись, потому что прямо сейчас Целесте находилась в моей голове и при желании могла бы перехватить контроль.

Я не могла передвигаться по городу и зданиям, будучи привязанной к драконице, поэтому мне пришлось её отпустить. Впрочем, Артассиа не уходила далеко, ослабленная, она скрылась на холме за поместьем, где-то рядом с Этарром, который всё ещё не поднялся на крыло. Я провела с ней там всю ночь, просто сидя рядом с двумя огромными зверюгами, а под утро решилась отойти достаточно далеко, чтобы на секунду вернулась Целесте.

И первыми её словами были:

— Я фиксирую критический уровень твоего стресса. Перехват контроля над твоим телом не входит в мои задачи, поэтому исключи сценарии деструктивного поведения по отношению к своему телу, — успела произнести она до того, как я снова скользнула к драконице.

Но я, конечно, не верила Целесте полностью.

Единственным моим спасением оставалась драконица, и, к счастью, она способна была слышать мысленные призывы, даже когда моим телом овладевала Целесте. Я несколько раз протестировала «отключение» искусственного интеллекта, прежде чем решиться вернутся в поместье и пугать людей своим присутствием, однако Целесте больше не проявлялась — прекрасно понимала, насколько сильно она меня нервирует.

— Он не принимает, Персиваль, но ты по-прежнему можешь обсудить вопросы казны со мной, — громко ответил Энтони де Лоренц во время ужина, обращаясь, судя по всему, к главному казначею.

Тот лишь недовольно нахмурился:

— И когда мы сможем увидеть нового правителя? Я и сам решу все вопросы, если мне предоставят соответствующии полномочия…

Понятно, видимо, все новоприбывшие хотят большей власти, поскольку знают, что правитель не будет возиться с удалённым городом…

— Я решу вопрос о ваших полномочиях после оценки ваших способностей, — раздался громкий голос из дверей, заставивший всех обернуться.

Этот голос послал дрожь по моему телу, и я неверяще обернулась, рассматривая вошедшего в залу Таррена. Он двигался тяжело, медленно, неспешными уверенными шагами, но в его глазах горела абсолютная уверенность. Одежда почти полностью скрывала тугие повязки, хотя я всё равно заметила их в расстёгнутом воротнике и около запястий.

На самом деле никто не ожидал, что Таррен присоединится к обеду, — не после тех ран, что все наблюдали вчера. Не после того, как я чуть не отрубила ему голову.

— Ваше… Величество, — несколько человек поднялись, поклонившись, но большая часть осталась сидеть на месте. Они понятия не имели, чего ожидать от этого незнакомого человека — холодного, немедленно желающего утвердить свою власть.

Таррен, между тем, не замедлил шаг. Он прошёл через комнату, зная, что на него все смотрят, и сел в соседнее кресло… рядом со мной. Моё тело всё больше окаменевало по мере его приближения, и каждую секунду мне казалось, что Целесте вот-вот перехватит контроль.

Но нет. Этого не случилось. Этим утром она сказала, что напала на Таррена только потому, что оценивала шансы на победу как очень высокие, она всегда ждёт исключительно благоприятных условий.

— Лорд Ардор, — Энтони прочистил горло. — Ваше место…

Его рука указывала на кресло Роя, которое сейчас пустовало, я не знала, где он находится и чем занят, да и остальные тоже давно его не видели.

— Я желаю сидеть со своей фавориткой, — ледяным тоном заявил Таррен. — И вы должны обращаться ко мне «Ваше Величество», если не хотите лишиться своих привилегий.

Я хотела вскочить и покинуть своё место, даже начала отодвигаться, но Таррен положил неподъёмную руку мне на колено, сжимая его сильно, до боли. Вообще-то я хотела уйти не для того, чтобы показать, насколько мне неприятен этот титул, а чтобы случайно его не убить.

Взгляд против воли задержался на повязках у него на шее — так близко от меня. Впрочем, самого Таррена это, похоже, не беспокоило.

— Ваше Величество… — произнести такое лорду де Лоренцу было тяжело, хотя он наверняка точно так же обращался к Рою. Он сам отдал бразды правления другому, надеясь укрепить силу рода через брак Роя и Катарины, и теперь… вот это. — Вы не можете брать фавориткой чужую жену. Жену дракарра!

— Уверяю вас, лорд де Лоренц, я знаю каждый закон со времён первого дракарра — подобного правила не существует. А если бы оно и было, я бы просто его отменил. Леди Франческа является моей фавориткой уже долгое время, и ни её статус дракарра, ни статус жены другого дракарра этого не изменят.

Моё сердце заходилось в волнении, отбивая оглушительный ритм, я лихорадочно просчитывала в уме возможные действия, параллельно гадая, что буду делать, если Целесте сейчас перехватит контроль. Артассиа далеко, с Этарром, но она придёт, хотя может и не успеть. Не знаю… вломится в окно.

— Ты в своём уме? — тихо спросила я, когда остальные вернулись к разговорам.

Катарины здесь не было. Эллен всё ещё приходила в себя, когда я попыталась проведать её, она с криками выставила меня вон. Не позволила даже переступить порог, из чего я сделала вывод, что Рой её так и не навестил.

— Никогда не мыслил яснее, — спокойно отозвался Таррен. — С твоими… особенностями мы разберёмся позднее, всё будет хорошо.

Руку с моего колена он так и не убрал, и тогда я на самом деле поверила, что он приехал сюда ради меня. Ради того, чтобы забрать у Роя, вернуть в Вермитур, сделать… своей фавориткой, наверное. Ему было плевать на лорда Таггерта, присутствующего здесь, плевать на то, что он вызвал на поединок дракарра, регенерация и сила которого работали на совсем другом уровне.

Лорд Таггерт делал вид, что ничего не происходит, обсуждал что-то с Энтони де Лоренцом, словно они знали друг друга много лет. Таррен же сразу принялся расспрашивать присутствующих обо всём, опытный политик и землевладелец, он выдавал это каждым словом. Таррена интересовала структура расходов, гильдии, местная знать, преданность стражи и её обеспечение, запасы продовольствия… Де Лоренц постоянно отвлекался от беседы с лордом Таггертом, пытаясь ответить Таррену, но нового правителя Доминис Мора это мало интересовало.