Багир. Под его защитой - Алая Бетти

Набираю Николая.

— Что там? — вырывается у меня без всяких приветствий. В горле пересыхает от дурного предчувствия.

— Опасность, босс, — голос парня на том конце провода сдавлен и напряжен. — Как призраки. Из ниоткуда появились.

— Призраков не бывает, дурья башка! — рычу, сжимая телефон так, что устройство аж трещит. — Это вы все просрали! Сказал следить. Где твои глаза были? Почему молчал?

На том конце трубки тяжелое виноватое молчание.

— Ай, блядь… ладно, — выдыхаю, обрывая вызов.

Поворачиваюсь к Лике. Она оценивающе смотрит в сторону ворот.

— Я все сделаю, — деловито сообщает, в глазах мелькает холодная сталь. — Отвлеку тех, кто приехал, а ты их нейтрализуешь. Судя по голосам, там мужики, а к ним я подход умею находить.

— Понял, — нащупываю рукоять пистолета в кобуре, привычным движением проверяя затвор. — Не подставляйся.

Она ухмыляется, пальцами медленно спуская с плеча лямку майки. Жест вызывающий, отточенный. Лика - профи. Не только психолог, но и шикарная актриса. Не зря я три года ждал, пока она уйдет из разведки.

— Вовремя я шортики надела. Думала тебя соблазнить, но раз ты уже занят… — озорно усмехается. Это то, за что я Лику ценю: умение вовремя взять себя в руки. Виляя бедрами, она направляется к двери.

И я совсем некстати ловлю себя на мысли: вид ее упругого зада не вызывает в моем теле ни единой реакции. Зато в памяти всплывают шелковистые темные волосы, огромные испуганные глаза и полные губки Мадины… Да, блядь!

Спустя пять минут дело сделано. Лика виртуозно отвела на себя внимание похотливых ублюдков Газали. Я свернул шею первому, второй свалился с пулей в виске. Третьего уделала Лика.

И в этот миг меня снова пронзает знакомое ощущение, что на меня смотрят.

Резко разворачиваюсь и пристально гляжу в окно второго этажа. Мадина… Она все видела и наверняка перепугалась до смерти. Отчего-то мне очень не хочется, чтобы эта девушка видела, как я “работаю”.

— Нужно все убрать, — Лика стоит рядом, ее холодный взгляд скользит по телам боевиков Газали.

— Сначала увезем их отсюда, — говорю я, стирая ладонью пот со лба. — Нужно, чтобы они исчезли в другом месте. Для этого придется вызвать Саида.

Лика сжимает кулаки, костяшки ее пальцев белеют от напряжения.

— А без этого варвара никак? Он отвратителен! — вырывается у нее, девушка скрещивает руки на груди. — Грубиян и хам! Ему никакой психолог уже не поможет! Он мизогин и женоненавистник!

Она вне себя. Ноздри раздуваются от ярости, в глазах бушует настоящий шторм. Поясню: мой «решала» Саид Исламов — давняя заноза для Лики. Он традиционалист, правоверный мусульманин, и их взгляды, мягко говоря, отличаются.

Они ненавидят друг друга до зубовного скрежета, хотя кто-то из моих ребят свято уверен, что под этой ненавистью скрывается самая настоящая страсть. Я в их отношения не лезу, мне нужен результат.

— Прости, но сейчас вопрос критический, — устало говорю, набирая номер в телефоне. — Исламов такие случаи, как орешки щелкает. Саид. Дело есть…

Лика фыркает, резко разворачивается и уходит в дом, хлопнув дверью.

А я стою среди тишины и постепенно рассеивающегося запаха пороха и понимаю, что жизнь моя становится все интереснее и интереснее…

ГЛАВА 15

Мадина

Сердце проваливается в пятки с противным холодным гулом. Неужели Мурад прочитал меня так быстро и легко?.. Мама всегда твердила, что я открытая книга и все мои чувства написаны на лбу крупными буквами.

Но сейчас мне нужно защитить не себя, а Багира. Он-то уж точно не виноват, что ночами является мне в тех самых порочных и греховных снах.

— Нет, что ты! — пускаюсь в оправдания, и на языке сразу горчит привкус лжи. — Просто я не привыкла так долго оставаться наедине с мужчиной.

— Не беспокойся, милая. Багир тебя не обидит. Я доверяю ему, как себе.

От этих слов по телу разливается жгучий стыд. И в голову снова лезут навязчивые образы: сильные жилистые руки, рельеф мышц и…

— Мадина, ты опять витаешь в облаках, — усмехается Мурад.

— Прости. Просто слишком много всего случилось, — встряхиваю головой, пытаясь собрать себя по кусочкам. — Непривычно жить… вот так…

— Скоро все закончится, — брат тяжело вздыхает. — Мы обязаны полностью освободить тебя, обезвредить любую угрозу. Обещаю, ты будешь свободна, милая…

— Мурад, — тихо выдыхаю, кусая губу до боли. — А что теперь? Если папа больше не будет решать мою судьбу… это теперь твоя обязанность? Ты ведь мой главный мужчина…

Брат пристально смотрит на меня. Его взгляд скользит по моему платку. И мне вдруг становится не по себе. Мурад вздыхает.

— Я хочу, чтобы ты сама выбрала свою судьбу. И мужа. Этот мир прекрасен и многогранен, Мадина. В нем столько всего. Я хочу, чтобы ты, наконец, скинула оковы и вздохнула полной грудью. Для этого Багир и нанял Лику.

— Она хорошая, — робко шепчу.

— Она в первую очередь профессионал. Лика участвовала в десятках операций на Ближнем Востоке, вытаскивала детей и женщин из ада. Она профессионально занимается их реабилитацией. Возвращает к жизни тех, кому мастерски промыли мозги.

— Ничего себе! — с губ срывается восхищенный возглас. — Ни за что бы не подумала…

— Да, мы с Багиром сошлись на том, что тебе нужна лучшая.

Мы болтаем с Мурадом почти час. Он рассказывает, что у него есть русская девушка Яна, и он безумно ее любит. Мы с ней обязательно познакомимся.

Когда связь обрывается, я еще какое-то время сижу, уставившись в темный экран. Не думала, что Лика настолько… крутая. И тут в открытое окно врывается ее гневный крик. Я вскакиваю и подбегаю, осторожно выглядывая из-за шторы.

— Ты совсем охренел, Исламов?! — буквально рычит она. — Босс сказал, нельзя тебе заходить в дом, чего непонятного?!

Я и не заметила, как к воротам подкатила еще одна машина. Тоже черная, но более угловатая и мощная. Рядом мужчина с внешностью, от которой перехватывает дух.

Высокий, ростом с Багира, такой же широкоплечий. В военной форме, мощных высоких ботинках.

С аккуратно подстриженной бородой. Волосы короткие, черные. Он стоит лицом ко мне так, что я могу разглядеть его глаза. Они почти белые! Метис, наверное. На Кавказе я часто видела таких детей. С огнем в крови.

— Мне нужен босс, а не его шармута! — огрызается тот.

Лика складывает руки на груди. Они ссорятся? Но она сейчас так живо выглядит! Глаза горят, жесты резкие и выразительные. Этот мужчина явно умеет выводить ее из себя.

— Думаешь, я не знаю, что такое «шармута», Саид?! Совсем меня за дуру держишь?! — она не тушуется, а наступает, заставляя его сделать шаг назад. — Мама не научила уважать женщин, варвар?!

Тычет пальцем в его широкую грудь. Я замираю, наблюдая за ними, затаив дыхание. Хоть какая-то отдушина от бури, бушующей в моей собственной душе.

— Женщин я уважаю, — язвительно усмехается он. — Покорных, послушных. А не таких, как ты…

Он с нескрываемым презрением окидывает ее взглядом с ног до головы. Лика замолкает. Я даже поначалу не верю, она обычно за словом в карман не лезет. Но напряженное молчание ясно дает понять, что ей не безразличны слова этого мужчины.

— Все свои прелести напоказ выставила… Хоть лифчик бы надела! Трусы, я смотрю, тоже лишние?!

В его голосе не просто злость. Там слышится ревность. Дикая, иррациональная. Но Лика не его женщина! И мы не в медресе. Почему он смеет так с ней разговаривать?

Во мне внезапно просыпается странное чувство… Желание вступиться за Лику. Она спасла меня. А эти шорты и майка… Обычно она одевается скромно. В джинсы и футболку.

— Это ты своей жене в парандже будешь указывать, как одеваться, Исламов! А мы с тобой коллеги, так что будь добр…

— Ты меня достала, женщина! — рычит он, и в этот момент за моей спиной с грохотом распахивается дверь.

Я резко задергиваю штору и оборачиваюсь.

— Багир… — вырывается сдавленный вздох. Сердце выскакивает из груди, стоит мне увидеть того, кто стал главным героем моих греховных снов.