Ирине и подельникам её грозит срок, приличный. Дочь её, Камилла, племянница Полины пока у бабушки.
Бывшая тёща моя, конечно, тоже пыталась влезть, кровь попить, но я не дал возможности. Очень резко определил границы.
Полина благодарит. Мать есть мать, конечно, но должны быть границы.
Обнимаю её, к себе прижимаю, наслаждаясь ароматом её волос, кожи…
- Родная моя, как уже хочется домой с тобой вернуться, с вами.
- Я понимаю. Скоро, Алёш, скоро. Доработаю. Сиделку нашли, Маринина сестра согласилась. Дом более-менее парни в порядок привели, тебе спасибо.
- А что мне? Парни-то сына нашего.
Нашего сына. От того как это звучит сердце очередной раз сжимается.
Сын. Пока еще ершится, но уже принимает.
- Деньги же ты дал. – тихо шепчет любимая.
- Полин… - поднимаюсь на локтях, над ней нависая. – Деньги не я дал. Это наши деньги, поняла? Всё, что есть у меня – твоё. Ваше. Поэтому…
- Хорошо, хорошо, не бухти, лучше…
- Что?
- Люби меня… еще…
И я люблю. Крепко, сильно. Так, что в голове фейерверки взрываются. И счастье по телу растекается, сладкое как карамель, как её кожа, как её лоно…
Наконец день «икс».
Сергей пока в клинике, но под присмотром. Развод запущен, по всему договорились. Дом ему остаётся, но часть Полины он обязан выплатить. Остаётся только немного времени положенного выждать и получить бумажку.
Мы должны лететь в Москву. На чемоданах сидим.
У меня звонит телефон.
Почему-то вижу испуганный взгляд Полины.
Что-то почувствовала?
- Стерхов, слушаю.
- Молотов. Стерх, ты нужен. Тут в училище у нас ЧП. Объявился умник, который сдал геолокацию…
Глава 28
Мы снова летим.
Стерх обещает, что это последний раз, когда мы вот так срываемся, совсем в другую сторону. Но я улыбаюсь. Мне это нравится. Хотя Марго… Я переживаю за Марго, но мы успели пройти обследование – врач нас заверил, что всё более чем хорошо. Сама не знаю, как я все успела.
Дом отремонтирован, и я даже могу сказать, что идеально. Постарались ребята Макса, сам Максим и, конечно, Стерхов. Генерал! Умеет шороху навести.
Сергей. Его жаль, за него обидно. Нет, конечно, я не простила. Ну, как… Просто поняла, что мне всё равно. А может, я и не имею права особенно обижаться? Это же он меня любил? А я его нет. И что его измена? Он свою любовь предал, получается.
Ожоги, конечно, совсем не приятная история, болезненная, и долго будет еще мучить. Но он жив. Хорохорился, мол, выйду и всем покажу. Кому всем? Партнёрам, которые кинули? Схему еще такую провернули. Мне он и не говорил, что у него там такие крутились средства, что контракты новые были, что денег получалось раза в три больше чем раньше. За эти деньги и пострадал.
Ирина. Ожидаемо? Я даже не знаю. Но я не в шоке, точно. Просто в какой-то растерянности. Еще и от того, что мама за неё так переживает.
- Полина, то, что ты сделала…
- Я?
- Ты! Ты должна была ей помочь, а не топить!
- Мам, Ира совершила преступление.
- Господи, о чём ты говоришь! Какие-то бумажки посмотрела? Кому-то что-то сказала?
- Сергей чуть не погиб!
- Сам виноват, алкоголик! Нечего было напиваться. И вообще… как ты можешь всё это… Еще и Маргарита! Если бы я знала, что она…
Я просто кладу трубку и добавляю номер в чёрный список.
Машинально.
Я не знаю, как она так может, но, наверное, правы те, кто говорит, что надо избавляться от токсичных родственников. Моя мать максимально токсична сейчас. Я терпела всю свою жизнь. Не понимаю за что это всё мне. Почему. Потому что отец быстро понял её сути и свалил? Я всегда была уверена, что это мама нашла нового мужчину. Но, как оказалось, всё совсем не так. И мне она всю жизнь мстила за то, что я не стала тем магнитом, который удержал бы отца.
На самом деле столько историй почему-то на меня свалилось в последнее время таких вот, похожих. Раньше я не считала, что могу обижаться на мать, наоборот, думала, что не стоит. Не то, что права не имею, но я выше этого, все эти якобы детские травмы… Оказалось, травмы не у меня, травмы у мамы. Это она глубоко травмирована предательством отца взяла и выместила на мне. А я… Может и хорошо, что так. Поэтому я взрослая, цельная. И умею быть счастливой.
Ира будет сидеть, увы. Её дочь… Камилла уже нашла какого-то мужчину. Марго показала фото откуда-то из соцсетей. Взрослый, лет на двадцать старше. Не знаю, что там и как, понятия не имею, да и не хочу иметь. Марго тоже её заблокировала после пары постов.
С работы я ушла. Проводили меня хорошо, сильно сожалели, что я увольняюсь. Но порадовались.
- Ох, Полинка, счастливая ты. Генерал! Красавец!
- А маршалов там нет? Хоть завалящих? – Это наша «замша», заместитель начальника, Егоровна, душевная тётушка, весёлая. – Мне меньше маршала никак, статус не позволяет.
Мы смеёмся, потом она бокал поднимает.
- Давай, Полина, за тебя, за женское счастье. Будем ждать маленького генеральчонка. Ну и если вдруг объявится маршал – привози, я его научу родину любить.
Генеральчонка!
Рассказываю Стерхову, смеюсь, а он так серьёзно смотрит.
- Полин… а что если правда?
- Правда в том, что мне лет до хрена, Лёш, и тебе. Поздно уже. И… опасно.
- Я все понимаю, Полина-Малина. Всё. Но… В столице будем, пойдём в гости к генералам, сама всё увидишь.
- Да что увижу?
- Зимины родили после сорока пяти, Фроловы, Булатовы, Мироновы.
- Плодовитые какие генералы твои.
- Отож… - улыбается Стерхов. - Поэтому…
- Поэтому давай пока не будем торопиться, а?
- А мне кажется, что поторопиться в этом вопросе наоборот стоит.
Стоит.
Я сама так думаю.
Стоит.
И я хочу.
Даже еще не увидев этих его, красавиц генеральш, которые родить успели. Хочу.
Хочу еще одного маленького Стерха.
Но пока нам надо хотя бы угнездиться. Приехать, наконец, в его дом.
Да и развестись мне надо по-хорошему. До штампа уже. А то процесс идёт, но формально-то я замужем за другим?
Приезжаем в городок в котором учебный центр военного училища, снова в ту же гостиницу, туда, где спустя двадцать лет мы снова соединились.
Жар окатывает, когда Стерх тот же номер снимает.
Ритка предлагает её поселить отдельно.
- Вот еще, с ума сошла?
- Мам, ну вам же хочется уединиться? А я буду спать.
- Спать будешь в гостиной. Мы потерпим. – отвечает ей Алексей.
- Ну, пап! Товарищ генерал!
- Рядовой Маргарита Стерхова, дисциплина.
Они смеются, и я понимаю, что влипла. Потому что Марго явно не против тоже пойти по папиным стопам.
А может… может это и не плохо?
Стерх уезжает в училище. Возвращается в обед, не один, с генералом Молотовым.
- Полина, это Герман Молотов, тот самый.
- Добрый день. Герман Молотов, как… сильно. Имя и фамилия как удар, - улыбаюсь, протягиваю руку, которую он не пожимает, а, конечно, целует.
И я, конечно, смущаюсь. Но мне приятно.
И с Маргошей проделывает тоже самое.
- А вы тоже генерал?
- Так точно. Генерал Молотов.
Он импозантный, какой-то такой… немного закрытый, что ли?
Стерхов мой наоборот, сразу располагает.
Всегда таким был.
И девчонок всегда сразу очаровывал этим своим «красивая».
Почему-то понимаю, что и у Германа Молотова своя драма, и мне интересно узнать, почему он такой, но так ведь не спросишь?
Рита сбегает в комнату, смущаясь, я понимаю, что тут разговор для взрослых.
Мой Стерх достаёт бокалы, Молотов сначала бутылку игристого, потом коньяк.
- Что празднуем?
- Справедливость торжествует, это всегда повод.
- Да, повод.
Лёшка рассказывает, что в сливе информации подозревали мальчишек, курсантов. Мол, они выяснили куда их отправляют, скинули кому-то из знакомых данные. Но оказалось всё гораздо хуже. В учебке работал завхоз, бывший офицер, тихий, спокойный. В тихом омуте. Вышел на пенсию, никуда не мог устроится, начал пить. Сослуживцы его в учебку приткнули. Он сидел, тихо, мирно, а потом на него вышли люди. И предложили деньги.
