Ольга Белозубова
Развод. Попробуй, верни меня!
Глава 1. Что ты мне предлагаешь?
Диана
— Что? — переспрашиваю я с круглыми глазами. Замираю со стаканом сока в руке. — Что ты мне предлагаешь?
— Свободные отношения, Диан, — невозмутимо повторяет муж. Я бы даже сказала, хладнокровно.
Отправляет в рот кусочек мяса и жует. Медленно. Обстоятельно.
Смотрит на меня своими голубыми глазами так, будто предлагает нечто совершенно привычное, обыденное. Сходить в ресторан, например, посмотреть вместе какой-то фильм или сделать что-то из того, что мы сто раз делали за годы брака.
Я пялюсь на него в ответ. Жду, когда он, наконец, засмеется и скажет: «Я же пошутил. Видела бы ты свое лицо!»
Но этого не происходит.
Пауза затягивается.
Сквозь бешеный стук своего сердца я слышу лишь металлический скрежет ножа о тарелку, когда Кирилл отрезает очередной кусочек стейка.
Стейка, который я приготовила на обед. Купила вчера и мариновала всю ночь в винном соусе. Хотела порадовать мужа, даже попросила коллегу подменить меня в клинике. Дочка позавчера уехала в летний лагерь, и мы сможем провести весь день только вдвоем.
— Кир? — громко сглатываю, все еще отказываясь верить в то, что он это серьезно.
Он поднимает на меня взгляд. Спокойный. Решительный. На его лице нет ни тени сомнения или смущения.
Зато я в полном шоке. Мозг отказывается работать.
Кирилл снова продолжает спокойно резать свое мясо, пока я сижу как статуя, не отрывая от него потрясенного взгляда.
— Ну что ты так смотришь? — усмехается он наконец. — Еще покрасней, как школьница на первом свидании.
Кровь, и правда, приливает к лицу. Я чувствую, как горят щеки. Уши тоже горят. Наверное, я сейчас похожа на перезрелый помидор.
— Как ты можешь говорить такое? — сиплю. — Я же твоя жена!
— Вот именно, — кивает он, не отрываясь от тарелки. — Шестнадцать лет жена. И наш секс в последнее время похож на выплату долга, ты не находишь?
В груди что-то болезненно сжимается. Я отчаянно мотаю головой.
Не нахожу. Совсем не нахожу. У нас все нормально.
Конечно, той крышесносной страсти, что была в начале отношений, нет. Но это же естественно! Мы повзрослели, обзавелись ребенком, бытом, работой, обязательствами. Но он сам всегда говорил, что хочет меня как раньше, что его все устраивает.
Еще неделю назад прижимал меня к стене в прихожей и шептал, какая я желанная.
Что случилось-то вдруг?
— Мне не хватает остроты, Диана, — огорошивает муж, словно читая мои мысли. — Все приелось.
— Остроты? — прищуриваюсь. Начинаю закипать. Внутри растет что-то горячее и злое. — Тебе перца в трусы насыпать?
— Не перекручивай, — морщится Кирилл. — Ну как с тобой нормально разговаривать?
— Может, предлагать нормальные темы для разговора, а?! — взрываюсь я.
Стакан трясется в руке. Я с силой опускаю его на стол и смотрю, как на белоснежной скатерти расплывается мутное оранжевое пятно от выплеснувшегося сока.
— Да ты пойми, я же о нас забочусь, — поджимает губы Кирилл. Говорит так покровительственно, будто объясняет ребенку, почему нужно ходить в школу. — О нашем браке.
— О нас? — ползут вверх мои брови. — Каким образом то, что ты готов подложить меня под другого, поможет нашему браку?
Представляю себе эту картину. Кирилл в объятиях какой-то незнакомки. Целует ее, шепчет те же слова, что когда-то шептал мне. А потом приходит домой и рассказывает мне об этом за ужином. Как дела на работе и какая у него была любовница. Как и что он с ней делал, в каких позах и сколько раз.
Тошнота подкатывает к горлу.
А Кирилл… морщится. Отводит глаза. Барабанит пальцами по столу.
И тут меня осеняет.
Как током бьет.
Он же знает! Прекрасно знает, что я категорически против измен. Что свободные отношения для меня табу. Мы это обсуждали сто раз за шестнадцать лет, когда смотрели фильмы, когда обсуждали чужие разводы, когда я рассказывала про коллег-изменников.
А он кивал и соглашался, радовался, что у него такая верная жена.
Значит, он и не ждет, что я пойду налево.
Просто хочет официального разрешения изменять самому. Чтобы потом не было претензий, не было скандалов. Чтобы можно было сказать: «Мы же договаривались».
— Ты не ждешь, что я соглашусь, — вслух озвучиваю догадку. — Ты просто хочешь развязать себе руки. Тебе нужна индульгенция на измены…
— Да что ты несешь?! — закипает Кирилл. Наконец-то теряет свое олимпийское спокойствие. — Ничего такого я не имел в виду.
— Да ну? — усмехаюсь. — А что тогда имел?
— Пойми ты, это нормально, — снисходительным тоном объясняет мне муж. — В конце концов, двадцать первый век на дворе. Таким ты уже никого не удивишь. Многие пары через такое проходят, просто не афишируют.
— Серьезно? Ты всех опросил? Можно ознакомиться с результатами опроса?
— Не иронизируй.
— А что мне делать? Радоваться? Хлопать в ладоши?
— Я ведь не развестись предлагаю. Я тебя люблю, Диана. Просто хочу разнообразия.
Меня трясет. Руки дрожат. Хочется взять стакан и кинуть в него. Или тарелку. Или что-нибудь потяжелее.
— Любишь?! — шумно выдыхаю. — И поэтому готов спать с другими?
— Диана, успокойся... — тянет руку ко мне муж.
— Не смей меня трогать! — отшатываюсь. — И не смей мне говорить, что делать!
Кирилл резко бросает салфетку на стол и встает. Стул скрипит по полу.
— Спасибо за обед. Вернусь вечером, — раздраженно бросает он. — Надеюсь, к этому времени ты успокоишься.
Визуал
Диана Ветрова, 36 лет. Врач-педиатр, любящая жена и мама
Кирилл Ветров, 39 лет. Бизнесмен, владелец строительной компании
Лиза Ветрова, 15 лет, дочь Дианы и Кирилла
Глава 2. Пришла помощь откуда не ждали
Диана
Хлопает дверь, и я сижу на месте в полной прострации. Несколько минут не могу пошевелиться.
В голове мешанина мыслей, к горлу подкатывает огромный ком из злости, обиды и боли.
Кирилл. Мой муж. Моя опора. Моя гордость и моя любовь.
Мы вместе поднимались с самого нуля. Помню те времена: съемная однушка на окраине, макароны или картошка на ужин много дней подряд, мой потрепанный пуховик, который я носила три зимы подряд.
Я экономила на всем: на косметике, на одежде, на походах к парикмахеру. Складывала все в общую копилку, в его мечту.
Бессонными ночами сидела рядом, когда он корпел над бизнес-планами, разминала его затекшие плечи, слушала его идеи и страхи. Верила в него. Взяла на себя всю заботу о дочери, чтобы у него было больше времени на работу.
В итоге у мужа все получилось.
И я не уставала благодарить небеса за наше счастье, ведь Кирилл не поступил как многие мужчины. Он не бросил меня, когда разбогател. Не заменил на модель помоложе. Наоборот, сказал: «Все мое — твое». Что я заслужила это своей поддержкой и верой в него. Покупал мне украшения, возил отдыхать, осыпал подарками.
«Ты прошла со мной весь путь, — повторял он. — Ты имеешь право на все».
Как он может теперь предлагать мне такое? Словно мы совсем чужие друг другу. Словно ему все равно, что причиняет мне боль.
У нас же семья. Пятнадцатилетняя дочь, в конце концов!
Дзынь-дзынь.
Я вздрагиваю от звонка в дверь. Сердце подпрыгивает.
Вдруг это муж? Вдруг осознал, что нес полную чушь, и решил извиниться?
Я спешу к двери, открываю рывком и... стону про себя.
На пороге не Кирилл, а его мать, Людмила Александровна. Которую сегодня никто не ждал и с которой мне так и не удалось наладить отношения за столько лет.
