Влад поначалу теряется, открывает рот, закрывает, потом машет рукой и смеется:
— Ничего от вас, женщины, не скрыть.
Смеюсь и я.
— Так как ее зовут?
— Катя, — отзывается Влад, и взгляд становится мечтательным. — Зовут ее Катя.
Ох, ну точно влюбился, как мальчишка.
Я рада за друга. Он хороший человек и заслуживает счастья. Надеюсь, все у них получится.
Время летит незаметно, и вскоре шашлыка на блюде становится все меньше и меньше, а разговоры все непринужденнее.
Давид вручает Макса бабушке — Светлана Игоревна с радостью забирает внука, осыпая поцелуями, — а сам встает и кивает в сторону дома.
— Пойдем за тортом?
— Пойдем, — соглашаюсь я, вкладывая ладонь в его.
На кухне, когда я достаю из холодильника торт — двухъярусный, украшенный фигурками мультяшных героев, — наши руки соприкасаются.
Давид поправляет прядь волос, выбившуюся из моей прически, убирает ее за ухо.
Пальцы задерживаются на щеке, и я прислоняюсь к его ладони, закрывая глаза.
— Счастлива? — спрашивает он тихо.
Открываю глаза, смотрю на него.
На любимые карие глаза, на знакомые черты лица, на улыбку, которая согревает сердце.
— Безумно, — шепчу в ответ.
Он наклоняется, целует меня — нежно, медленно, вкладывая в поцелуй всю любовь.
Когда мы отрываемся друг от друга, на губах остается улыбка.
— Ну что, пора нести виновнику торжества его торт? — говорит Давид, беря блюдо с тортом.
Я достаю из ящика большую свечу в форме цифры «2» и втыкаю ее в центр торта.
— Пора.
Выходим на улицу, и все дружно поворачиваются к нам.
— Ура! — кричит Лиза. — Торт!
Макс на руках у бабушки начинает хлопать в ладоши, не до конца понимая, что происходит, но радуясь общему веселью.
Давид ставит торт на стол, зажигает свечу, и пламя танцует на легком весеннем ветерке.
— С днем рождения! — начинает петь Светлана Игоревна, и все подхватывают: — С днем рождения тебя!
Макс смотрит на огонек завороженно, тянет к нему ручонки.
— Задувай, солнышко, — говорю я, подходя ближе.
Вместе с Давидом помогаю ему задуть свечу, и Лиза снимает эту сцену на видео. Потом приходит время подарков.
Светлана Игоревна дарит набор машинок и резиновые игрушки для ванны. Влад вручает большую машину на радиоуправлении — явно не по возрасту, но Макс в восторге хватает ее, крутит в руках.
Давид достает из пакета конструктор, а Лиза вручает огромный набор с пластилином.
Макс начинает срываться с рук бабушки, требуя спустить его вниз, и я устраиваю его на пледе, который расстилаю на траву чуть поодаль от стола.
Раскладываю вокруг него все подарки.
Ну все, наш малыш занят как минимум на полчаса, разглядывая свои богатства.
Я возвращаюсь к столу, но не сажусь. Стою, смотрю на эту картину перед собой.
На сына, увлеченно ковыряющегося в коробке с конструктором.
На дочь, что смеется над шуткой Влада.
На мужа, который встает и подходит ко мне, обнимает сзади за талию, прижимая к себе.
На свекровь, что разрезает торт, улыбаясь.
Я смотрю на все это — на свои богатства, на тех, кто мне дорог и кому дорога я, — и понимаю, что вот оно. Настоящее счастье.
Не в деньгах, не в статусе, не в идеальной картинке.
А в этих простых моментах: в семейном обеде на свежем воздухе, в детском смехе, в теплых объятиях, в любящих взглядах.
Давид целует меня в висок, и я прикрываю глаза, вдыхая запах его туалетной воды, смешанный с ароматом весны.
— Люблю тебя, — шепчет он, — бесконечно.
— Я тебя тоже, — отвечаю я, переплетая наши пальцы.
И в этот момент понимаю: жизнь не всегда идет по плану, не всегда дает то, что мы хотим. Но если не сдаваться, если верить в лучшее и оставаться открытым для новых возможностей, она обязательно подарит что-то удивительное. Что-то настоящее. Что-то, что стоит всех испытаний.
И я благодарна судьбе за каждый шаг этого пути: за боль, что сделала меня сильнее, за потери, что научили ценить, за встречи, что изменили все.
Потому что именно они привели меня сюда: к этому моменту, к этим людям. К этому счастью.
Конец.
