И я верю ему. Всем сердцем верю.
Потому что с ним я готова на все. На любые испытания, на любые трудности.
Потому что с ним я дома.
С ним я счастлива.
С ним я — настоящая.
Давид наблюдает за мной с улыбкой и вдруг говорит:
— У меня для тебя еще один сюрприз.
Тянется рукой во внутренний карман пиджака.
Я приподнимаю брови. Он не перестает меня удивлять.
— Ты говорила, что хотела бы кое-куда вернуться, — подмигивает Давид и протягивает мне конверт.
Я открываю его и достаю два билета… в Анапу.
Туда, где все началось.
Смотрю на Давида, и улыбка расплывается по лицу.
— С тобой жаждет познакомиться вся моя родня, — смеется он, разводя руками. — Мама уже всем рассказала, что ждет нас в гости, так что...
Смеюсь и я, представляя, как Светлана Игоревна собирает всех многочисленных родственников, которых у меня никогда не было, в одном месте.
Я буду рада повидаться с ней снова и увидеть всех, с кем рос Давид.
Большая и дружная семья — что может быть лучше?
Эпилог
Четыре года спустя
Диана
Весеннее солнце щедро льется с небес, окрашивая все вокруг в золотистые тона. Воздух наполнен ароматом цветущих яблонь и свежескошенной травы — тот самый запах, который говорит: лето не за горами.
Я стою на террасе дачи, расправляя скатерть на длинном деревянном столе, и улыбаюсь.
— Диана, милая, подай-ка мне вон те тарелки, — просит Светлана Игоревна, кивая на стопку посуды на краю стола.
— Сейчас, — откликаюсь я.
Свекровь принимает их с благодарной улыбкой и начинает расставлять по местам. Мы работаем слаженно, как команда, — она уже давно стала мне не просто свекровью, а настоящей второй мамой.
Поднимаю взгляд и смотрю чуть дальше, туда, где у мангала стоят двое мужчин.
Давид и Влад.
Муж переворачивает шампуры с шашлыком, Влад что-то рассказывает, активно жестикулируя, и Давид смеется в ответ. Они подружились за эти годы и теперь общаются не только по работе, но и просто так — встречаются, ходят на футбол, обсуждают какие-то свои мужские дела.
Давид чувствует мой взгляд, поворачивает голову и подмигивает мне.
На сердце теплеет.
Даже спустя несколько лет он вызывает во мне те же чувства, что и раньше, — учащенное сердцебиение, желание быть рядом и всепоглощающую любовь и нежность.
До сих пор не верю, что мне так повезло.
— Диана, ты меня слышишь? — раздается голос Светланы Игоревны, и я вздрагиваю, возвращаясь в реальность.
— Простите, задумалась, — смущенно улыбаюсь.
Свекровь качает головой с лукавой улыбкой:
— На мужа заглядываешься? Ну-ну, молодежь...
Я смеюсь, чувствуя, как краснеют щеки.
В этот момент дверь дома открывается, и на крыльцо выходит Лиза.
Моя дочь.
Она повзрослела за эти годы, стала еще красивее. Длинные светлые волосы распущены по плечам, на ней легкое летнее платье, и она выглядит такой взрослой, что иногда мне не верится, что это та самая малышка, которую я когда-то качала на руках.
Она учится в университете, на втором курсе, живет в своей квартире. Совсем взрослая.
А на руках у нее — Максим.
Наш с Давидом сын.
Двухлетний карапуз с темными кудряшками и огромными карими глазами — вылитый отец в детстве, как показывают фотографии из семейного альбома.
Поначалу я думала, не поздно ли заводить ребенка? Сомневалась, переживала. Но в итоге решила, что рожают и после сорока. Мне было тридцать восемь, когда я забеременела. Тем более во мне столько любви, что хочется ею делиться со всеми вокруг.
И я ни разу не пожалела.
— Мам, — зовет меня Лиза, спускаясь по ступенькам, — Макс снова хочет к тебе.
Я тяну к нему руки, и малыш радостно тянется в ответ, выгибаясь в сестриных объятиях.
— Иди к маме, — улыбается Лиза, передавая мне брата.
Я забираю его, прижимаю к себе, целую в лоб, вдыхая его запах — такой знакомый, такой родной. Пахнет детским шампунем, молоком и чем-то неуловимо сладким, что есть только у малышей.
— Мама! — лопочет Макс, обнимая меня за шею пухлыми ручонками.
— Привет, мой хороший, — шепчу, целуя его в щечку.
Лиза начинает помогать Светлане Игоревне вместо меня, расставляя салаты и закуски, пока я занимаюсь сыном.
Макс у нас избалован вниманием с кончиков волос до самых пяток, но лично я не вижу в этом ничего плохого. Детство на то и дано, чтобы быть счастливым и любимым.
— Голодный? — спрашиваю, и Макс кивает. — Пойдем, накормлю тебя.
Веду его внутрь, на кухню и усаживаю в детский стульчик. Пока кормлю сына, слышу, как открывается входная дверь, шаги в прихожей.
А потом из гостиной доносится голос Лизы:
— Привет, пап.
Видимо, ей позвонил Кирилл. Они наконец-то снова начали нормально общаться.
Лиза постепенно оттаяла — Кирилл приложил для этого немало усилий. Но больше всего помогло то, что он и правда все осознал, искренне покаявшись перед дочерью. Попросил прощения, не давил, не требовал — просто был рядом, когда нужно, дал ей время.
Его дела постепенно идут на лад, и хоть он не достиг всего того, что имел раньше, но все-таки выплыл, рассчитался с долгами и встал на ноги. Работает не покладая рук, снова открыл строительную компанию. Насколько мне известно, он до сих пор один.
А вот об Анне я давненько ничего не слышала. Еще год назад она работала в салоне красоты, живя на съемной квартире. Видимо, окучить очередного богатого мужчину так и не смогла и вынуждена зарабатывать на жизнь сама.
По словам Влада, даже Маша стала общаться с ней реже, поняла наконец-то, что цели и средства матери совсем не то, что следует брать на вооружение. Девочка поступила в университет, учится на экономиста, живет на квартире с подругой.
Я рада за нее. За то, что она смогла найти свой путь.
Макс доедает свое любимое картофельное пюре, размазывая остатки по лицу, и я смеюсь, вытирая его салфеткой.
— Ну вот, красавчик, — говорю я. — Теперь пойдем к остальным?
— Па-па! — радостно выкрикивает Макс, и я киваю.
— Да, папа тоже там.
Вскоре мы все собираемся за столом — Давид с одной стороны от меня, Лиза с другой, Светлана Игоревна напротив, Влад рядом с ней.
Давид забирает у меня Макса, усаживает к себе на колени, чтобы я могла спокойно поесть.
Я вдыхаю ароматный, ни с чем не сравнимый запах шашлыка — с дымком, с пряностями, с легкой корочкой — и чувствую, что сильно проголодалась.
— Ну что, налетаем! — объявляет муж, потирая руки, и все смеются.
Мы едим, беседуем, делимся новостями.
Светлана Игоревна рассказывает о своих соседях по даче, о том, как они устраивают соревнования по огородничеству, и она, конечно же, в победителях. А какой у нее цветник! Когда я в первый раз увидела все ее гладиолусы, потеряла дар речи. Там были даже такие цвета, о существовании которых я и не подозревала.
Влад рассказывает о новом проекте, и Давид обещает помочь ему разобраться с договорами.
И тут Лиза, откусывая кусочек хлеба, вдруг говорит:
— Кстати, на следующей неделе заскочу в гости. Не одна, если вы не против. Хочу познакомить вас со своим парнем.
Я чуть не давлюсь салатом.
— Конечно! — восклицаю я, когда прихожу в себя. — Конечно, приезжай! Мне жутко хочется увидеть того, кто украл твое сердечко.
Лиза краснеет, улыбаясь.
— Мам...
— Что? — невинно пожимаю плечами. — Я же мама, имею право интересоваться личной жизнью дочери.
Давид смеется, поглаживая мою руку под столом.
Подмечаю, как загорается взгляд Влада, когда Лиза упоминает, что влюбилась. Он смотрит куда-то вдаль, и на губах появляется мечтательная улыбка.
Так-так… все понятно.
— Влад, — заговорщически улыбаюсь я, наклоняясь к нему, — рассказывай.
Он дергается, будто его поймали за руку в банке с печеньем.
— Что рассказывать? — пытается отмахнуться.
— Кто она?
