Дина Артёмкина
Научусь летать с тобой
© Дина Артёмкина, 2026
* * *
Акт 1
Новое место
Глава 1,
в которой дверь закрывается
– Спасибо, до свидания, – услышала я, закрывая тяжёлую деревянную дверь.
Члены комиссии склонились над бумажками, делая последние записи. Меня обступили девочки, ждавшие своей очереди.
– Ну как? Что?
Я не ответила, пошла к маме, которая стояла у стены, под репродукциями Дега и портретами известных выпускников. В её глазах читался тот же вопрос.
– Не знаю. – Я пожала плечами. – Ноль эмоций. Как в телевизор смотрели.
– А Анна Григорьевна?
– Попросила показать ассамблé [1].
Мама протянула мне рюкзак.
– Переодевайся, и пойдём отмечать.
– Что отмечать? – Я приподняла бровь. – Результаты только завтра!
Но разве маму переубедишь? Если она вбила себе в голову, что я уже поступила, значит, надо отмечать. Впрочем, мы обе знали, что просмотр – просто формальность. Где это видано, чтобы Екатеринбургский колледж не взял девочку из Пермского училища? Даже если она, то есть я, звёзд с неба не хватала.
Через полчаса мы уже сидели в кафе неподалёку от колледжа. В круглой вазочке нежился крошечный букет: белая роза и несколько фиолетовых колючек, похожих на чертополох. В воде отражались солнечные лучи. Я сфотографировала композицию и поняла, что это моя первая фотка в Екатеринбурге: раньше было как-то не до них. За окном мелькали спешившие по делам люди. Летний ветер распахивал их куртки, ерошил волосы. Мама подняла кружку с кофе.
– Ну, с успешным просмотром!
Я подняла стакан навстречу маминой кружке, и, когда раздалось «дзынь», на столик выплеснулось немного лимонада – стакан был полон до краёв. Мама промокнула лужицу салфеткой, а я неожиданно почувствовала, как где-то глубоко заклокотали слёзы. Переволновалась, наверное.
– Приятного аппетита! – Официантка поставила передо мной овощной салат, а перед мамой тарелку с вафлями и мороженым.
Иногда официанты путались и подавали мне самое сытное и вкусное. Но здесь, в двух шагах от хореографического колледжа, всё было чётко. В случае ошибки их бы не поняли!
– Сфотографируйте нас, пожалуйста! – Мама подала официантке телефон. – Дочка сегодня была на просмотре.
– Здорово! – Официантка улыбнулась мне. – Надеюсь, успешно.
– Разумеется. – Мама уверенно кивнула.
Официантка сделала несколько кадров и убежала на кухню. А я почувствовала, как футболка прилипла к подмышкам.
– Если хочешь знать, было ужасно! – сказала я зло. – Я им не понравилась!
На последнем слоге голос сорвался на писк. Я станцевала программу, отлично справилась, но лица членов приёмной комиссии остались такими же непроницаемыми. А потом началось:
– Подготовили ещё какую-нибудь вариацию?
– Почему вы ушли из Пермского училища?
– Какую оценку получили на экзамене? А кто был вашим педагогом по классике?
И Анна Григорьевна, которая на консультации уверяла маму, что «у девочки прекрасные данные», зверствовала больше остальных. Хорошо было в Перми. Там никто не сомневался в моих способностях. Да, я не блистала особыми талантами. Я танцую технично, но без эмоций. Зато усердия и трудолюбия мне не занимать!
– Не торопись с выводами. – Мама отхлебнула кофе. – Ай! Кто же такой горячий подаёт?
– Не надо было мне уезжать! – сказала я громче, чем рассчитывала, и женщина за соседним столиком вздрогнула и повернулась к нам.
– Агатик, ты же знаешь! Ну не могла ты остаться!
– Почему?
– Тебе тяжело было бы в интернате, сто раз обсуждали.
– Жила бы у Катьи!
– У Кати. Ей сейчас прям до тебя! – Мама нетерпеливо махнула рукой, показывая, что разговор окончен, и снова отхлебнула кофе, будто забыла, что обожглась.
Когда папе предложили работу в Екате, у родителей и мысли не возникло оставить меня доучиваться. До выпуска – целых четыре года. А перевестись из одного училища в другое – дело нехитрое. В нужном классе было вакантное место, и мама рассчитывала, что оно дожидается именно меня. Но когда в конце мая мы пришли в Екатеринбургский хореографический колледж с документами, оказалось, что нужно проходить просмотр на общих основаниях.
– Но мы из Перми, – мама значительно понизила голос.
– Значит, будет несложно поступить, – улыбнулась секретарь.
Входная дверь распахнулась, и в кафе стайкой длинношеих фламинго ворвались девочки. Волосы некоторых были собраны в шишки, у других распущены, но по горделивым осанкам и тонким рукам я узнала своих. Наверное, чуть старше меня, вчерашние девятиклассницы. Смеясь и переговариваясь, они заняли самый большой столик. В центре оказалась девушка со светлыми волосами и ямочкой на остром подбородке. Она повесила на спинку стула разноцветный рюкзак и, подперев щёку рукой, слушала соседку.
– Да ну, зачем им валить нас?
– Переведут, конечно, – донеслись до нас обрывки разговора.
– А давайте вафель в честь каникул! – предложила девочка в белом джемпере.
– Ну, не знаю, – протянула светловолосая. – Как потом жирок сгонять будем?
– Юль, не душни! Два месяца впереди!
– Ага, конечно! – засмеялась её соседка. – Помните, прошлым летом я к бабушке на пару недель съездила? Пицца, булочки, пирожки – всё лучшее внучке. Возвращаюсь: плюс пять кило! Пять!
Она растопырила ладонь с аккуратными розовыми ноготками.
– С тебя как с гуся вода! – засмеялась светловолосая.
– Ага, с гуся! Я потом месяц на интервальном голодании сидела!
Мама помешивала кофе длинной ложечкой и тоже поглядывала на балерин. Заметив мой взгляд, она улыбнулась и кивнула, будто говоря: вот они какие, твои будущие подружки. И тут меня снова прошиб пот: показалось, что мама сейчас встанет, подойдёт к девочкам и начнёт расспрашивать их о колледже.
Нет, разумеется, мама этого не сделает. Она не совсем ку-ку. Но мне вдруг захотелось оказаться как можно дальше от этих девочек, красивых и уверенных в себе будущих балерин. Ещё месяц назад я тоже сидела в кафе с одноклассницами и обсуждала интервальное голодание и экзамены. Да, повода волноваться не было: в Перми – сильнейшее училище, и в колледж меня, разумеется, возьмут. И откуда это тенькающее беспокойство, вообще непонятно.
– Ну что, домой? – Я резко поднялась со стула, и посуда на столике звякнула, а девчонки посмотрели на меня.
– Хорошо, – кивнула мама.
Глава 2,
в которой я скучаю по банде
Макс: Ну и не парься, возьмут, куда денутся! Смайлик с дьявольской рожицей
Карина: Пусть только попробуют не взять!
Я: Спасибо, други! Стикер с обнимающимися героями «Очень странных дел»
Макс: Дураки будут, если откажутся!
Карина: База!
Я: Вы-то как?
Карина: Как обычно.
Макс: Я на даче. В бассейне отмокаю. Пока не началось: сынок, клубничка, сынок, малинка!
Карина: Ну-ну, мы уже обзавидовались! Да! Билеты на Дягилевский фест выложили. Мать набрала всего подряд.
Я: Стикер с грустным котёнком
Макс: Не приедешь всё-таки?
Я: Надо тут быть. Мало ли что.
Карина: Жалко. Да, свежие новости: Александрову из хоряги выставили!
Я: Выставили?
Макс: Отчислили.
Я: А чего так?
В чате повисла тишина. Я представила, как Макс и Карина переглядываются, прежде чем ответить. Хотя, конечно, это невозможно: каждый чатился из своего дома. Наконец ребята отвисли – два сообщения пришли разом.
