Лёля Зайкина
Зайкина, вам надо срочно родить!
Глава 1. Оля
Вот я дурочка!
Сказал, что заболел, я и поспешила лечить. В аптеку забежала, целую тысячу в никуда спустила. Фруктов набрала, а у Саши оказывается болезнь, которая не поддается медикаментозному лечению. Диагноз двойной, называется “лживость обыкновенная и кобелизм хронический”.
Теперь с пакетами из аптеки и овощного наблюдаю за тем, как тот, кто звал замуж, говорил, что я для него самая лучшая женщина, пыхтит над другой. Видимо, не лучшей, но той, которая даёт.
Какая я умничка, что хоть на своем стояла и держала марку “до свадьбы ни-ни”, хоть не так обидно.
Но всё же во рту разливается горечь, словно таблетки от температуры, которые купила для Саши, я выпила сама, точнее разжевала и запивать не стала.
Обидно. Только думала, что встретился мужчина, который оценил мой природный шарм. Тот, кто готов мириться с моими тараканами и жизненными устоями, принимать меня такой, какая я есть. В которого я влюбилась настолько, что даже думала дать послабление.
Хорошо, что не дала!
Надо всегда держаться принципов, в них сила.
А горечь проглотим. И не такое случается в жизни. Судьбы у людей бывают разные, порой такие испытания выпадают, что мама не горюй. У кого-то дом сгорел, кто-то теряет близких. А у меня всего лишь измена.
П-ф…
Мелочь, пусть и досадная.
Жалко только, что я в этого мужчину умудрилась влюбиться. Но кажется, излечение пройдет быстро.
Любить таких больных не стоит и унывать, расстраиваться тем более. Это не я потеряла, а он. Где же он еще найдет такую женщину, как я? Лучшую в своей жизни. Таких у него больше не будет.
Многие ли, как я сорвуться с работы, когда надо готовить квартальный отчет, отложат всё на ночь, когда любимому станет лучше, и понесутся лечить хворого? Не многие. Не многие такие дурочки, как я…
Нет, не так. Не многие обладают такой широкой душой и сердцем. А этот балбес меня потерял.
Не унывать!
То, что я стала свидетельницей измены, тоже не страшно. Наоборот. Хорошо!
Это бы произошло, не сейчас, так позже. Кобелизм хронический на то и хронический, что даже если длительно симптомы не проявляются, когда-нибудь случится рецидив. А позже не равно лучше. Надо благодарить Сашу, что именно такой повод отказаться от встречи выбрал, что я побежала к нему домой на крыльях любви и на ветре заботы. Ну и моё доброе сердечко тоже молодец. Осталась бы я в офисе, продолжила бы перебирать бумажки и осталась бы с сердечками в глазах, а рожки бы при этом всё росли.
А если бы я уже за эту жертву неизлечимых заболеваний успела выйти замуж, родила бы детей, уйти в закат было бы сложнее.
Мне очень и очень повезло. Но задерживаться тут не стоит.
Так, хватит смотреть на это действо! Пора обратить внимание, поставить точку и пойти заниматься делами, которые на самом деле стоят моего внимания.
Саша не стоит. Но сообщить об этом нужно.
— Вяленькие вы какие-то. Витаминов, наверное, не хватает, — произношу громко, уверенно.
Даже мысленно аплодирую себе за выдержку, за то, что голос совсем не дрожит. А вот парочка вздрагивает, и оба оборачиваются ко мне.
За Сашиной спиной видно девицы особо не было, а теперь я понимаю, что вместо одной персоны из своей жизни мне придётся вычеркнуть двоих.
Не страшно. Предателям и ненадёжным личностям там на место. Значит, пришло время зачистки, которую я проведу, даже не моргнув.
Рядом с моим мужем Светик, которой я еще два дня назад вытирала сопли, когда она рыдала из-за такого же кобеля, как тот, кто теперь пытается выбраться из постели.
Что ж… Кто-то, видимо, тоже болен. Тупость патологическая тоже непросто заболевание. Тут только посочувствовать остается, но лучше на расстоянии, чтобы не заразиться воздушно-капельным. Я таким не страдаю и страдать не хочу. В следующий раз слушать Светкины рыдания уже не буду.
— Я тут вам витамины в апельсинах принесла. И в аптеку сгоняла. Сомневаюсь, что тут что-то есть для подпитки головного мозга, но вы всё-таки поищите. Вам нужно, — говорю и делаю шаг вперед, ставлю пакеты на край кровати.
Даже денег не особо жалко. Правда стоит и не столько, как апельсины, жаропонижающие, раствор для полоскания больного горла. Порой она бесценна, особенно, если ещё и своевременна.
— Оля? — произносит Саша, прикрываясь одеялом, как стыдливая девица, забирая его у Светки.
Впрочем, мне смотреть на него голого нет ни малейшего желания. А Светке одеяло всё равно не нужно. Подругу я видела, как мне казалось, со всех сторон. В парную мы вместе ходили, думала сюрпризов уже не будет. Ан нет. Сегодня она открылась мне с новой стороны, как та, что спит с женихами подруг.
Но я не злюсь. Даже благодарна. Не она, были бы другие, и не факт, что сегодня.
— Я, но мне уже пора. Лечитесь, болезные мои, — произношу и иду к выходу из комнаты.
Пора. И так времени кучу потратила. Отчет сам себя не сделает. Премию начальство за красивые глазки на выпишет. Оле надо поработать, пусть уже и не надо откладывать на медовый месяц.
Хотя, почему не надо? Неужели я сама себе не могу организовать отдых в честь того, что так удачно не вляпалась в брак с Сашкой, что глазки так удачно открылись и свершилось прозрение.
Уже почти покидаю спальню, как в спину летят слова Саши:
— Это ты виновата!
Я?
Ох, что-то мне подсказывает, Саше следовало промолчать. Я ж хотела мирно уйти, без сцен и истерик…
Глава 2. Оля
Развернуться уйти, запереть в себе злость, что заполняет все мои сто семьдесят пять сантиметров?
Не вступать в диалог. Считает Саша меня повинной в том, что ему штаны давят, ну и пусть.
Практически беру себя в руки, хотя это не просто, но Света не дает мне возможности проглотить обвинения.
— Естественно, мужчина будет изменять, если ему не давать.
Ну естественно, чья б корова молчала, а Светику, пережившей измену парня, лучше бы язык прикусить и лицезреть в тишине потолок.
Но после её слов и я молчать уже не могу, как бы ни хотелось.
— То есть именно поэтому Тошик от тебя гульнул? Что ж ты так, Светик, надо было ему давать, а не моему жениху. Не пришлось бы реветь в подушку и у меня на плече. А то ты где надо, не даёшь, а где не надо, пожалуйста, — замираю, опять смотрю на Сашу, который, как Мерзляк или же мужчина с низкой самооценкой, кутается в одеяло, всё сильнее прячась под него.
Скоро один нос останется и то, чтобы не задохнуться, наверное.
На Светку смотрю, она выглядит так как будто сорвала куш. Ну, конечно, подцепила еще одного мужчину, склонного к измене. Диагноз “тупость патологическая” подтвержден.
— Хотя впрочем, и здесь надо было дать, — говорю твёрдо всё сильнее убеждаясь, что всё во благо. — Спасибо вам обоим за сегодняшнее показательное выступление. Я очень рада, что на двух гнилых людей в моей жизни станет меньше.
— Ты кого гнилью обозвала? — щетиниться подруга.
— Зайка, не руби с горяча, — предостерегает от “ошибок” Саша, еще и прозвищем ласковым называет, гад такой.
Чувствую, что хочется взять в руки апельсины, запустить одним в рожу бывшей подруги. Другим в физиономию бывшего жениха.
Но этого не делаю. Все-таки выхожу за дверь.
Не буду устраивать сцену. Не хочу мараться об них. Пусть и все мои восемьдесят килограмм наполняет ярость, не даю ей спуска.
Ничего страшного и трагичного не произошло. Эмоции неуместны. Не к чему демонстрировать их. Саша со Светкой не увидят, что мне больно.
Да и не больно вовсе. Так... Досадно, что уже и платье себе присматривала, и путёвку в медовый месяц выбирала, и жизнь с Сашкой планировала. Думала, что всё, начну свою семейную жизнь. Но нет, так нет. Выходить замуж нужно только за надёжных мужчин. Надёжных и любимых. А не за всяких жертв козлецизма хронического, лживости обыкновенной и тупости рецидивирующий.
