Зайкина, вам надо срочно родить! (СИ) - Лёля Зайкина

Терапию я тоже проходил. С моей стороны тоже есть проблемы, но врачи на все голоса, как в многоголосном хоре пели мне о том, что я практически здоровый мужчина и это всё мелочи. Но если мелочи, то какого чёрта беременность всё ещё не настала? Почему, если я почти здоров, у меня до сих пор не родился наследник? Мне льстят? Боятся озвучить правду, что бесплоден?

— Харитон Александрович, я понимаю ваши эмоции… — начинает блеять врач.

— Нет, вы не понимаете, — говорю резко. — И успокаивать меня не нужно. От вас мне нужен только наследник, вы репродуктолог, а не психолог. Если я решу, что мне нужна помощь с гневом, принятием неудач и любая другая, я обращусь к квалифицированному специалисту в этой области. И думаю, он выдаст лучший результат, вправит мне мозги за несколько сеансов, когда вы уже трижды не оправдали квалификацию.

— Харитон Александрович…

— Не начинайте. Я позвоню. Думайте, что ещё можно сделать, — говорю я и иду прочь.

Неужели всё зря? Я уже потратил кучу времени и денег и не сдвинулся с мертвой точки.

Черт с ними, с деньгами. Этот ресурс восполним. А вот время утрачено в никуда.

Выхожу в холл, движусь к выходу и тут слышу оклик:

— Харитошенька? Ты? А чего такой сердитый? С потенцией проблемы? — звучит на весь холл.

Скулы аж скручивает. Догадка, озвученная звонким голосом, явно была неуместна. Плюс я ненавижу это обращение. Ни одна из моих женщин, пусть подобные попытки и были, не называла меня так. А вот вбить в голову младшей сестры по отцу, что меня так называть не стоит, я так и не смог.

Точнее, уверен, Алёна поняла с первого раза, что мне оно не нравится, и взяла на вооружение, чтобы бесить как можно сильнее. Язва, авантюристка, прилипала, провокаторша. Встреча с ней сегодня совсем не к месту.

Я же специально выбирал клинику, в которой Алёна не консультирует, чтобы не пересекаться, чтобы сестра не совала нос в мои проблемы. Каким ветром её сюда задуло?

Глава 4. Харитон

Глава 4. Харитон

— Ну здравствуй, кобра в шубке шиншиллы, — говорю я и все-таки оборачиваюсь.

Избежать беседы, вероятно, не получится, если только припустить и бежать из клиники сверкая пятками. Но это не статусно и не нормально для бизнесмена и мужчины моего возраста.

Раз уж встретились, придется немного потерпеть эту язву и постараться поскорее закончить “милое” общение.

— Ты, как всегда, любезен, братик. Так что ты тут делаешь? — Алёна подпархивает ко мне, смотрит невинными глазками, будто я не замечает, что мне не комфортно здесь находиться, и то, что она привлекла внимание окружающих, не способствует моему спокойствию.

Но я стараюсь держать лицо. Этой заразе только дай повод потешаться, она вцепится в этот повод мёртвой хваткой и фиг отцепишь потом. И успокоить тоже бывает проблемно.

— В это не твои проблемы, Алёна, — произношу безразлично.

— Мы семья, — не успокаивается сестричка.

— Скорее формально.

— А как же кровь? Общие гены? У нас даже фамилия, Харитош, одна.

— Ну так сложилось, и я отца об этом не просил.

Наличие у моего папы женщины на стороне, которая, оказывается, родила отцу дочь всего на четыре года позже, чем родился я. В четырнадцать лет это для меня стало ударом. Как и то, что отец решил развестись с моей матерью и жениться на той женщине из второй семьи.

Не могу сказать, что я очень уж мягок внимателен к дамам, что я врождённый семьянин. Но измены себе не позволяю. Да и с женщинами у меня нет общих детей. Нет семьи. А когда была, я пытался быть терпимым, внимательным, заботливым. Если бы не обстоятельства и отличия ценностей, то возможно, мы бы с моей первой женой ещё были вместе. Если бы могли воспитывать ребёнка.

Отец тоже меня воспитывал до четырнадцати лет, но наносил при этом визиты своей дочери и её маме.

— Ладно, коброчка, мне некогда, спешу, — говорю, решив прекратить это бесполезное общение.

— Ну давай, давай, но помни, что я очень любопытная. И для меня семья не простой звук. Все о тебе разузнаю, — обещает Алёна.

— А как же врачебная тайна? Этика? Думаешь, с тобой так легко поделятся информацией?

— Легко или нелегко. Поделятся или нет, но я все узнаю, — гарантирует мне сестрёнка со змеиной улыбкой. — Может, все-таки ты сам поделишься проблемой по-родственному? А я по-родственному помогу. Что это я буду кучу документов перебирать? Копаться в лишних бумажках? Анализировать… оно тебе надо, чтобы кто-то ковырялся в твоём нижнем белье?

— Не надо, но я делиться не хочу. Просто забудь, Алёна, что мы встречались да и всё. Займись своими делами.

— Упёртый ты, Харитоша. Ну ладно, придётся для твоего блага сделать то, что не люблю, — вздыхает Алёна, тяжело, протяжно. — Не могу же пройти мимо беды. Так и вижу, что у тебя что-то случилось. Но раз ты сам не хочешь помочь себе, то помогу я без твоего на то согласия. Я же о тебе забочусь, Харитош, ты мой братик.

— Только язвить и трепать нервы ты и можешь, Алёнушка. Да проблемы подкидывать.

— Тебе и так, по всей видимости, хватает, не буду подкидывать, так и быть, только решу, — говорит эта язва и улыбается мило-мило. — Что ж я не человек, чтобы подкидывать проблемы?

В бескорыстные порывы сестры я не верю. А вот в её любопытство и склонность лезть куда не просят, верю, более того, с этими качествами Алёны я уже сталкивался. Понимаю, что Алёнка со своим любопытным носом точно доберётся до информации. Эта зараза, если в что-то вцепилась, то всё, пиши пропало.

— Две жены не смогли мне родить наследника. Три ЭКО не дали результата. Возможно, я бесплоден, пусть врачи не говорят мне этого. Так что можешь радоваться, сестрёнка, авось твоим детям и наследство от меня перепадёт. Надо же будет куда-то пристроить свой бизнес. Так, что Алёна можешь просто ждать, когда я поставлю крест на себе, забью на пытки отцовства и начну искать других наследников. Как говорится, семья. Хотя бы частично общая кровь, общие гены. Как-никак ты моя сестрёнка, пусть я и не одобряю вторую смею отца.

Вопреки моему резкому заявлению Алёнка хмурится.

— И что говорят? Все нормально? Здоров? А врач кто?

Обсуждать с ней свою неполноценность не хочется, выпалил сказанное, скорее, чтобы отстала, но все же с вздохом добавляю:

— Платонов.

— Окей. Ты держись, ладно, не раскисай. Будет у тебя наследник. Точно говорю. И не придётся детям нагулянной сестры бизнес передавать. Не переживай, я на твоей стороне, пусть ты этого и не хочешь, — совсем другим не столь язвительным тоном произносит Алёна, сжимает мою руку, а после резко отпускает, и словно мы с ней и не встречались, спешит прочь.

Замираю на несколько мгновений, провожаю её взглядом. Стою до того момента, пока она не скрывается за сомкнувшимися створками лифта, а после покидаю холл.

Бесплоден. Возможно, я бесплоден. А надежду мне дают только для того, чтобы выкачать побольше денег.

До этого я даже мысленно не озвучивал это предположение. Но насколько бы болезненным и неприятным оно ни было, это предположение очень похоже на правду.

Иначе почему столько неудачных попыток стать отцом?

Это не может быть стечением обстоятельств.

Что-то не так.

Что-то не так со мной.

Глава 5. Харитон

Глава 5. Харитон

Выхожу на улицу. На встречу мне едва не катится беременная женщина. Судя по размерам живота, хотя, возможно, я и ошибаюсь, у неё двойня, а то и тройня.

Так и хочется спросить: “Девушка, а вы что принимали, чтобы забеременеть?”. Хочется лелеять надежду в том, что дело не во мне. В тех женщинах, которых я выбирал сам, которые проходили отбор на роль суррогатной матери.

Эта беременная дама достаточно крупная, полновата. Не знаю уж, во время беременности уже набрала или изначально обладала объёмами. Но всё же, отмечаю, что женщины, от которых я пытался получить наследника, были изящными, тонкими. Ирина так и вовсе хрупкой.