Измена. Забудь обо мне (СИ) - Кир Хелен

- Так, – сводит брови, – ладно. Если совсем тебе никак, давай прощаться и искать новое место.

- Подожди, – пищу в изнеможении, – еще день отработаем, а потом решим. Хорошо?

Диана тревожно дергается. Отбрасывает пластиковую штуку и присаживается рядом.

- Я всегда с тобой, – пожимает руку, – не брошу. Хватит голову клонить. Не заставляю, просто попросила. Еще день и решим. Только не себе во вред. Эй, подружка, – шутливо толкает легонько, – ну-ка носик по ветру. Прорвемся!

Кисло улыбаюсь, но держусь. Может и правда не заморачиваться. Да переживу я встречи с Гордеевым. Если ему все равно, то и мне, знаете ли, тоже. Поболит и пройдет. Хоть и боли страшные и местами ужасно непереносимые, но жизнь не заканчивается. Я сильная. Я выдержу.

Шмыгаю носом.

- Эй, девочки, – в дверь пролазит лохматая голова Женьки, – бегом на планерку. Новый собирает. Там на счет зарплаты и развития говорить будет.

В животе привычно скручивается комок. Сейчас снова лицезреть того, кто разбил мне сердце. Ловить взгляд на себе и каменеть от того, что больше в нем нет тепла. Слышать голос и вспоминать, каким он бывает в минуты особой нежности, расслабленности.

Но не это самое ужасное.

Чувство отдаленности и отчужденности. Это самый страшный укол в нервные окончания. Это вскрытие без наркоза. Это как удаление зубного нерва наживую, без анестезии.

Видеть, как Яр уходит или скользит по тебе безразлично взглядом – моя маленькая смерть.

И тем не менее я живу. Ломко, надрывно, хромоного, но живу.

Протискиваемся в небольшое помещение, рассаживаемся. У окна стоит Гордеев. Как всегда неотразим, по-другому не выглядит. Опускаю глаза, стараюсь отключиться от эмоций. Все любовные рефлексии теперь не главное, на первый план нужно учиться ставить совершенно другое.

- Итак, коллеги, – голос Ярослава вливается ядом в вены, – я пригласил вас, чтобы рассказать, как будет работать комплекс. Нас ждут глобальные изменения. Мы все усовершенствуем, завезем новое оборудование, которое отвечает современности и пересмотрим заработные платы сотрудников. Первое, что хотелось бы расширить …

Чем больше слушаю, тем больше поражаюсь. Он хорошо знает то, чем занимается. Со всех сторон доносятся одобрительные возгласы народа. Они восхищены грядущими переменами. А названная зарплата и вовсе вводит в эйфорию. Женя удивленно-восхищенно присвистывает и даже пытается аплодировать.

Если мы с Дианой продержимся, то можем снять что-то поприличнее. Мы может и остались бы на прежнем месте, но в довесок ко всему наш дом облюбовали наркоманы. Рыщут в клумбах днем и ночью, дерутся и черт знает что делают. Вот вам и дешевая аренда.

- Мне понадобятся старшие смен и дельный менеджер. С кандидатами спешить не будем. Пока назначу и.о. Кого, сообщу чуть позже. У кого есть вопросы?

Диана поднимает руку.

- Выплаты два раза в месяц или один?

- Два. Десятого основная зарплата, а двадцать пятого небольшой аванс. Зарплата белая. Вся. Так что с трудоустройством поторопится нужно, кто еще не оформлен.

- Мы стажеры, – разводит руками подруга.

- Стажировка две недели, потом оформление по ТК РФ. Еще вопросы?

Пока сотрудники галдят, наперебой выспрашивая про разные разности, я молчу. В растерянности пребываю. Не спрашивать же его о том, как часто он здесь будет. Слышу только, что мойку будут перестраивать частями, закрывать никто не будет, чтобы клиенты не отвыкли от мысли, что она работает. Все же часто будет здесь, контролировать процесс кто-то должен.

Это мне никак не подходит.

- Если вопросов больше нет, то у и.о. будет в доступе мой номер на крайний случай. А так прошу обращаться к заму, в связи с моим отъездом в командировку на этой неделе. Закончили?

Он так и ни разу не взглянул в мою сторону. Вот и все. У меня яд по телу носится. И кто дурак в нашем случае? Конечно, я дура. Да ему плевать на меня. Случилась в жизни обычная история. Вот и все.

Встретил, попользовался и бросил.

А чего я хотела … Бабочек и цветочков, как у Диснея? Шиш там! Получите злую Гингему. Дайте мне пластырь залепить свою зияющую и кровоточащую дыру в теле.

- Алёнка, ты такая бледная, – обеспокоенная Диана хватает под локоть. – Может перекусишь немного? Я наш заказ подхвачу одна. Перекуси, а потом обсудим ситуацию. Хорошо?

Согласно киваю. Спасибо ей, что не лезет с места в карьер выяснять что да как. Тактичная она у меня девочка. Знает, когда необходима передышка.

Присаживаюсь на стульчике в подсобку и достаю обед. Нет, я не хочу много, там где-то на дне лежат печенья. Выкладываю суп в стеклянной банке. Картошку-пюре и капусту. Наконец, вылавливаю печеньку. Как только собираюсь все засунуть назад в пакет, влетает Яр.

При виде моего обеда у него глаза округляются. Не сводит глаз с моих баночек. Он что никогда тару из-под краснодарского соуса не видел? Накрываю все пакетом, нечего там разглядывать.

Гордеев подходит и берет в руки пюре.

- Мясо где?

- Какое мясо?

Дурак, что ли. Куда лезет?

- Обыкновенное. Свинина или говядина. Курица на худой конец.

- А я без мяса люблю теперь! – накрывает злостью, выдираю еду из рук.

Сую как попало, толкаю в холодильник. Перечислять еще мне будет! Я на него еще не заработала, чтобы пихать в первое второе и компот! Мы дома с мясом едим, а на работе можно обойтись.

Ярослав бледнеет.

Выдвигает со скрежетом стул, садится с размаху. Тяжело смотрит, я тоже задыхаться начинаю. Поела, блин.

- Возьми деньги.

От возмущения сводить зубы начинает. Какого черта надо. Сволочь продажная, сколько ему говорить. Пусть подавится своими подачками.

- Да я лучше до конца жизни пустую картошку буду есть, чем субсидии от тебя приму. Понял?!

Гордеева ответно перекашивает. Трясет натурально и вязко, будто его на самом деле заботит мое питание и реакция на его же слова. Будто и правда волнуется о том, как живу. О, нет. Я больше не куплюсь. Я больше никогда не поверю ни одному мужику. Пусть они провалятся все.

- Глупая.

- А ты умный! Вот и иди тогда подальше. Ищи под стать себе.

- Алёнка …

- Не называй меня так!

Со злости швыряю печенье назад. Все. Расхотела есть. Спасибо большое. Я и так ем плохо, а теперь, наверное, вообще с голоду помру. Ни черта не лезет.

- Хорошо. Не буду, – встает он.

Разворачивается и уходит. Истекая бессильной злобой, пялюсь в спину. Вот сволочь, достал просто. Почему у меня так все кособоко. Может я уродка какая? Выругавшись, как следует, тащусь в бокс.

Диане уже тяжеловато, но она ободряюще улыбается. Я вся киплю. Надо куда-то слить отрицательную энергию. Засучиваю рукава и включаюсь в работу. Мою так, что подруга пару раз одергивает и велит притормозить. Покрикивает на меня, осаживает. Не дает лезть в труднодоступные места, где в три погибели сжаться надо. Отгоняет. Тогда перехожу в другую зону и снова яростно драю.

- Милая моя, ты с цепи сорвалась? Я, конечно, все понимаю, – ведет глазами и руками, – но побереги себя, ок? Пошли на перекус, ладно?

Волокусь в след за ней. В животе урчит с эхом. Пока мою руки, из подсобки слышу удивленный голос Дианы. Захожу, а там … ничего себе.

На столе еда из ресторана. Я его знаю. Часто заказывали, когда …

Н-не-ет. Не хочу.

Меню тоже самое. Стейки, спаржа и нежнейший салат. А на десерт мое любимое пирожное.

15.

- Ничего себе, это кому интересно?

Диана аккуратно подходит и цепкими пальчиками хватает конвертик. Разворачивает.

- Это тебе.

- Я не буду!

Апатично отхожу в другой конец бытовки, сажусь смотрю в окно. Купил все-таки. Незаметно вытираю набежавшие слезы. Вот паразит.

Он реально считает, что мне от этого легче или как? Можно уже забыть меня раз и навсегда. Нет желания быть кошкой, которой хозяин постепенно отрезает хвост. Можно уже сразу рубануть.

Я не понимаю действий Яра ни разу. Руководствуется остатками совести или для него нагадить и потом делать вид, что ничего такого не произошло обычная жизнь. Скорее всего так и есть.