Красный зайчик (ЛП) - Риверс Девин

— Если будешь продолжать ерзать, я оттолкну тебя обратно, — сказал он. Его слова низким рокотом отозвались в груди под моим ухом. — И блядь, твои ноги как кубики льда, не прикасайся ими ко мне.

Я убрала их, и мой смех вырвался немного с придыханием. Это должно было быть еще более неловко — прикасаться к нему, но этого не было, и вскоре мне стало блаженно тепло, пока снаружи бушевала буря.

Ночью я проснулась от раската грома. Мне все еще было тепло и сухо, я свернулась калачиком, прижавшись к боку Грэма. Вот только теперь его рука накрывала мою на его груди, другая рука лежала у меня на бедре, а одна моя нога была закинута на его. Его дыхание было ровным, и казалось, что он спит, но с ним никогда нельзя было быть уверенной. Как бы там ни было, во сне мы приклеились друг к другу еще плотнее. Я знала, что мне нужно отодвинуться, но его рука на моем бедре просто убивала меня. Его пальцы находились прямо под резинкой моих трусиков и давили на точку на бедренной кости, отчего у меня перехватывало дыхание. Это было одно из самых чувствительных мест на моем теле, и он умудрился совершенно случайно найти его в темноте, будучи во сне. Я попыталась снова уснуть, но желание не давало покоя: мне нужно было либо чтобы он убрал руку, либо… не знаю, но так оставлять её было невозможно. Хотела ли я, чтобы это зашло дальше? Считалось ли это изменой, если я уже планировала порвать с Тайлером еще до катастрофы? Мой разум путался в сомнениях.

— Опять ерзаешь, — сонно пробормотал он.

Я думала, он поймет, насколько близко мы оказались, и отодвинется, но он этого не сделал. Однако я почувствовала, как он просыпается сильнее, и его сердце забилось в груди так же тяжело, как и мое.

— Тебе нужно убрать руку, — сказала я слабым голосом. Он убрал руку, которая лежала поверх моей на его груди. — Нет, другую.

Но вместо того чтобы убрать ее, его пальцы очертили едва заметный круг. На самом деле, возможно, мне это почудилось, поэтому я зажмурилась и прикусила губу, пытаясь сосредоточиться на чем-то другом. Он сделал это снова, и на этот раз я точно знала, что мне не показалось. У меня перехватило дыхание, и я непроизвольно потерлась бедрами о его ногу.

— Ты играешь в опасную игру, — сказала я, повторяя его недавние слова.

— Опасность сейчас относительна, тебе не кажется?

— Тогда не... ох, — я не смогла сдержать дрожь, пробежавшую по всему телу, когда кончик его пальца едва коснулся моей кожи под резинкой трусиков. Я не контролировала себя, когда мои пальцы впились в его грудь, а губы скользнули по его коже. Я увидела, как в том месте, где я его коснулась, появились мурашки.

— Не что? — прошептал он мне в волосы. Его пальцы продолжали раз за разом ласкать мое бедро мучительно маленькими, медленными движениями.

— Прекрати... — выдохнула я.

Я извивалась, прижимаясь к нему при каждом движении его пальца. Было так глупо, что такая мелочь могла вызвать такую первобытную реакцию, но я чувствовала, как все мое тело оживает для него.

— Прекратить? — пробормотал он.

Он сделал это снова. Так едва уловимо, словно шепот по коже. Я уткнулась лицом в его грудь и прижалась бедрами к его ноге. Я знала, что мои трусики уже влажные. Интересно, в какой момент он сможет это почувствовать.

— Нет... — Это вырвалось как сдавленный стон. Я приподняла ногу чуть выше, и мое бедро легко коснулось его члена, теперь уже твердого под тканью его боксеров.

— Да? Нет? В твоих словах нет смысла, — поддразнил он. Затем я услышала, как он едва заметно затаил дыхание. — Ты сейчас мокрая ради меня, не так ли?

Что ж, вот и ответ. Мне следовало бы смутиться, но я не смутилась. Ни капельки. Вместо этого я хотела, чтобы он что-нибудь с этим сделал.

— Это та самая точка. Я же предупреждала тебя убрать руку, — выдохнула я.

Его рука скользнула вверх по моему бедру и остановилась на нейтральной зоне моего бока. Я замерла и подняла голову, чтобы посмотреть на него. Что я наделала? Я же хотела, чтобы он убрал руку, верно?

— Я говорил тебе, что тебе нужно сделать, — сказал он, и его глаза стали опасно темными.

Он собирался заставить меня умолять. Я смотрела на него, пока мысли неслись вскачь, а сердце было готово выпрыгнуть из груди. Снаружи бушевала буря, и я бушевала вместе с ней.

— Пожалуйста... — произнесла я голосом едва громче шепота.

Его взгляд пронзил меня насквозь, и я увидела, как едва заметно дрогнули его губы, когда он попытался скрыть победную ухмылку.

— Пожалуйста... что? — Его голос был убийственно тихим.

Я больше не могла этого терпеть.

— Прикоснись ко мне. — В его глазах вспыхнул огонь, и я почувствовала, как его тело отреагировало на мои слова. — Пожалуйста, Грэм.

Осмелев, я медленно провела рукой вниз по его груди, обжигая пальцы о его жар. Его мышцы напряглись, а взгляд стал обжигающим.

— Если я прикоснусь к тебе, я уже не остановлюсь, — хрипло произнес он.

— Хорошо, — прошептала я. Моя рука скользнула ниже, и как только кончики пальцев задели край его боксеров, он резко приподнялся и навис надо мной. Я пискнула от неожиданности, и мои ноги тут же обхватили его бедра.

Он посмотрел на меня сверху вниз, давая мне последнюю возможность остановить его. Но теперь я знала, чего хочу. Было слишком поздно. Я горела так жарко, что останавливаться было нельзя. Я была бушующим лесным пожаром, и даже буря снаружи не смогла бы меня укротить.

К черту последствия.

Я смотрела на него глазами, потемневшими от желания, пока мои руки смело скользили вверх по его потрясающим рукам и вниз по спине. Он прижался бедрами к моим, и мои губы приоткрылись, когда я почувствовала его твердость сквозь влажную ткань моих трусиков. Он опустил лицо так, что его губы оказались почти в сантиметре от моих, а один из его пальцев скользнул по моему животу и ниже, между нами. Он провел им по шву, где внутренняя часть бедра соприкасалась с тканью, а затем поднырнул под нее и легко задел мой центр. Я содрогнулась.

— Я же говорил, что заставлю тебя умолять, красавица, — тихо произнес он, прежде чем его губы накрыли мои, а два пальца проникли внутрь меня.

10

ГРЭМ

Я прижался губами к ее губам и обрек себя на гибель.

Как только я проснулся и почувствовал, как она прижимается ко мне, и как чертовски хорошо это ощущается, я понял: это конец. Мой самоконтроль испарился, и все, чего мне хотелось, — это попробовать каждый сантиметр ее тела и выяснить, какие еще точки заставят ее издавать эти звуки, которые она пыталась сдержать.

Я не планировал ее целовать. Я собирался только трахнуть ее, но когда она посмотрела на меня этими зелеными глазами цвета хвои, я не смог удержаться. Поцелуй затянул меня глубже, и когда два моих пальца проникли в нее, я тихо застонал прямо в ее губы от того, насколько мокрой она уже была. Я медленно двигал пальцами по этой чувствительной точке внутри, пока мой большой палец вырисовывал круги вокруг ее клитора. Она издала звук в мои губы, в котором смешались удовольствие и потребность. Я слегка прикусил ее нижнюю губу, и она содрогнулась подо мной.

Тогда я понял, что не хочу просто трахнуть ее. Я хотел увидеть, как она распадется на части. Я хотел, чтобы от нее не осталось ничего, кроме влажного, стонущего месива подо мной.

Я не стал снимать с нее трусики, а спустился поцелуями вниз по ее телу и отодвинул их в сторону, пока мой рот не нашел ее клитор, и я начал медленно ее вылизывать. Мои пальцы скользили внутрь и наружу, лаская ее точку G, и я чувствовал, как она сжимается вокруг них, становясь еще более влажной. Вокруг моего члена она будет ощущаться просто потрясающе. Я чувствовал, как мое возбуждение уже натягивает ткань боксеров, и мне так сильно хотелось вонзиться в нее прямо сейчас. Но сначала мне нужно было увидеть, как она кончит, и я хотел услышать свое имя на ее губах.

Она тяжело дышала, пока я подталкивал ее к краю. Я почувствовал, что она близка, и сбавил темп: замедлил движение пальцев и убрал язык с ее клитора. Она заскулила и с раздражением посмотрела на меня; ее волосы образовали красивый пушистый ореол вокруг головы, а лицо привлекательно раскраснелось от возбуждения.