Развод. Дальше - без тебя (СИ) - Гесс Ария

— Полгода, Мария, — резко обрубает Марк. — Я лично буду обучать тебя, и обещаю сделать так, что через полгода ты будешь уверенной в своих силах и знаниях. Придётся потрудиться, но я в тебя верю.

И я действительно вижу эту веру в его глазах. Вижу настолько близко, что тень смущения снова пробегает по лицу.

Звонок в дверь, и я дергаюсь, чтобы прервать эту образовавшуюся неловкость.

— Я заберу, пожалуйста, сиди, — останавливает меня Марк, и уже через пару минут на столе разворачиваются коробки с Азиатской кухней. Марк молча раскладывает еду на тарелки, иногда поглядывая на меня и сжигая взглядом. Я уже не помню, о чем мы говорили — в голове шумит кровь от волнения и чего-то еще необъяснимого. Его забота становится почти осязаемой.

— Что будем делать дальше? — спрашиваю, нарушая давящую тишину.

Положив палочки на стол, Марк вытирает губы салфеткой и смотрит мне в глаза.

— А дальше самое интересное, Мария. Когда ему полетят отказы, он может влезть в долги, связаться с плохими людьми, да и вообще наделать кучу ошибок. Мы просто будем этого ждать. Вопрос времени, когда компания начнет приносить убытки, и станет вопрос либо о ее продаже, либо о закрытии, — он делает паузу, выделяя следующие слова: — В этот момент ты поговоришь с ним. Я могу пойти с тобой…

— Нет, — решительно отказываюсь, понимая, что это моя война, и я пройду ее одна.

Да, не без помощи Марка, но разговаривать с бывшим мужем я буду лично.

— Я не настаиваю. Но ты всегда можешь попросить меня о помощи, — его голос смягчается, и я снова прячу от него свой взгляд.

— Спасибо.

— После этого ты сделаешь ему предложение, от которого он не сможет отказаться. Уверяю тебя.

Свожу брови к переносице, и он усмехается.

— Скажу тебе потом, сейчас тебе это может не понравиться.

— Марк…

— Это всего лишь фарс, Мария. Да и говорить это или нет будет твоим решением. Я лишь предложу его тебе… позже.

Тяжело выдыхаю и с натягом соглашаюсь. Пока я все контролирую, мне не страшно. Пока он дает мне действовать самой, я не чувствую давления.

— Когда начинаем?

— Завтра мы поедем в офис, где я перепишу на тебя часть своих акций, чтобы в разговоре с инвесторами тебе было что им предложить. Это выгодно и мне, потому что партнеры твоего бывшего мужа теперь станут моими. Не думай, что я делаю это только из-за тебя.

Щеки вспыхивают мгновенно, потому что он говорит это так… словно я имею право так думать. Словно он сам все это время считал, что делает это из-за меня…

— Я бы хотела, чтобы компания все же не оказалась на дне. Мне не выгодно ее банкротство, это все же компания моего отца…

— Именно поэтому на всех встречах с инвесторами будешь ты. Предложишь им срочные контракты с моей фирмой, которая позволит им безущербно переждать период смены власти в вашей фирме. Всем будет выгодно, Мария. И мне, в том числе.

— Что будет потом? Если ты вернешь мне компанию, партнеры уйдут вместе со мной…

Его взгляд темнеет, опускаясь на мои губы. Дыхание тут же замирает, когда он проводит кончиком языка по своим губам, смачивая сухость.

— Возможно, — он скалится, обнажая идеальную линию зубов, — ты вообще не захочешь уходить, Маш. И когда я увижу сомнение в твоих глазах… ты уже не сможешь уйти.

Когда… Он не говорит «если», потому что точно уверен, что так и будет.

31

Я осторожно закрываю за собой дверь, стараясь не шуметь. Теперь это моя спальня. Нет, не моя — просто выделенная мне комната в большом доме Марка. Запах чистого постельного белья, полумрак, аккуратно сложенные пледы... Еще вчера меня здесь не было меня, а теперь я буду жить с Марком, и неизвестно, как долго это продлится.

Мне нравится его дом, здесь мне спокойно. И в то же время я не могу унять волнение в груди, что появляется каждый раз, когда он рядом, очень близко.

Марк так спокойно и твердо говорит о том, что мы справимся, сможем вернуть мой бизнес, и я ему верю. Усмехаюсь своим мыслям: он словно герой моего романа, который появился внезапно и может решить все мои проблемы.

Хотя… Наверное, именно таким героем он и стал для меня.

Я не понимаю, что со мной происходит. Путаюсь в своих эмоциях, чувствах. Его взгляд оставляет после себя жар в груди, а не только тревогу, которую я привыкла там носить. Он будит во мне что-то другое, о чем я уже успела забыть.

Я кажусь себе смешной: мне, взрослой женщине нелепо вздрагивать от того, как Марк держит мою ладонь чуть дольше, чем надо. Или оттого, что он раз за разом говорит, что на моей стороне. Он ясно дал понять, что я ему небезразлична. Хотя ему необязательно было что-то говорить, ведь то, что он все это время делал и продолжает делать для меня, уже многое показывает. Нужно было лишь приглядеться…

Что я к нему чувствую? Внутри всё словно выворачивается, когда он смотрит на меня так пристально, будто видит настоящую меня — ту, которую я сама забыла за последние годы.

Но я ведь совсем недавно пережила развод. Моя жизнь раскололась пополам, и я не уверена, что готова склеивать ее новой привязанностью.

Однако с Марком почему-то хочется верить, что всё возможно… и что мне ничего не угрожает.

В тишине спальни я легко выдыхаю и с этой верой, наконец, засыпаю.

Просыпаюсь я от легкой тревоги. Сквозь шторы пробивается внезапно яркий свет. Господи… Кажется, что уже полдень, и я резко вскакиваю с кровати. Глядя на часы, понимаю, что проспала — восьмой час. Марк уже, возможно, ушел на работу.

Я выхожу в коридор босиком, на ходу заплетая волосы в косу, и замираю, когда замечаю Марка. Он уже в брюках и рубашке, поправляет запонки возле зеркала.

— Почему ты меня не разбудил? Мы разве не хотели поехать сегодня в офис? — спрашиваю я с досадой в голосе. Сердце гулко стучит, сама не знаю от чего: от спешки или его взгляда.

— Ты так устала вчера, — мягко отвечает он, — я решил, что тебе нужен отдых. Чувствуй себя как дома. Всё в порядке. Можем поехать в офис завтра.

Не выдерживая его взгляд, опускаю глаза, а затем снова смотрю на него. Эта простая забота — будто заплатка на моем разбитом сердце.

— Давай я приготовлю завтрак? Успеешь? — предлагаю ему и подхожу ближе.

Он улыбается краем губ. Наверное, впервые за всё время так расслабленно и открыто, а потом кивает.

— Было бы здорово.

Я спешу на кухню, быстро делаю кофе, обжариваю бекон, который нахожу в холодильнике, нарезаю помидоры и готовлю омлет. Наверное, Марку это чуждо, но он молча садится напротив, берет кусочек хлеба и не сводит с меня задумчивый взгляд. Неловкость висит в воздухе, но его взгляд спокойный, чуть насмешливый.

— Привыкла хоть немного к дому? — спрашивает он вдруг.

— Я пока не разобралась… — отвечаю честно. — Всё незнакомое, но… я думаю, что это дело времени. У тебя очень красивый дом, — мягко улыбаюсь.

Мы заканчиваем завтрак практически молча, и я провожаю его к двери. Он надевает пальто, задерживается на пороге, смотрит мне прямо в глаза. Такой пристальный взгляд, что я снова чувствую — внутри всё сжимается, ноги становятся ватными, а сердце выскакивает из груди. Я вымученно улыбаюсь, прячу руки за спину.

— Если что-то нужно — звони, — говорит Марк негромко.

Я киваю. Хочется сказать что-то важное, удержать его ещё на секунду, но слова застревают в горле.

Он кивает, разворачивается и уходит, а я ещё долго не могу отвлечься и словно чувствую его взгляд.

Где-то через пару часов раздается звонок в дверь, и я, немного испуганно, иду ее открывать. А потом выдыхаю, когда вижу на пороге Лиду с пирогом в руках и озорной улыбкой на лице.

— Привет! — говорит так, будто мы с ней сто лет знакомы. — Марк мне позвонил, сказал, что ты осталась одна здесь, и я решила, что тебя надо поддержать! — указывает на пирог.

Я тихо смеюсь, в очередной раз поражаясь заботе Марка. Мне становится так тепло — от ее внимания, от пирога с вишней, от легкости, которая ощущается в каждом ее жесте.