— Держи. Это мой талисман. С ним у тебя все обязательно получится.
Я расплываюсь в улыбке. Кладу брелок в карман. Не знаю, почему, но такая забота совершенно незнакомой девочки подкупает.
— Спасибо, Юля. Ты настоящая волшебница.
— Я знаю, — радостно сообщает она и убегает обратно в гостиную.
Я быстро проверяю документы, которые Матвей вчера прислал мне на почту. Сохранила их в облако, переслала себе, распечатать собираюсь в офисе адвоката. Все готово.
Когда спускаюсь вниз, Тимур уже ждет меня у выхода. Одет в темные джинсы и легкую куртку. Выглядит так, будто у него сегодня обычный рабочий день, не больше.
— Готова? — спрашивает он.
— Готова, — киваю.
— Я отвезу, — говорит без лишних слов.
— Тимур… — начинаю я было сопротивляться, но он мотает головой.
— Это не обсуждается.
Сглатываю. И в который раз чувствую себя ему обязанной. Новая работа с хорошей зарплатой, возможность пожить, переезд, сейчас вот мало того, что отпустил решать свои дела, так еще и отвезет.
Я бы, может, и возразила, но понимаю, что не хочу с ним еще и препираться.
Мы вместе выходим на улицу. День сегодня какой-то серый и пасмурный. И почему-то именно эта погода кажется мне сегодня самой подходящей.
По дороге мы молчим. В плеере играет тихая ненавязчивая музыка. Я смотрю в окно и думаю о том, что сегодня — мой первый уверенный шаг к будущему, которое еще не так давно я рисовала себе совсем иначе. Хочу ли я такого будущего? Пожалуй, нет. Но мне попросту не оставили выбора, так что я, расправив плечи, стараюсь не нервничать.
— Боишься? — вдруг спрашивает Тимур, когда останавливаемся на светофоре.
— Очень, — честно отвечаю.
Он кивает, будто подтверждая что-то для себя.
— Это хорошо, — спокойно говорит. — Значит, ты не будешь принимать решений на эмоциях.
Я снова улыбаюсь. Наверное, он прав. Сегодня я буду думать холодно. И не дам бывшему мужу купить мое молчание за деньги. После того, как Тимур не дал мне этого сделать, я подумала обо всем еще раз. И вдруг осознала, что он прав. Почему я должна соглашаться на тихий развод и деньги, если могу получить по праву половину всего.
Я не могу сказать, что я алчная и жадная, но я ведь тоже работала. И старалась для нашей семьи. Создавала быт, уют, старалась ради нас.
Когда подъезжаем к офису Матвея, Тимур паркует машину недалеко от входа. Я еще раз благодарю его, открываю дверь машины и выхожу. Но следом слышу, как дверь с водительской стороны тоже хлопает. А потом Тимур подходит ко мне и решительно идет следом.
— Ты куда это? — удивляюсь я.
— С тобой, — спокойно отвечает он, захлопывая за собой дверь.
— Тимур, — качаю головой. — Спасибо за все, правда, но дальше я сама.
Он смотрит на меня так, будто я только что сказала глупость.
— Оля, — произносит с той же бесстрастной уверенностью, с какой вчера забрал у меня телефон, — ты хоть представляешь, сколько тебе сегодня всего предложат?
— Матвей все объяснит, — возражаю я, хоть и слабым голосом.
— Матвей юрист. И он за тебя. Но слушать нужно будет внимательно, а ты сейчас нервничаешь и вряд ли сможешь думать холодно.
— Тимур… — снова пытаюсь вставить хоть слово, но он мягко перебивает:
— Я не собираюсь лезть в процесс. Я просто буду рядом. И если что-то пойдет не так — подстрахую.
— Ты юрист?
Он усмехается:
— Нет. Но я очень хорошо разбираюсь в том, как устроены такие сделки. И в людях. — Пауза. — И я хочу быть уверен, что ты выйдешь оттуда без чувства, что тебя снова обвели вокруг пальца.
Я закусываю губу. Внутри кипит протест — я справлюсь сама! Но в глубине души понимаю: он прав. Я слишком зациклена на том, чтобы просто поскорее это закончить. И могла бы проглядеть что-то важное.
— Я даже вмешиваться не буду, — говорит он спокойным, уговаривающим голосом. — Только послушаю.
Я вздыхаю.
— Хорошо, — сдаюсь я. — Но если хоть слово скажешь, я тебя выгоню.
Он улыбается.
— Договорились.
Мы вместе поднимаемся по лестнице. Дверь офиса Матвея находится на втором этаже. Я останавливаюсь перед ней на секунду, собираясь с духом, затем коротко стучу и вхожу первой.
Матвей отводит взгляд от ноутбука, встает навстречу.
— Ольга, доброе утро, — говорит он и, переведя взгляд на Тимура, добавляет: — Здравствуйте.
— Это Тимур Саввович, — тихо поясняю я. — Он… просто послушает.
Матвей удивленно смотрит на меня, но ничего не говорит. Лишь кивает.
Мы усаживаемся за стол переговоров. Матвей достает папку с документами.
— Итак, как я уже говорил вчера. Мы подаем иск о разводе, с разделом имущества. Я подготовил предварительный список — квартира, машина, банковские счета, бонусы от компании вашего мужа. Все активы, купленные в браке.
Он протягивает мне папку. Я машинально листаю страницы, стараясь вникнуть, но буквы словно расплываются.
И тут Тимур, сидящий рядом, чуть наклоняется к столу и негромко спрашивает:
— А есть оценка стоимости активов? С учетом текущей рыночной цены недвижимости и автомобилей?
Матвей кивает.
— Конечно. Здесь все расчеты.
Тимур берет распечатку, бегло ее просматривает, его лоб чуть хмурится.
— Странно, — замечает он. — Оценка квартиры слишком занижена.
Матвей снова кивает.
— Мы закажем официальную оценку.
Тимур бросает на меня взгляд, в котором читается что-то вроде "видишь?"
— Конечно, заказываем, — быстро говорю я, чувствуя, как просыпается какая-то здоровая злость.
Тимур откидывается на спинку кресла и больше не вмешивается. Только спокойно слушает, в то время как Матвей рассказывает мне о следующих шагах, о том, как будет подаваться иск, какие документы нужны и когда состоится первое заседание.
Я киваю, впитывая каждое слово. И впервые за долгое время ощущаю, что держу ситуацию под контролем.
Когда мы выходим на улицу, я оборачиваюсь к Тимуру.
— Спасибо, — говорю искренне. — Без тебя я бы согласилась на всё, что предложили.
— У тебя хороший адвокат, я практически ничего не сделал.
Пока я улыбаюсь, Тимур обнимает меня за талию и ведет к машине, но уже через пару минут я вижу бывшего мужа, решительно направляющегося в нашу сторону.
Глава 22
Я резко останавливаюсь и Тимур тоже замирает, перехватывая мой растерянный взгляд. Глеб приближается быстро, целеустремленно, с тем самым выражением лица, которое я когда-то хорошо знала — когда он был не просто раздражен, а по-настоящему задет.
— Вот ты где, — бросает он, не обращая внимания ни на Тимура, ни на прохожих, которые оборачиваются на повышенный тон.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, стараясь говорить спокойно, но внутри все сжимается.
— А ты как думаешь? — вскидывает брови. — Ты хочешь перетянуть все на себя? Дом, машину? Ты серьезно? В этом ничего твоего нет.
— Я прошу то, что принадлежит мне по закону и ничего больше, — стойко отвечаю.
— По закону там твои только трусы, но ты их вчера забрала.
— Полегче-ка, — вступает в разговор Тимур. — Ты не на рынке разговариваешь.
Я вижу, как Глеб бросает на Тимура полный презрения взгляд. Не знаю, какой взгляд при этом получает в ответ, но вижу, как немного отходит, потому что вкрай пересекает все допустимые расстояния.
— Я не могу понять, ты нашла себе защитника?
— Я сказал полегче, — Тимур закрывает меня собой.
Без вопросов встает между ним и моим мужем, который совсем скоро станет бывшим по документам, а в моих мыслях он такой уже несколько дней, с момента, как я узнала об измене.
— Ты решила играть в войну? — его голос становится жестче. — Думаешь, он за тебя все решит?
Он кивает на Тимура, будто тот вообще не стоит здесь перед ним, а просто очередная деталь интерьера.
— Я ничего не решаю за нее, — спокойно произносит Тимур. — Но если ты пришел угрожать, то мы можем продолжить в суде.
