Виктор имел в виду моего мужа, который, естественно, вывернет всё так, что жертвой окажется он, а я — палач, толкнувший святого, несчастного мужчину, который ходил по воде, на измену. Будет лучше, если я сыну расскажу сначала всё с моей стороны — Виктор, безусловно тут прав. Но как решиться сказать сыну, что нашей семьи больше нет? Хоть он уже и взрослый у нас, всё равно я не знала, как я найду в себе силы и слова рассказать ему.
— Я понимаю… Надо. Но пока я не готова.
— Ладно, давайте протокол всё же составим? Садитесь, будем заполнять.
Глава 34
— Так, ну… Если это всё, я пойду, пожалуй, — засобирался капитан спустя минут десять, когда официальная часть нашей встречи была окончена.
Он встал из-за стола, сложил бумаги в кожаный портфель, который носил с собой, и направился в коридор, чтобы обуться. Я пошла следом за ним, чтобы проводить и закрыть за ним дверь.
Я вспомнила, что поговорить по поводу шантажа мужа мне не удалось с Виктором, Костя прервал нас и сбил меня с мысли. Да и чтобы не раздражать парня, которому явно наши посиделки с капитаном в нашей кухне не пришлись по душе, Виктор поспешил ретироваться.
— Спасибо вам, — сказала я, наблюдая, как он надевает куртку.
— Да не за что… Ничего такого особенного я и не сделал. Жаль, запеканку доесть не дали, — улыбнулся я, и я невольно растянула губы в ответной улыбке. — Очень уж вкусная была.
— А хотите, я вам пирожков на работу принесу? — спросила я и даже сама не поняла, зачем так сделала и что это был за порыв души.
— Вы серьёзно? — удивился капитан.
Я же смутилась и взгляд опустила.
Ну вот… Сморозила чушь какую-то.
И что меня дёрнуло за язык?
Наверное, мне просто были очень приятны его комплименты моей еде. Я только теперь поняла, что Егор давно меня за это не хвалит, а ведь всё-таки это труд, и немалый. А как приятно услышать доброе слово! Просто — “дорогая, твоя запеканка очень вкусная!”. После таких слов хочется готовить ещё и угощать того, кто с благодарностью и аппетитом уплетал бы мои кулинарные изыски… А когда это воспринимается как должное, словно я — прислуга, которой платят за готовку и наняли меня специально ради этого, да ещё и молча всё это съедают, то руки опускаются и желание что-то делать и стараться для такого мужа умирает.
Я и готовить стала не так уж часто. Егор часто обедал и ужинал на деловых встречах, сын давно вырос и пропадает где-то на учёбе или с друзьями. Кому готовить-то? Самой себе? Это не так уж интересно.
Мы даже прислугу в квартире не держали, хотя средства позволяли нам нанять повара. Полы мыла клининговая компания, которая приезжала на вызов и уезжала, а готовкой иногда занималась я по потребности.
Время от времени, когда мне хотелось домашней еды, я вставала к плите и готовила с надеждой на то, что сын или муж забегут всё-таки домой и то, что я наготовила, не успеет просто пропасть в холодильнике, чтобы затем я свои труды и порченные продукты выкинула в мусорное ведро.
Наверное, я просто соскучилась по этому чувству, когда кто-то с упоением ест еду, приготовленную твоими руками, потому и предложила пирожки Виктору. И к тому же, я не успела с ним обсудить волнующий меня вопрос, но очень хотела всё-таки это сделать. А так и повод есть — привезти голодным операм пирожков, и поговорить вне дома — не стану же я снова приглашать его сюда, в квартиру, куда может всегда прийти сын или ещё, не дай бог, заявится Егор…
— Ну… Да, серьёзно, — подняла я глаза и встретилась с внимательным взглядом карих глаз. — Вы знаете, у меня к вам есть ещё небольшая просьба… Но я не хотела бы обсуждать это…здесь. Поэтому решила привезти вам в отдел пирожков, угостить вас и коллег и заодно…поговорить.
— Это всегда пожалуйста, — добродушно раскинул руки в стороны Виктор. — Это мы всегда рады. Приходите, пожалуйста, с пирожками, Нина Алексеевна! Предоставить вам в качестве такси Ивана на служебной машине с мигалками?
Я рассмеялась. Конечно же, я понимала, что капитан шутит, но мы оба живо представили эту ситуацию и начали смеяться.
Но наш весёлый смех оборвал хлопок двери.
— Что здесь происходит? — услышала я голос Егора и невольно отступила дальше от двери.
Мой неверный муж так неожиданно вернулся домой…
Мужчины недобро уставились друг на друга.
В коридоре мигом накалилась атмосфера, повисло тяжёлое напряжение.
Я взволнованно переводила взгляд с капитана на предателя-мужа и не знала, чего ждать от обоих…
Глава 35
— Капитан? — поднял брови мой муж. Ну да, конечно, мужчины были знакомы: именно капитан вёл дело его беременной любовницы Юлии. И теперь, увидев капитана полиции у нас дома снова, Егор не слабо удивился. — А вы что тут делаете? Мы же вроде как всё уже решили.
— С вами — почти всё, — ответил, не дрогнув и мускулом, Виктор. — А вот с вашей супругой у нас остались ещё вопросы.
Смотрел прямо и не очень дружелюбно на моего мужа. Интересно, почему он так смотрит? Егор тоже смотрел не добро на капитана, но тут можно понять: я всё ещё его жена официально. А вот почему волком смотрел на Егора Виктор, я не понимала до конца. У него-то какие претензии к моему неверному мужу? Морали такие высокие и он просто солидарен со мной в том, что заводить детей на стороне за спиной супруги — плохо, или тут кроется что-то иное, чего я пока не считала по его лицу?
А может, просто мужчины не понравились друг другу? Такое бывает, а я уже себя накрутила. Но атмосфера всё же как-то очень заметно накалилась…
Они смотрели друг на друга как соперники.
В голове, по-крайней мере, у меня промелькнула именно такая мысль.
— А какие у вас дела могут быть с моей женой?
На последние слова Егор надавил голосом, чтобы, очевидно, выказать недовольство общения постороннего мужчины с его женой.
— Я не имею права озвучивать эту информацию, — пожал плечами капитан. — Спросите у вашей супруги. Если она посчитает нужным вам сообщить подробности, вы их узнаете.
— Почему это вы не можете озвучить эту информацию? — возмутился Егор, прекрасно понимая, что я ему ничего рассказывать не стану, и смысла нет меня об этом спрашивать. Поэтому он пытался выяснить эти данные у Виктора. — Она — моя жена.
— Да хоть мама Римская она вам, — ответил жёстко Смирнов. — Не имею права разглашать такие данные.
Если честно, я не столь подкована в юриспруденции, и понятия не имела, прав ли Виктор, и мог ли он на самом деле разглашать эту информацию или просто решил не говорить ничего Егору, но я была ему бескрайне благодарна за это решение. Некоторые вещи мужу, который совсем скоро перейдёт в статус бывшего, не нужно знать.
И да — нужно поскорее оформить развод юридически, чтобы Егор больше не мог ходить и козырять подобными вещами — “ты моя жена!”.
Увы, милый. Я была твоей женой. БЫЛА.
В прошлом. Которое ушло и которое теперь больше не вернуть назад.
— Я всё равно узнаю, какие вы тут дела решаете за моей спиной, — буквально прошипел словно злой змей Егор, даже сузив по-змеиному глаза.
Надо же, какой он бывает… И как я раньше этого могла не замечать? Он мне всегда казался таким красивым, самым прекрасным и лучшим мужчиной на свете.
А теперь…
Теперь я видела какого-то опасного мужчину, который меня даже пугал. И отталкивал.
Отторжение такое пошло к нему, что я уже и представить себе не могла, что мы были близки, ложились в одну постель и я рожала от него ребёнка… И рожу ещё одного.
— На здоровье, — холодно ответил Виктор. — Только не от меня. Простите, мне пора. Уже поздно. Честь имею.
Он вышел за дверь, а я закрыла замок за ним и повернулась к мужу, который так и остался стоять в коридоре в пальто и обутым.
— У тебя с ним что-то есть? — спросил он в лоб.
