Развод не по плану (СИ) - Нур Майя

Богдан вошёл на кухню, открыл шкаф, достал стакан и почти залпом выпил воды. Я внимательно смотрела на него. Он выглядел не уставшим. Скорее опустошённым. Словно несколько часов назад ему позволили увидеть финиш долгого пути, а потом снова отодвинули его ещё на несколько километров.

— Не получилось? — тихо спросила я.

Он медленно покачал головой.

— Получилось. Просто не так, как хотелось.

Я не торопила. Он сам сел за стол, упёрся локтями в столешницу и несколько секунд молчал.

— Человек, которого мы искали, умер два года назад.

Я невольно выдохнула.

— Он что-то знал?

— Да.

Богдан устало потёр переносицу.

— Судя по всему, очень многое.

— И...

— Мы нашли другое имя.

Я ждала.

— Александр Лисицын.

Имя ничего мне не говорило.

— Кто это?

— Пока не знаю.

Он раздражённо выдохнул.

— Свидетель, посредник, сообщник... или вообще человек, который однажды оказался не в том месте. Сейчас это просто фамилия.

Я осторожно накрыла его руку своей. На этот раз я даже не задумалась, можно ли. Просто сделала это. Богдан посмотрел сначала на мою ладонь, потом на меня. Не убрал руку. Наоборот. Его пальцы медленно сомкнулись вокруг моих.

— Мне жаль, — тихо сказала я.

— Почему?

— Потому что всё опять оказалось так...

Я не смогла подобрать слово. Он слабо улыбнулся.

— Запутанно?

— Больно.

Улыбка исчезла.

— Иногда кажется, что брат всё время идёт на несколько шагов впереди. Я прихожу туда, где он был... а его уже нет.

Я сжала его ладонь чуть сильнее.

— Но теперь есть новое имя.

— Есть.

— Значит, ты снова стал ближе.

Он посмотрел на меня долгим взглядом.

— Ты всегда так умеешь?

— Как?

— Находить что-то хорошее там, где остальные видят только проблемы.

Я невольно улыбнулась.

— Нет. Просто рядом с тобой почему-то хочется верить, что всё ещё можно исправить.

Несколько секунд мы молчали. Богдан медленно поднялся. Обошёл стол. Я тоже встала, не понимая зачем. Он остановился совсем близко. Настолько, что я чувствовала тепло его тела.

— Ева...

Его голос звучал совсем иначе. Тише. Мягче. Я подняла голову. Он осторожно убрал выбившуюся прядь волос мне за ухо. Совсем лёгким движением. Пальцы едва коснулись моей щеки. У меня почему-то сразу сбилось дыхание.

Мы так и замерли друг напротив друга. Я видела его глаза. Он смотрел не отрываясь. Медленно наклонился ближе. Сердце застучало где-то в горле. До его губ оставалось совсем немного. Совсем чуть-чуть.

В этот момент в кармане куртки резко зазвонил телефон. Богдан тихо выдохнул, прикрыл глаза и едва слышно усмехнулся.

— Работа...

Я сама не заметила, что тоже улыбнулась.

— Конечно.

Он нехотя сделал шаг назад, достал телефон и взглянул на экран. Улыбка исчезла мгновенно. Он ответил сразу.

— Слушаю.

Несколько секунд он молча слушал собеседника. Потом коротко спросил:

— Где?

Ещё пауза.

Я видела, как меняется его лицо. Он уже был не Богданом, который только что почти поцеловал меня. Передо мной снова стоял следователь.

— Никого не задерживать, — жёстко произнёс он. — Только наблюдение. Я выезжаю.

Он убрал телефон и посмотрел на меня с явным сожалением.

— Нашли Лисицына?

— Нет.

Он уже застёгивал куртку.

— Нашли его машину.

Глава 29

Глава 29

Глава 29

Богдан вернулся только под утро. Я проснулась от едва слышного щелчка замка. За окном ещё не рассвело. В квартире стояла предутренняя тишина, когда кажется, будто весь город перестал дышать.

Я вышла в коридор. Он замер, снимая куртку.

— Разбудил?

Я покачала головой.

— Не спалось.

Это было неправдой. Я просто плохо спала с тех пор, как он уехал. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Потом Богдан устало улыбнулся.

— Иди ложись.

— Нашли?

Он медленно кивнул. Сон исчез окончательно.

— Лисицына?

— Да.

Я не сразу поняла смысл этих слов.

— Он жив?

— Жив.

Богдан провёл ладонью по лицу.

— И исчез раньше, чем мы успели с ним поговорить.

Я тихо выдохнула.

— То есть...

— Мы опоздали минут на пятнадцать.

Он говорил спокойно, но я уже научилась слышать то, что пряталось за этим спокойствием.

Пятнадцать минут. Ещё одна дверь захлопнулась перед самым носом.

— Но это уже не тупик, — продолжил он. — Теперь мы знаем, что он существует. Знаем, где жил. Знаем, на чём ездит. И главное... знаем, что кто-то предупредил его раньше нас.

Я нахмурилась.

— Значит, у вас утечка?

Он посмотрел на меня с лёгким удивлением.

— Это одна из версий.

Я не стала больше расспрашивать. Он выглядел так, будто держался только на силе привычки.

— Ты ел?

Богдан усмехнулся.

— Вот сейчас понял, что нет.

Через десять минут мы сидели на кухне. Я поставила перед ним тарелку с разогретым ужином. Он ел молча. Я подпёрла подбородок ладонью и просто смотрела на него.

— Что? — спросил он, заметив мой взгляд.

— Ничего.

— Нет, скажи.

Я улыбнулась.

— Просто раньше мне казалось, что следователи постоянно бегают с пистолетами, задерживают преступников и раскрывают дела за один день.

Он тихо рассмеялся. Наверное, впервые за последние сутки.

— А оказалось?

— Что вы в основном не успеваете поесть.

Он покачал головой.

— Это тоже часть профессии.

Я встала, чтобы налить ему чай. Когда ставила кружку на стол, он неожиданно взял меня за запястье. Не резко. Очень осторожно. Я вопросительно посмотрела на него.

— Спасибо.

— За чай?

— За то, что ждёшь.

Его пальцы были тёплыми. Он не отпускал мою руку. И я не пыталась её забрать.

— Я переживаю, — призналась я.

— Знаю.

— И это ужасно раздражает.

— Почему?

— Потому что каждый раз говорю себе, что ты взрослый человек, профессионал, всё контролируешь... а потом слышу в подъезде шаги и бегу к двери.

Богдан медленно поднялся. Между нами осталось меньше полушага.

— Ева...

Он осторожно коснулся большим пальцем внутренней стороны моего запястья.

— Не привыкай.

Я непонимающе посмотрела на него.

— К чему?

— Ждать меня.

Улыбка исчезла с его лица.

— Это плохая привычка.

— А если я уже привыкла?

Он долго молчал. Потом тихо ответил:

— Тогда мне придётся возвращаться.

Я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Не успела ничего сказать. Богдан сам сократил последние сантиметры между нами и крепко обнял меня. Так, словно ему самому на несколько секунд стало легче дышать.

Я медленно обняла его в ответ. Он уткнулся подбородком мне в макушку и замер. Мы простояли так почти минуту. Потом он неохотно отпустил меня.

— Поспи немного.

— А ты?

— Через два часа снова на работу.

Я проводила его взглядом до двери кабинета. Она закрылась. Я ещё немного постояла посреди кухни, убрала со стола кружки, машинально помыла тарелку, в которой он ел, выключила свет и наконец пошла к себе.

Сон не приходил. Я долго лежала, прислушиваясь к редким звукам квартиры. Где-то тихо скрипнул стул. Потом ещё раз. Потом всё стихло. Наверное, он снова работал. Я перевернулась на другой бок. Не знаю, сколько прошло времени. Минут двадцать. Может, полчаса. В коридоре было тихо.

Любопытство победило. Я осторожно вышла из комнаты и на цыпочках подошла к кабинету. Дверь оказалась приоткрыта. Я негромко постучала. Ответа не последовало.

— Богдан?

Тишина. Я приоткрыла дверь ещё немного. Он сидел за столом, уронив голову на сложенные руки. Настольная лампа продолжала гореть. В одной руке всё ещё была зажата ручка. Он уснул прямо во время работы. Я невольно улыбнулась.

«Через два часа снова на работу...»

На полу возле стола лежало несколько листов, видимо соскользнувших с края, когда он уснул. Я тихо вошла, стараясь не шуметь, и присела, чтобы их собрать. Сверху оказалась фотография мужчины лет сорока с усталым лицом и короткой подписью внизу.