Я, если честно, до последнего не верю в предательство Насти. Может, это и вовсе старые снимки. Но… Она говорила, что я первый, с кем она поцеловалась. Если даже снимки старые, значит, она всё равно врёт. Что за хрень?!
— А ты не знал, да? — и смеётся. Так, что у меня кровь закипает в венах. Дурно. В ушах звенит похлеще баса на фоне его голоса и музыки в клубе. — Она тебе глазки строила, про невинность пиздела. А потом…
Пауза.
Ох уж эта пауза. Я успеваю сжать свободной рукой край стола и закрыть глаза. Перевести дыхание — и никак… Уж никак не успеваю подготовиться к его словам.
— Потом отсосала мне. Тупо в раздевалке. Я ей деньги дал, брат. И что думаешь, твоя царевна отказалась? Хуй! Отработала потом их на ура. Да и дырку свою мне предоставила. Трахнул её раком, как шавку. Извини, порно не снимаю, но начало нашего соития есть. Сейчас пришлю.
И бросает трубку.
Рука, которая всё так же вжимается в край стола, — онемела. А вторая, которая держит телефон, резко дёргается, и ненавистная мне вещь летит в стену. Что ж, айфон последней модели выдерживает испытание моей ярости. Но когда я слышу звук входящего СМС, падаю на пол и, как полуумный, открываю его. Надежду, что Даниил соврал, храню до последнего. Увы…
Да как ты могла, Настя?!
Она — первая девушка, которую я впустил под кожу. С которой не думал о трахе, как о физическом контакте. Тут было всё глубже. Хотелось стать целым. Единым. Ключевое слово — «хотелось».
Я хожу по ванной, как тигр в клетке. Влажные следы от босых ног размазываются по плитке. Полотенце валяется на полу.
Я не знаю, что с собой делать. Я даже не понимаю, как выдержал эту ночь. Как смог прилететь первым же рейсом. Думал, кинусь на неё с вопросами. Думал, как только сядет в машину, всё пойму. Вот только картинка той развратной девушки никак не складывалась с той, что села ко мне в машину. На миг я всё забыл. Словно не было Дани и его ебучих фото и СМС. Словно моя Незабудка всё та же. Нежная, ранимая, скромная.
Эффекта хватило ненадолго. Зверь то и дело рвался наружу. У него не Настя перед глазами, а пелена. Он больше не видит разницы. Для него она исчезла. А эта девушка, что за стеной, — самая настоящая актриса.
Меня трясёт.
Реально.
Как на игле. Как будто меня ломает.
Взрослого парня, который может часами тренироваться безостановочно. Который может не есть, если это требуется. Да у меня выдержка…
Я три недели, как подохший волк в клетке, сдерживаюсь, не трогаю никого. Даже не смотрю ни на кого. Никаких девчонок. Ни взглядов, ни флирта. Только Настя. Только она. В голове. В мыслях. В снах.
Я, блядь, как малолетний дебил, хожу в спортзал и думаю о том, как поцелую её, когда вернусь. Как она меня встретит. Как мы наконец останемся вдвоём…
А она что?!
Другая рука. Другие губы. И, если верить Дане, — деньги. Грязные, вонючие деньги.
У меня в животе пульсирует от ярости.
И самое страшное — она за стеной. В этой квартире. Сейчас. Я слышу, как она ходит. Как скрипит ламинат под её ногами.
Я мог бы ворваться. Схватить за волосы. Орать. Трясти. Требовать правду.
А мог бы…
А мог бы трахнуть её прямо на этом умывальнике, чтобы стереть с неё следы этого ублюдка.
Мог бы прогнать без всего этого и просто вычеркнуть из жизни, словно её никогда и не было. Сделать очередной «из».
Но я должен убедиться сам. Должен увидеть разницу между моей Настей и новой, которая на тех фото. И я возьму своё, несмотря ни на что.
Потому что тело не подчиняется.
Потому что хочу её.
Даже сейчас.
Сука, я хочу её!!!
И это сводит меня с ума.
Я ей верил. Я думал, что она другая. Я хотел, чтобы она была последней в моей жизни. Чтобы всё — только она.
А выходит, я просто ещё один дурак в её коллекции.
Больше не будет разговоров, вопросов. Будет секс. Такой, как я люблю.
Я должен всё проверить сам. И если она солгала…
Если правда то, что сказал Даня…
Если она и правда взяла деньги и отдалась ему, как тварь…
Я не знаю, что я с ней сделаю. Но точно — это не останется без ответа.
Глава 18. Назар
Она стоит напротив меня, почти голая. И такая маленькая. Хрупкая. Изменилась за эти три недели. Безумно долгие... Я глазами прохожусь по каждому сантиметру её тела. Меня ведёт, как от рюмки спиртного... Как будто в ванной подбухивал, а не душ принимал.
Кроме фигуры, в ней ещё что-то изменилось. Взгляд... Он более глубокий.
Это сводит с ума.
Я слышу, как она сглатывает.
Чётко. С гулким эхом в своей голове.
И внутри меня всё сжимается. Не только от желания. От злости. От боли. От предательства, в которое я всё ещё не могу до конца поверить.
Я не знаю, что из этого правда. Что она чувствует. Что сделала. Где была её правда, а где ложь. Но знаю одно — сейчас она моя.
Здесь. В этой квартире. В этой комнате.
И пусть даже на секунду, но я заберу то, что считаю своим.
Мой взгляд касается её тела. Чёрное кружево сводит с ума, но не так сильно, как она сама. Я знаю, какого цвета её соски, я целовал их, облизывал. Я знаю, какая горячая кожа у неё между ног. Я касался её, трогал. Я помню те пошлые хлюпающие звуки, которые я создавал, доводя её до оргазма. Эта киноплёнка... Она три недели была моим параноидальным фильмом, который я день за днём просматривал. Но Настя тогда была в обычном хлопковом белье, и это ничуть меня не отталкивало. Наоборот, манило этой девственной чистотой и нетронутостью раннее.
А сейчас?! Что изменилось за три недели? Откуда это развратное блядское бельё?! Для него его купила, а мне бонусом досталось?!
— Иди сюда, — повторяю. Мой голос не дрогнул, но внутри будто что-то оборвалось. Тонкая нить, на которой был привязан мой зверь.
И она идёт тихо. Совсем не слышно шагов. И только моё сердце выдаёт сумасшедшие кульбиты. Вырывается наружу, хочет сломать все кости. В моём организме словно запустился процесс перевоплощения. Человек превратился в оборотня.
Она молчит. Дышит тяжело, с перебоями. Не задаёт вопросов. Не ищет одежду. Не прикрывается руками. Просто идёт. Как будто чувствует, что я на грани. В её глазах нет страха. Или же она очень хорошо его скрывает. Актриса или всё-таки моя любимая девочка?!
Кто ты, Анастасия Изюмова?!
Ты моя незабудка или моё проклятье?!
Я хватаю её за талию. Резко. Пальцы впиваются в кожу. И даже если ей больно, она не подаёт виду. Только сильно вздрагивает и покрывается мурашками. От того, что внутри у неё тоже всё полыхает, как и у меня. Мы горим. Между нами нет воздуха. Только жара. Сильнее, чем в той ванной.
Мои пальцы проходят по её спине, вверх, по лопаткам, вцепляются в волосы. Я откидываю её голову назад, смотрю в лицо.
Любимая...
Красивая...
Желанная...
Её глаза — как стекло. Но губы дрожат. Она молчит. И это молчание убивает.
Почему не признается, что была на свидании с тем парнем?!
Почему не скажет, что поцелуй был только с его стороны, и это была случайность? Что ей это не понравилось. Что любит только меня.
Почему она молчит, блядь?!
Может, потому что у неё нет оправданий?!
Может, потому что то, что озвучиваю мысленно, — неправда?!
А если бы сказала всё так, как я хочу, поверил бы?!
Нет, конечно.
Я не верю ей.
Но так хочу. На подсознании я всё-таки храню надежду, что это всё окажется неправдой.
Потому что она единственная, кого я так сильно жажду. Так, как никогда ещё никого не хотел.
Не просто тело. Её суть. Душу. Мысли. Эмоции.
Всю себе.
Я хватаю её руку и смыкаю на своём члене. Пусть почувствует всю силу моей похоти. Пусть поймёт, что я не буду нежным. Не буду играть больше по её правилам. Пусть знает, что её ждёт.
Если оттолкнёт, я пойму. Значит, моя Настя тут. А если нет... Значит, всё это было спектаклем. Она притворялась стеснительной, чтобы я купился.
