— Могу, — медленно ответил он. — С каких пор ты подключаешь Декса?
Он был прав. В той тайной работе, которую мы вели из тени, я избегал всего, что пересекало четкую грань закона. Если дело заходило на сомнительную территорию, я в нем не участвовал. Потому что мне было что терять больше, чем братьям. У меня была дочь, которая рассчитывала на меня. Я был ее единственным родителем и не мог рисковать. Ни собой, ни ею.
— Я не нарушаю закон. Просто прошу Декса немного покопаться.
Уайлдер приподнял бровь.
— Может, закон ты и не нарушаешь. Но обходишь его по самому краю.
А я так не поступал. Никогда.
Но ради Новы?
Казалось, я был готов на все.
10
Нова
Я почувствовала, как завибрировал телефон, когда ко мне прижалось большое пушистое тело. Я сидела на задней веранде. Йети назвали очень метко. И неудивительно, что лучшая подруга дала собаке имя в честь снежного человека. Я тоже прислонилась к крепкому боку Йети. Она вздохнула, и я повторила за ней.
Иногда, особенно в последнее время, рядом с животными было проще, чем с людьми. А окружающая природа лишь помогала. Отсюда открывался идеальный вид на раннее небо, залитое красками, и на сияющий в их свете ручей. Все казалось почти… идеальным.
Я заставила себя посмотреть на телефон и отпила кофе.
Пожалуй, правило «никаких людей» все же распространялось не на всех. Кол меня понимал. По-настоящему. Даже вопросы он задавал так, что я не чувствовала давления. Не «Как ты себя чувствуешь?» и не «Все в порядке?». Он оставлял мне простор для ответа.
Я подняла телефон и сфотографировала себя с этой громадиной.
Я: У меня чертовски хорошая собака, чертовски хороший кофе и чертовски красивый рассвет.
Рассвет уже миновал, но солнце все еще висело низко над горизонтом.
Кол: Похоже на чертовски хороший день.
Я: Кажется, так и будет. А у вас как?
Через секунду на экране появилось фото. Скайлар улыбалась в камеру. Все лицо у нее было в муке, а на груди красовался радужный фартук.
Кол: Готовим вафли с шоколадной крошкой.
Кол: Приготовим и тебе, когда переедешь.
По телу пробежала дрожь предвкушения. Я убеждала себя, что просто волнуюсь из-за нового начала. Но невольно задавалась вопросом: а вдруг дело скорее в Коле?
Позади открылась дверь, но я не обернулась. Ненавидела себя за надежду, что это не Брей. Я пока не готова снова оказаться зажатой в угол. Не готова к очередному разбору моего состояния.
— Красиво.
Глубокий голос принадлежал Дексу, и меня тут же затопило облегчение.
— Очень. У вас тут замечательное место.
Декс задумчиво хмыкнул.
— Буду скучать по нему, когда наш дом достроят.
Они с Брей строили новый дом на территории ранчо «Кривой дуб», но до окончания работ оставалось несколько месяцев.
— Не знаю. Ваш участок на ранчо просто потрясающий.
— Так и есть, — согласился Декс. — Но именно здесь я влюбился в Брей.
Сердце сжалось, когда я наконец подняла взгляд на мужчину, ставшего любовью всей жизни моей лучшей подруги. Он все еще выглядел слегка помятым после сна, а черепаховая оправа очков съехала набок. Но в темных ореховых глазах сияла любовь. Он безнадежно влюблен в мою лучшую подругу. И, господи, она это заслужила. Больше всех, кого я знала.
Я улыбнулась ему.
— Кто бы мог подумать, что в душе ты романтик?
Декс рассмеялся.
— Никому не говори. Предпочитаю это скрывать.
— Твоя тайна умрет вместе со мной.
— Спасибо.
Он несколько секунд внимательно меня разглядывал.
— Кол попросил меня разузнать о репортере.
Я слегка напряглась, ожидая, что Декс посоветует мне не работать из-за подобных происшествий. Но он ничего такого не сказал.
— Он никогда меня об этом не просит, — продолжил Декс. — Никогда.
Под кожей разлилось странное покалывание.
— Репортер приставал и к Колу. Хотел взять у него интервью. Наверное, он просто хочет убедиться, что Риз не станет докучать ему и Скайлар.
Это звучало логично. Кол невероятно оберегал свою маленькую девочку. И я понимала почему. Она не только была особенным ребенком — он растил ее совсем один. А это совершенно иная ответственность. Каждое решение лежало только на его плечах. Я знала, что мама Скай не участвует в ее жизни. И не могла представить, как кто-то способен отказаться от них обоих.
Декс долго смотрел на меня.
— Не думаю, что он попросил из-за этого.
Дыхание перехватило, и я медленно сглотнула.
— Я…
Оуэн, спотыкаясь, вышел на заднюю веранду. Он был таким сонным, что казался слегка пьяным. Он поднял взгляд на Декса. Очки у него тоже съехали набок.
— Блинчики? — с надеждой спросил он.
— Сегодня выходной? — вопросом ответил Декс.
— Да?
Это прозвучало неуверенно. Будто Оуэн понятия не имел, какой сегодня день.
— Выходной, малыш, — рассмеялась я.
— Да! — Оуэн вскинул кулак и повернулся ко мне. — Поможешь нам приготовить блинчики, Сверхнова?
Сердце снова сжалось. Господи, как же я скучала по этому мальчику. Меня убивало, что пропущенный год уже не вернуть. Но теперь я не упущу ни минуты.
Я поднялась на ноги.
— Только если в свои смогу добавить шоколадную крошку и чернику.
Оуэн ухмыльнулся.
— И печенье «Орео».
— Гениально! — воскликнула я и пошла за ним на кухню.
* * *
Брей вела внедорожник по окраине Старлайт-Гроув. Я почти не знала этот район. Здесь тянулись давно обжитые кварталы с красивыми ухоженными дворами. Я задумалась, смогла бы когда-нибудь жить в таком доме. Но что-то не сходилось. Слишком много людей. И все слишком близко.
Эта мысль казалась забавной, ведь почти десять лет я прожила в шумном городе. Но во мне что-то изменилось. И теперь мне хотелось простора.
— Кора тебя пригласила? — спросила Брей, сворачивая с очередной улицы и выезжая из квартала.
Я кивнула.
— У нас был… один момент.
Брей мельком посмотрела на меня и снова перевела взгляд на дорогу.
— Момент.
— Мне нужно было сказать ей, что она ни в чем не виновата.
Брей тяжело сглотнула.
— Даже представить не могу, через что она проходит.
— Я тоже.
— И она ни с кем не разговаривает. По-настоящему. Иногда Уайлдеру удается немного ее разговорить, но мы все… переживаем.
Я внимательно посмотрела на лучшую подругу. Господи, сколько же всего сейчас лежало на ее плечах.
— Ты ведь понимаешь, что не обязана следить, чтобы у всех все было хорошо? Мы сами отвечаем за свою жизнь.
Брей сжала губы. Не от недовольства и не от раздражения. Скорее удерживала слова, пока окончательно не поймет, что хочет сказать.
— Иногда помощь нужна каждому. За последний год я это усвоила. Просить о помощи, когда она нужна, — нормально.
Она припарковалась у красивого парка. Я несколько секунд молчала, прежде чем ответить:
— Когда мне понадобится помощь, я попрошу. Обещаю.
Брей посмотрела на меня, и по ее лицу скользнула боль. Потому что, по ее мнению, помощь мне требовалась уже сейчас, а я не просила. Но она не понимала: мне нужно было самой спотыкаться и искать дорогу.
Она шумно выдохнула и открыла дверь.
— Ладно.
Черт.
Еще один случай в длинном списке тех, когда я ранила Брей. Последнего человека, которому когда-либо хотела причинить боль. И это меня убивало.
Поправив солнечные очки, я распахнула дверь и пошла за ней к небольшой беседке. Вокруг нее бродило человек двенадцать. Один из столов для пикника ломился от еды, закусок и напитков. Пара детей носилась кругами, а за ними наблюдала улыбающаяся загорелая женщина. Возраст оставил на ее лице глубокие морщинки.
