Для встречи с Альбиной Альбертовной я мысленно готовил речь, как когда-то готовил для её мужа. Мне хотелось верить, что я знаю людей, а она производила впечатление честной и добродушной женщины.
— Лада ушла от мужа? — я не стал нагонять загадочности, зачем я здесь. И так всё ясно.
— А ты разве не знаешь?
— Нет. Откуда мне знать. Между нами ничего нет.
— Тогда как ты оказался рядом спустя семь лет?
— Мы увиделись случайно, когда я искал виновника ДТП, который скрылся, поцарапав мою машину. Это был ваш зять. Альбина Альбертовна, расскажите мне, что знаете. Что он сделал такого, если она решила изменить свою жизнь так круто? Есть что-то, чего она не может ему простить? Он обижал её? Прошу вас, давайте не будем тратить время, я ведь всё равно узнаю.
— И что сделаешь? — усмехалась.
— Попробую её защитить, — говорил, как чувствую. — Я ведь все эти годы думал, что она счастлива в браке с ним. Она так быстро вышла за Зотова, забыв, что между нами было.
— Ты же сам бросил её. Чего ждал, Егор? Что она оплакивать будет тебя десятилетиями?
— Нет, но точно, что не выскачет замуж, спустя полгода после нашего расставания.
— Что тебе надо от моей девочки сейчас? — злилась на меня. Совершенно точно, она переживала за неё. — Егор, отстаньте от неё.
— Не могу.
— Почему?
— Люблю.
— Если любят, не бросают! — естественно, так и есть.
— Любовь бывает разная.
— В вашем случае, что-то есть ещё… — смотрела на меня пристально, словно мысли мои прочитать хотела.
— Теперь не важно. Главное, что тогда, семь лет назад я знал, что, даже если я расстанусь с ней, она останется под вашей защитой. Был в этом уверен. А когда понял, что замуж вышла, решил: теперь у неё точно всё будет хорошо.
— А хорошо не было… — призналась и вдруг смягчилась. — Конечно, не сразу, но итог логичен. Знаешь… — смотрела в окно Альбина Альбертовна, сидя в машине, — мне теперь кажется, нет, я даже уверена, что мы с отцом разрушили её жизнь… Своей родной дочери разрушили, представляешь! — Взяла меня за руку и сдавила её, словно таким образом поддержки у меня искала и часть боли передать хотела. — Как же такое возможно? Я хотела ей счастья, а получилось ровно наоборот. Мужу своему пытаюсь доказать это, но он слишком упрям, чтобы признать свои ошибки.
— Мы все ошиблись.
— Но мы её родители и не имели на это право. Ответь мне только на главный вопрос: ты взял у моего мужа деньги?
— А вы поверите мне?
— Да. А если ты соврёшь, это на всю жизнь на твоей совести останется.
— Нет. Я ничего не брал.
Альбина Альбертовна больше не задавала вопросов. Она лишь написала адрес, где теперь проживает Лада.
— Конечно, она очень удивится, что ты приехал к ней, но ты меня не выдавай. Придумай что-нибудь. Соври, в конце концов. Она будет злиться, если узнает, что я адрес её дала. Гордая моя девочка очень. Спросишь меня, почему я это сделала? — кивал. — Чувство вины мучает меня перед дочерью. Не почувствовала тогда, не поняла ничего. Конечно, пока в моей голове до конца не складывается картинка, почему ты бросил её, если так любил, но теперь всё больше кажется мне, что Курбатов к этому расставанию имел самое непосредственное отношение … Егор, он чем-то тебе угрожал? — она смотрела на меня с ожиданием, что я скажу ей, но я не мог. Пока не мог.
— Давайте так… я потом всё вам расскажу. Сам. Когда придёт время. А пока… пока пусть всё идёт как идёт. И ещё, Альбина Альбертовна, вы полностью зависите от мужа?
— А к чему этот вопрос?
— Вы не заслуживаете такого человека. Скажу правду, потому что вы всегда были добры ко мне. С информацией, которую дам вам сейчас, поступайте как хотите. Ваш муж — нечестный игрок в своём бизнесе и об этом скоро узнают все. Подготовьте себе финансовую подушку для нормальной жизни.
— Егор, я много слышала про своего мужа, так что… Не пытайся очернить его. Он не идеален, и я бы сказала, для многих тиран и моральный урод, но я из тех жён, которые, даже если весь мир будет против него, я буду стоять за его спиной и подавать ему патроны.
— Мне придётся разочаровать вас. Он не так идеален, как хочет казаться. По крайней мере, в бизнесе. Другая сторона его жизни меня не интересует. Мне придётся вас сейчас шокировать, но у вашего мужа отдельные от вас счета. Несколько. Он же не стесняется вас обманывать.
— Не может быть… У нас семья и честные отношения.
— Вы можете не воспринимать мои слова всерьёз, но всё-таки заведите отдельный счёт, если ещё не завели, — настаивал.
Она смотрела на меня с удивлением, но мои аргументы были при мне. Я показал ей на телефоне выписки со счетами на его фамилию.
— Проверьте эти. Таких нет в вашей фирме, уверен. Не спрашивайте его ни о чём. Вы правды не узнаете. Просто сделайте, как я сказал.
… Я снова еду к ней и снова встречаю удивлённое лицо.
— А ты откуда здесь? Слушай, ты преследуешь, что ли меня? — злится Лада.
Конечно, преследую. Теперь да! И буду преследовать, пока не удостоверюсь, что она живёт нормально. И точно не в этом бараке.
И конечно же, я не случайно появился здесь.
Врал, что недалеко живут родители, хотя они в этом районе и не бывали ни разу. Но пусть она думает, что это совпадение.
Удивительное, возмутительное, поразительное.... Какое угодно, но совпадение.
Главное, я теперь знаю, где она живёт.
Глава 26
На следующий день, сварив яйцо всмятку, как любит Алиса, иду её будить.
— Вставай, соня, — целую ласково дочь в нос.
Она хнычет, отворачивается, натягивает до носа своё одеяло, не желая подниматься.
— А я тебе вкусненького приготовила. И куколки твои тоже голодные. Разве ты не хочешь их накормить?
— Мамочка, а ты купишь для них домик, такой как был там, где мы жили? — поворачивает ко мне лицо через пару минут, и я теряю дар речи.
Она вся в красных пятнах: на лице, на руках, буквально везде. Сыпь по всему телу.
— Да, конечно, конечно… Алиска, милая, что с тобой? — не думая, что могу напугать её, начинаю паниковать сама и осматривать пристально с ног до головы.
— Ничего, — она не понимает меня.
— Девочки, идите завтракать, — зовёт тётя Галя нас.
Моя соседка, очень заботлива, правда, суетливая чересчур. Она старается угодить нам, словно мы её родственники. Мне неудобно перед ней, но она смеётся и говорит, что рада появлению в доме ещё одной живой души. А ей повезло, в её случае целых двух!
Желая отблагодарить её за заботу, я, в свою очередь, по возможности навела порядок во всей квартире и купила вкусных продуктов.
В общем, у нас взаимовыручка, и это очень приятно.
— Тёть Галь, посмотрите, — показываю на Алиску, — она покрылась сыпью.
Соседка также с ног до головы осматривает Алису, не забывая пощекотать её.
— Я думаю, что это ветрянка.
— Ветрянка? — я слышала про такую болезнь, но сама никогда с ней не сталкивалась.
— Ну да, ты что в детстве не болела? — удивляется. — Мне кажется, что все болели. — Племяха моя тоже болела недавно. Только ей семнадцать. Тяжелее переносила.
— Не знаю, болела ли я. Спрошу у мамы. По крайней мере, о себе не помню.
— Вызови врача, чтобы не волноваться за дочку, но я думаю, что всё нормально. Как я слышала, в детском возрасте это заболевание проходит с наименьшими проблемами. Ну вылезет несколько прыщей, и всё. Главное, чтобы не расчёсывала. Сейчас в аптеку сбе́гаю, зелёнку куплю, обмажем её, и всё будет хорошо. Лада, ну ты чего стоишь как стена белая. Не переживай, — подмигивает мне и улыбается.
После её слов немного успокаиваюсь.
— Узнала? — спрашивает через пару часов.
— Что?
— Ты болела или нет.
— Да какая разница, — отмахиваюсь.
— Нет, это очень важно. Говорю же, родственница моя в подростковом возрасте эту болезнь перенесла намного тяжелее. У неё даже во рту язвы были! — пугает меня. — Поэтому тебе лучше перестраховаться.
