Бывшие. Хочу только тебя (СИ) - Катерина Вишневская

От его слов сердце замирает, а щёки начинают пылать. Неосознанно прижимаю к ним ледяные пальцы.

Когда девушка уходит, парень печально продолжает:

— Естественно, сначала я хотел попытаться вернуть тебя. Но потом осознал, что у меня нет шансов. Ты никогда не любила меня и возвращать… нечего… Лучше сохранить нашу дружбу… Да ты лопай давай. А то остынет твой суп!

Алекс делает большой глоток чёрного кофе, коварно улыбается и говорит:

— А что касается моих знаков внимания?! Цветы и слова о продолжении наших отношений… Это больше для Демида. Просто хочу, чтобы родственничек побывал в моей шкуре. Только ему не говори! Пусть прочувствует, каково это, когда брат увивается вокруг твоей девушки.

— Я не его девушка! — быстро говорю я и опускаю глаза на свой десерт.

Парень вытирает салфеткой мою щеку и немного наигранно бодро произносит:

— Да-да, я понял. У вас всё сложно… И дружеский совет, сладкая. Не влюбляйся в моего брата! Демид может сделать тебе очень больно. Ты же знаешь, какой он человек…

Его последняя фраза прозвучала жёстко. Он пристально смотрит мне в глаза. Будто хочет убедиться, что я его услышала и правильно поняла. Я медленно киваю.

— Ладно. Мне пора на встречу.

Алекс кидает на стол несколько крупных купюр, целует меня в щеку и уходит. Я выдыхаю и откидываюсь в кресле. До меня доходит, что почти весь обед я просидела на краю сидения, с абсолютно ровной и напряжённой спиной. Как же всё сложно.

От Демида приходит сообщение с просьбой поторопиться. Вздыхаю.

Мне срочно нужен расслабляющий массаж, а потом расслабляющая ванна и расслабляющее какао. Но рабочий день ещё не окончен, и я направляюсь в офис.

Надеюсь, что Демид не будет устраивать сцен ревности и предъявлять свои права на меня.

* * *

Ида

По приходе в офис я собираю нужные документы, и мы с Демидом, уютно устроившись на заднем сидении корпоративного автомобиля, едем на встречу.

Босс внимательно изучает важные бумаги, а я, делая вид, что смотрю в окно с его стороны, украдкой рассматриваю его убийственно красивый профиль.

Волосы Демида немного растрепались, и мне хочется вернуть на место непослушную прядь, упавшую ему на лицо. Рука так и тянется. Но я поправляю короткую юбку, сцепляю руки в замок и кладу их на колено. В попытке оставаться хладнокровной слегка ёрзаю и покусываю губы.

— Малыш, пожалуйста, прекрати так делать! — привлекает внимание своим бархатным голосом мой босс.

Удивлённо смотрю на него и интересуюсь:

— Как делать? Я ничего такого…

— Делаешь, — решительно перебивает меня босс, отвлекается от своего занятия, переводит взгляд на мой рот и продолжает: — Ты призывно смотришь на меня и кусаешь свои сладкие губки. Это сильно отвлекает от подготовки к встрече. Я хочу послать всё к чёрту и…

Вспыхиваю. Прикасаюсь пальчиками к его тёплым губам и шепчу:

— Не надо… Я больше так не буду.

Демид целует мои пальцы. Я убираю руку от его рта, отворачиваю голову к своему окну, и босс снова погружается в работу.

Хорошо, что мы отделены от водителя перегородкой, и он не может слышать и видеть нас. Иначе бы я сгорела со стыда.

Чтобы сменить градус разговора, спокойным голосом спрашиваю своего привлекательного попутчика:

— Ты пообедал?

— Нет, — коротко отвечает Демид.

Не поворачивая головы, задаю логичный вопрос:

— Почему?

— Аппетит пропал, — отвечает босс, устало потирая лицо.

На секунду мне становится немного стыдно. Но только на секунду. Я не обязана. В конце концов, у меня своя жизнь, а у него своя. И то, что мы работаем вместе и иногда спим, не означает…

— А как прошёл ваш обед с Алексом? Он не приставал к тебе? — недовольно произносит Демид. Он по-прежнему ревнует меня к своему брату, и это очевидно.

Возмущённо поворачиваю голову в его сторону, впиваюсь взглядом в его лицо и недовольно шиплю:

— Разумеется, нет. Алекс не такой, как ты…

— Конечно, не такой. Поэтому ты со мной, а не с ним, — нагло перебивает Демид, быстро целует меня в висок и возвращает своё внимание документам.

— Я не с тобой, Савицкий, — недовольно ворчу я и скрещиваю руки на груди.

Босс резко откидывает бумаги в сторону. Отчего они разлетаются по салону. Хватает меня за талию, притягивает к себе. Ведёт носом по щеке, вдыхая мой запах.

— Ты со мной, Ида! Подо мной и особенно мне нравится, когда на мне…

31. Тревожная новость

Ида

В пятницу, вечером, когда мы уже собираемся расходиться по домам, в кабинет влетает Алекс и взволнованно произносит:

— У отца инфаркт! Он в больнице. Я не мог до него дозвониться, позвонил маме, и она сказала… — его голос срывается, и он замолкает.

Я в ужасе, смотрю на друга, не в силах вымолвить ни слова.

— Как это произошло? — встревоженно спрашивает Демид, вскакивая из-за своего письменного стола.

Помогая мне надеть плащ, Алекс сдавленно произносит:

— Мама не смогла ничего объяснить. Она плакала и просила быстрее приехать. Адрес я тебе отправил. Лучше ты за рулём.

— Я понял. Едем! — решительно говорит Демид и направляется к выходу.

Мы собираемся и, не теряя ни минуты, запрыгиваем в машину и несёмся в больницу. На пассажирском месте, рядом со старшим братом, сидит Алекс. Я устраиваюсь на заднем сидении.

Демид сосредоточенно смотрит на дорогу. Его челюсти сжаты, а брови сведены к переносице. Крепко сжимая руль обеими руками, он умело маневрирует автомобилем.

Алекс, в разы более чувствительный и ранимый, чем старший брат, что-то гуглит в телефоне. Его пальцы дрожат. Слёзы наворачиваются на мои глаза и я, прижимаясь к его креслу и правой рукой, обнимаю его сзади.

Он отрывается от своего занятия и благодарно сжимает мою руку. Краем глаза Демид следит за нами, но ничего не говорит.

Наконец, мы подъезжаем к больнице. Демид быстро паркует машину, и мы врываемся в здание. Медсестра подсказывает нам нужное направление, мы поднимаемся на указанный этаж и находим соответствующее отделение.

Там нас встречает мама парней — Мария Дмитриевна. Видно, что она пытается держаться, но непослушные слёзы так и струятся по её щекам.

При виде мамы ребят моё сердце сжимается от боли. Мне очень жаль, что ей приходится проходить через этот ад. Ей и её сыновьям.

Когда она видит своих мальчиков, сдерживаться ей становиться ещё труднее, слёзы застилают её глаза, а из горла вырывается стон.

Мужчины подбегают к матери, и она обнимает их. Парни дают маме минутку, а потом начинают задавать вопросы о состоянии отца.

— У меня сегодня выходной, и поэтому папа работал из дома, — всхлипывая, рассказывает несчастная женщина — Я была на кухне и готовила ужин. Слышу, что Ваня с кем-то ругается по телефону. Захожу в кабинет, чтобы его успокоить… А он… он…

Алекс подбегает к кулеру, наполняет стаканчик водой и отдаёт его матери. Мария Дмитриевна делает глоток прохладной жидкости и продолжает:

— Ваня хватается за грудь, на глазах бледнеет и начинает задыхаться… Я сразу таблеточку ему под язык и в скорую звонить… Машина приехала через 5 минут и отвезли нас сюда.

— Хорошо, что мы живём недалеко от больницы, — бормочет Алекс.

— Сейчас папе делают операцию, — с горечью в голосе произносит мама Савицких.

В отделение вбегают мои родители, начинают расспрашивать и утешать бедную женщину. При виде них мне становится чуточку легче.

Через несколько минут мы с папой приносим всем по стаканчику горячего кофе. Моя мама сидит рядом с Марией Дмитриевной, поглаживает её руку и говорит что-то успокаивающее. Братья стоят рядом и тихо разговаривают. Горе сплотило их.

Я подхожу, отдаю мужчинам напитки и встаю рядом. Сидеть мы просто не можем, нервы на пределе. Время тянется бесконечно медленно.

В какой-то момент Алекс притягивает меня к себе, и я обнимаю его в ответ. Перевожу взгляд на Демида и вижу полные боли глаза. Я беру его за руку и крепко сжимаю.

В помещение входит пожилой кардиохирург и говорит: