Бывшие. Хочу только тебя (СИ) - Катерина Вишневская

И да, Блонда по-прежнему работает секретарём Демида, чем несказанно раздражает меня.

Безумно надоело сгорать от ревности, наблюдая за тем, как она развратно смотрит на моего босса и, не испытывая застенчивости, облизывает свои пухлые губы.

Чёрт! Как же бесит, что она так красива и агрессивно сексуальна. Скучаю по нашей нежной и доброй Зефирке.

То ли хмыкнув, то ли хрюкнув Юлия, осматривает меня с головы до ног и бесцеремонно закатывает глаза. Считываю как «И что он в ней нашёл?! Толи дело я — роскошная секс-бомба»

— Доброе утро, Ида Викторовна! — ехидно улыбаясь, приветствует меня секретарь, зачем-то обращаясь ко мне по имени и отчеству.

Я просила называть меня просто по имени, но блондинка уверенно игнорирует моё пожелание. Видимо, таким образом, она пытается подчеркнуть, что я старше её на целых два года.

— Здравствуйте, Юлия! — спокойным голосом, приветствую девушку и прохожу в кабинет.

Снимаю пальто, вешаю его в шкаф и сажусь за свой письменный стол, на котором стоит композиция из розовых гортензий и белых гвоздик. Благодаря Демиду каждый понедельник на моём столе появляется свежий сезонный букет.

В кабинете не осталось места для комнатных растений, и я попросила босса, не присылать мне больше горшков с цветами. После этого он стал баловать меня срезанными.

Я ласково провожу пальчиками по нежным лепесткам и погружаюсь в работу.

Когда в кабинет заходит Демид, я стою спиной к двери и, опираясь руками на его стол, изучаю документы. Он тут же закрывает дверь на замок, подходит и прижимается ко мне сзади.

— Доброе утро, малышка! Какое приятное начало рабочего дня… — шепчет босс и нежно прикусывает моё ушко.

— Доброе, — резко выдыхаю я, когда его руки касаются моей груди.

Замираю, а мужчина сжимает её и начинает медленно поглаживать соски, сквозь ткань моей нежно-розовой блузки. Они тут же отвечают ему взаимностью. Чувствую, как член Демида, начинает просыпаться.

Он решительно тянется к кнопке селектора и хрипло произносит:

— Отправлю куда-нибудь…

Я придерживаю его руку своей и томно шепчу:

— Да плевать на неё! Не останавливайся.

Пусть эта похотливая дрянь всё слышит и знает, что он мой!

— Какая ты нетерпеливая, — дразняще произносит Демид и возвращается к ласкам моего тела.

Его горячий язык начинает очерчивать мою ушную раковину, а руки нетерпеливо расстёгивать блузку. Я в предвкушении закусываю нижнюю губу и издаю тихий стон.

Когда он заканчивает возиться с пуговицами, моя грудь беспрепятственно оказывается в его руках, и босс сжимает её.

— М-м-м, как же мне нравится, что ты не носишь лифчик, — простанывает он мне в ухо и хрипло добавляет: — вот бы ты ещё и трусики начала игнорировать…

И его рука начинает задирать мою юбку.

— Кажется, вам, Демид Иванович, это совсем не мешает. Вы всегда можете их разорвать, как в прошлый раз, да? — наигранно обиженно говорю я.

— Не сегодня, — хрипловато произносит мужчина. За кружевной пояс цепляет пальцем мои трусики, и тянет их вниз. Я сильнее закусываю губу и сжимаю его руку на своей груди.

Он начинает ласкать мой клитор и поглаживать напряжённый сосок, а я громко постанывать. Демид заводится ещё сильнее, и я чувствую, как его горячий, подрагивающий член прижимается к моим обнажённым ягодицам.

Босс слегка опускает меня на стол, я эротично прогибаюсь в спине и расставляю ноги шире. Мужчина медленно вверх-вниз, проводит своим эрегированным органом по влажным губам моей промежности. Он не торопится проникнуть в меня. И это сводит с ума.

Начинаю похныкивать, просить его войти в меня скорее, но он продолжает меня мучить. А через несколько секунд резко входит на всю длину, и я вскрикиваю от удовольствия.

Секретарша пытается выйти с нами на связь, через селектор, но мы игнорируем его сигналы.

Демид начинает медленно двигаться, но я слишком возбуждена и хочу быстрее.

Прошу его ускориться, но он хватает меня за волосы, и шепчет мне в ухо:

— А ты заслужила? Я ещё помню твои дерзкие сообщения из кафе, — И продолжает делать нарочито медленные толчки.

Это рвёт меня на части. Я царапаю стол. Пытаюсь повлиять на ритм движениями своего тела, но сильные руки Демида слишком крепко держат меня.

Через несколько секунд мой мучитель начинает постепенно ускоряться, темп нарастает, я почти на пике, но вдруг он снова замедляется. Всё. Больше не могу выносить эту пытку.

Убираю руки Демида со своей талии, отстраняюсь и поворачиваюсь к нему лицом. Мягко толкаю босса на диван и сажусь сверху, медленно насаживаясь на его член. Прижимаю его к груди, немного откидываюсь назад и начинаю быстро двигаться.

Трение моего клитора о кожу его паха сводит меня с ума. Мои движения становятся резче.

Демид, не сдерживая страстных стонов, хватает мои ягодицы и в такт сжимает их, губами лаская мою шею и грудь. Я начинаю вскрикивать от удовольствия.

Кто-то громко стучит в нашу дверь.

Босс на секунду отрывается от моего тела и рявкает:

— Позже!

Хватаю его за волосы, тяну назад, вижу, как он смотрит мне в глаза. Как ловит каждую эмоцию на моём лице. Как наслаждается мной. И это заводит ещё сильнее.

Я ускоряюсь, а Демид наклоняется и прикусывает мою грудь, я выкрикиваю его имя, и всё вокруг начинает плыть от ярчайшего оргазма.

34. Ноябрь

Ида

В город приходит ноябрь, и чувствуется приближение зимы. На моём столе появляется «Рождественская звезда», а на столе Демида — моё фото, в лаконичной рамке из тёмного дерева.

— Буду любоваться, в первой половине дня, пока ты на учёбе, — с нежностью говорит Демид.

— А оно не будет отвлекать тебя от работы? — смеясь спрашиваю я, кивком головы указывая на своё изображение.

Босс властно притягивает меня к себе и хрипло говорит мне на ушко:

— Поэтому на этой фотографии, ты кормишь белочку в лесу, закутанная в пальто. А не стоишь мокрая в том маленьком, мягко говоря, нескромном, белом купальнике…

— Говоришь так, будто у тебя есть такая фотография?! — загадочно улыбаясь, произношу я.

— О-у. У меня есть целая коллекция твоих горячих снимков. И в белом купальнике у бассейна. И в синем платье, на нём ты поправляешь спустившуюся лямку, во время ужина…

Демид начинает расстёгивать пуговицы моей белой, строгой рубашки и хрипло продолжает:

— И в чёрном платье в клубе. На этой фотке ты, пьяненькая, развратно танцуешь. Есть даже такая, на которой, ты убираешь документы в нижнее отделение шкафа, а юбка плотно обтягивает твою попку… Но в купальнике моя самая любимая…

Я удивлена. Не думала, что он следил за мной как папарацци. Краснея и сгорая со стыда, я всё же решаюсь задать пикантный вопрос.

— И что же ты делал с этой коллекцией моих горячих снимков, Савицкий? — томно шепчу я, развязывая его галстук.

— У-у-у, Малышка, тебе лучше этого не знать! Я с ними делал очень плохие вещи… Я бы даже сказал — непристойные.

После своего бесстыжего признания Демид впивается в мои губы, усаживая меня на стол, перед собой. Он делает это стремительно, чуть не смахнув на пол блюдо, наполненное свежеиспечёнными булочками с корицей. Которыми нас, сегодня утром, угостила наша милая Юленька.

— Ты такая вкусная… Пахнешь мёдом, — шепчет босс и проводит языком по моей шее.

— Это не я… это булочки, — простанываю я в ответ, теснее прижимаясь к его большому и сильному телу.

Демид, губами и языком, чертящий дорожку к моей груди, отрывается от своего занятия и уверенно произносит:

— Нет, это ты… И не спорить… А то, твои булочки пострадают.

Я откидываюсь назад и начинаю смеяться…

Каждый день, когда я прихожу на работу, Демид, улыбаясь, вскакивает со своего места и подходит ко мне. Греет мои руки своим дыханием и крепко прижимает к своему твёрдому телу. А потом шепчет мне на ухо, как он соскучился и что мечтает со мной сделать.

Затем он помогает мне снять пальто, усаживает за стол и традиционно, угощает горячим кофе и всякими вкусностями.