Долгая дорога к тебе (СИ) - Рябинина Татьяна

Хотя почему бы и нет? Теперь уже без разницы.

— Ужинать будешь? — подбираюсь осторожно. — Разогреть?

— Нет, Дань, спасибо, — говорит, снимая туфли. — Кофе закинь, пожалуйста.

Прямо язык чешется спросить, где была, но молчу. Не хватало только сейчас поругаться. Во-первых, завтра придет Ринат, во-вторых, надо как-то ей рассказать про его мамочку. И про моего папочку.

Или не говорить?

Да нет, лучше рассказать. Тем более отец сказал, она в курсе. Но, может, он имел в виду, что мама знает, что у него есть подруга? Просто какая-то? Не Румия?

Нет, все равно расскажу.

Она садится с кружкой за стол, я напротив.

— Мам…

— Дань…

Это звучит одновременно. Наверно, в другое время мы бы рассмеялись, но сейчас как-то… не очень смешно.

— Давай ты сначала, — говорит она.

— Ладно. Я ездила к бабушке в больницу сегодня. Она позвонила, попросила приехать. — На самом деле бабушка не просила, но так прозрачно намекала… А, неважно. — И там был папа. Не один. Со своей… подругой. Она в машине ждала. И он меня с ней познакомил.

— Твою же мать! — Мама резко ставит кружку, кофе выплескивается на стол.

— Да нет, не мою, — фыркаю по-кошачьи. — Это мать Рината. А еще папа сказал, что ты знаешь. Это правда?

— Да, — вздыхает тяжело. — Знаю.

— Так ты поэтому не хотела, чтобы мы встречались с Ринатом? Потому что папа с его матерью? А мне ничего не сказала?

— Нет. Я узнала только вчера. Точно так же. Поехала к бабушке и встретила его там. Правда, одного. И он мне сказал. И я не знала, говорить тебе или нет.

— Ну как видишь, он тебя опередил. Ты это мне хотела сказать? Сейчас?

Она кусает губы, греет ладони о кружку.

— Да, но не только. Мне сегодня отец Рината написал. Мы с ним виделись.

— Ого! У вас с ним что, тоже?..

— Да нет! — Мама морщится. — Ему Румия рассказала в воскресенье. Что хочет развестись и замуж выйти. Но не прямо сейчас, а позже. Когда Ринат школу закончит.

— Ой, чтобы бедный мальчик не расстроился! — На меня снова накатывает бешенство. Какие же они все противные! — А тайны-то и не получилось. Ну он же не знал, что мы встречаемся. Папа. Иначе не стал бы меня с ней знакомить. И вообще голову бы отгрыз.

— Ты ему рассказала? Ринату? — Мама хмурится, пьет кофе, поглядывая на меня поверх кружки.

— Пока нет. Завтра расскажу. А то все знают, а он один как дурак. Мам, давай я его завтра у метро встречу, по дороге и расскажу? Ты во сколько придешь, как обычно?

— Да, к семи где-то. К половине восьмого подходите.

— Только, мам, пожалуйста, давай не будем все это обсуждать, ладно? Когда он придет? — Я буквально умоляю ее, сложив руки на груди. — Ну представь, что это просто какой-то парень, которого я привела с тобой познакомиться. Что ты ничего о нем не знаешь, кто он и что он. Очень тебя прошу.

— Хорошо, Дань.

Она встает, споласкивает кружку, ставит в сушилку. Целует меня и идет в ванную.

Сижу на кровати, пытаюсь успокоиться, машинально листаю рилсы в ТикТоке. Сейчас бы Кульке позвонить, но… Нет, я пыталась, хватит. Да и как бы я вывалила ей всю эту кучу? Это ведь не только меня касается.

Телефон жужжит — Ринат:

«Привет. Как ты?»

«Трудно сказать. Но по завтра пока все в силе. Подъезжай к семи, я тебя у метро встречу».

«Да я помню, как идти».

«Пройдемся немножко».

«Ок. Наберу?»

«Давай».

Он звонит, мы просто болтаем обо всем подряд, и я немного успокаиваюсь.

Ну правда, все это противно, но никакой драмы не произошло. Никто не умер — и на том спасибо. Главное — что мама на моей стороне, а все остальное переживем.

Конечно, я могла бы рассказать все прямо сейчас, по телефону, но нет. Лучше как вчера. Все-таки о важном лучше разговаривать, когда видишь человека. Тогда сразу понимаешь, как он относится к тому, что говоришь, а не пытаешься угадать по голосу. А голос Рината я просто слышу — и уже становится хорошо.

На следующий день с самого утра вылизываю квартиру. У нас обычно не то чтобы грязно, но… и не идеальная чистота. На неделе маме некогда, убирает в выходные по возможности. Я не фанат уборки, если просит — помогаю. А сегодня самой хочется, чтобы все блестело. Не хватало только, чтобы Ринат подумал, будто мы с ней две неряхи.

Время пролетело! Спохватываюсь, что уже шесть, а я вся грязная, потная. Лезу в душ, мою голову, сушу волосы. Пока оделась, причесалась — уже и выходить пора. Бегу к метро, в наушниках моя любимая Мари — «Смотри, какими мы счастливыми можем быть» (Строка из песни Мари Краймбрери «Иначе все это зря» ). Как будто про нас с Ринатом.

Он уже приехал, стоит, ждет. В руках какой-то пакет. Подлетаю, обнимаю, он меня целует. Немного смущаюсь — кажется, что все на нас смотрят. Но и радуюсь тоже. Пусть смотрят. Кулька бы увидела — обзавидовалась.

— Что это у тебя? — спрашиваю, кивая на пакет.

— Отец сказал, чтобы купил чего-нибудь к чаю. Взял тортик маленький, ничего?

— Супер! — показываю большой палец.

Какой же он все-таки классный! И отец наверняка тоже хороший. Не то что мать.

Вспоминаю — и сразу словно солнце за тучу.

— Слушай, я специально вышла тебя встретить. — Беру его за руку. — Пока дойдем, мне надо кое-что рассказать.

Глава 32

Глава 32

Дарья

— Даш! Даша!

Вздрогнув, я посмотрела на Тоню, которая таращилась на меня с недоумением.

— Але, гараж! — Она помахала рукой с растопыренными пальцами. — Вы на связи? Третий раз зову. А ты смотришь в одну точку, рот раскрыла, слюни текут.

— Какие слюни? — Я вытерла губы. — Нет никаких слюней.

— Шучу. Нет, правда, уставилась куда-то в мировое пространство и выпала. О чем думаешь?

— Иван Даньку со своей подружкой познакомил, представляешь? Мол, это твоя будущая мачеха.

О том, что подружка эта — моя бывшая якобы подружка, говорить не стала. Весь этот винегрет был точно не для посторонних.

— Вот кобель! — возмутилась Тоня. — А она что? Даня?

— Не в восторге.

— Ну еще бы! Хотя… бывает так, что детки от мамаши убегают к отцу и его новой мадам.

— Ну там убегать пока некуда, и вообще… — Я отмахнулась. — Тонь, ты квартальную сводку закончила?

— Сейчас, — буркнула она недовольно и защелкала мышкой.

Да, тут выпадешь из реальности. Из такой реальности очень хочется выпасть. Ни дня без сюрпризов. Чем дальше в лес…

А задумалась я, вспомнив, как Тим вежливо и деликатно отклонил мое вчерашнее предложение.

— Даш, я бы с удовольствием, — ответил он, коснувшись моих пальцев. — Но сейчас это не слишком уместно. Мне кажется, пока детям не стоит знать о такой… рокировке. Ринат, конечно, в курсе, что между нами все плохо, но о разводе вопрос пока не поднимался.

— Мне кажется, он уже достаточно взрослый, чтобы пережить это, — возразила я.

— Да не в том дело, Даша. Разумеется, переживет, он не барышня-невропатка. Но это, как ни крути, катастрофа миропорядка. А у него выпускной класс, экзамены, поступление. Только поэтому мы с Румией и договорились подождать. Теперь-то я понимаю, что надо это было сделать давным-давно. Но все мы задним умом крепки. Короче, если я приду к вам вместе с ним, у них обоих наверняка появятся ненужные вопросы.

— Да, ты прав, — нехотя согласилась я и мысленно отвесила себе подзатыльник.

Потому что дура ты, Даша, вот что!

Разговаривали мы еще долго — и о детях, и о себе. В общем, эта наша встреча получилась не в пример приятнее предыдущей. Но по дороге домой я решила, что Тим может поступать как угодно, а Даньке все-таки расскажу. Не о Румие, конечно, а о том, что папаша, возможно, скоро женится.

Однако все пошло по звезде. Наверно, Ивану очень сильно икалось от моих пожеланий, когда Данька рассказала, как он познакомил ее… с Румией.

Вот уж точно, ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Решила внучка навестить бабушку в больнице — и вот пожалуйста, получите и распишитесь. Как она сказала, тайны не вышло.