После развода. Дойти до края (СИ) - Безрукова Марина

И ведь было с Ромкой говорено-переговорено. Он клялся и божился, что решит проблему с жильем. О том, что Катя будет жить с нами и речи не шло! А теперь выходит, сидеть нам друг у друга на головах до самых родов.

Эта, значит, будет в ста метрах расхаживать, а я с пузом на жердочке сидеть? Не жирно ли?

– Танюш, - Ромка зашел в комнату и плотно прикрыл дверь.

С каменным лицом я сделала вид, что нашла в телефоне что-то очень интересное.

– Тань…

Тихо треснул матрац под Ромкиным весом. Он протянул руку и начал поглаживать мне ступни, но я сердито его отпихнула.

– Я подумал… давай, пока всё не решится, я сниму трешку.

– Это на какие шиши? Нам еще на ребенку уйму всего надо. И контракт. Я не собираюсь с бомжихами рожать.

– У меня есть деньги, - вспыхнул Рома. – Есть еще общий счет, там приличная сумма. Плюс у меня заказов уйма.

Но про заказы я уже не слушала.

– Какой общий счет, Рома? – спросила я осторожно.

Спросила так, будто Рома сказал, что между нами лежит граната с выдернутой чекой. Закрыла глаза и задышала часто-часто, а то внизу живота что-то кольнуло. Вот еще раз… и отпустило.

– Общий. Н/з, так сказать…

– То есть ты хочешь сказать, что после того, как ты ушел от Юли, ты не заблокировал ей доступ?

Глаза я не открывала, потому что боялась увидеть выражение Ромкиного лица. Ну не может же он быть таким идиотом, верно? Не может!

– Нет… Мы договорились не трогать этот счет. Только если что-то срочное…

Я чуть не застонала вслух. Конечно, Юлька почти святая, бессребреница, но тут уж надо быть совсем дурой, чтобы не воспользоваться. Слабая надежда, рассчитанная на чистоплюйство подруги, всё еще теплилась. Мерцала слабым огоньком.

– Зайди, проверь…

Я сделала над собой усилие и распахнула глаза. В желтоватом свете бра лицо Ромы выглядело болезненным. Он как-то странно на меня взглянул и вытащил из кармана телефон. Пальцы быстро пробежали по экрану. Я ждала, затаив дыхание.

Мыслей не было. Просто хотелось услышать вердикт. Наверное, так чувствует себя больной перед доктором, который собирается озвучить диагноз. Или прогноз, сколько осталось.

– Черт…

Ромка тихо выругался и потер рукой лицо, словно попытался стереть с него недоумение.

Сердце ухнуло вниз, разбилось вместе с надеждой о слишком быстро подступившую реальность.

Он снова посмотрел в телефон, а я на коленках подползла к нему и заглянула через плечо в экран. В глаза бросилась цифра. Смехотворная. Жалкая. Всего несколько тысяч рублей.

– Она всё сняла, - его голос был хриплым, будто он мучился от жажды.

Резким движением Ромка сорвался с места, заметался от стены к стене, зарычал от бессилия, и я, наконец, увидела, как отступила его снисходительность, а на ее место пришло бешенство. Я никогда не видела его таким.

Ноздри у него раздувались, грудная клетка бешено ходила ходуном. Он прижался к стене, словно дикий зверь, загнанный охотниками в ловушку. Взгляд стал мутным, будто роговицу покрыла пленка.

Вот так вот, получай. Поделом, - мстительно подумала я. – Я же говорила, что расслабляться с ней нельзя. Святая простота Юленька оказалась еще той сукой.

Тихо, боясь спугнуть, я подошла к Роме. Прижалась, чтобы он почувствовал мой живот. Этим я надеялась его успокоить. Не из жалости, а для того чтобы он меня лучше слышал. И услышал, что я ему скажу.

– Мы немедленно туда переезжаем. Так надо, Рома.

Его тело, натянутое как струна, дрогнуло. Руки, до этого сжатые в кулаки, медленно опустились. Дыхание, прежде сбитое и рваное, стало немного ровнее. Он по-прежнему стоял, прижавшись к стене, но я почувствовала, как напряжение постепенно спадает.

– А девочки?

– Ты забыл? Они на сборы на три недели уезжают. Думаю, за это время всё удастся уладить. Но даже если и нет. Там Катин дом. И твой тоже. И твоего сына.

Я взяла Рому за руку и положила ее себе на живот.

Глава 31

Глава 31

Юлия

– Успеете до семи забрать? Это остаток партии. На нее, к сожалению, доставка не распространяется… А завтра мы закрываемся.

Я взглянула на часы, начало седьмого. На метро неудобно, больше потрачу на пересадки. Открыла приложение, посмотреть, сколько выйдет такси. Туда-обратно должно быть дешевле. Не понесу же я семь рулонов на себе?

Еще с утра я развела бурную деятельность. Надо было как-то отвлечься от того жуткого разговора, с которым пожаловал муж. Скоро уже бывший муж, потому что на неделе я планировала подать заявление на развод. Пугало, что с Катей полная неопределенность. Что она собирается дальше делать? Жить с ними? У суда будут вопросы, и я уже представляла, как дочь стоит за кафедрой и рассказывает, что из дома ее выгнала собственная мать.

Боже, как отделаться от этих мыслей? Сколько бы ни уговаривала я себя, что иначе и не могла в тот момент поступить, но вина подтачивала изнутри душу. Вот так натворишь дел сгоряча, а потом эмоции улягутся, и начинаешь себя корить – не смогла быть мудрее, терпимее и прочее, прочее.

Ищешь оправдания, вспоминая, как кривлялась и что писала твоя кровиночка в дневнике, как хладнокровно наблюдала за клушей-матерью и посмеивалась за спиной, а всё равно совесть покоя не дает. Гложет, выжигает изнутри дырку, потому что у матери зачастую нет выбора.

Стараясь сосредоточиться на насущном, быстро вбила адрес магазина. Надо же, как повезло, что заберу по уценке. Жалко магазинчик, там всегда можно было найти что-то интересное, но видимо, не выдержали конкуренции с огромным гипермаркетом, который в считанные месяцы построили напротив.

Сегодня ливня нет, ценник вполне гуманный. И вдруг палец замер рядом с нарисованной машинкой бизнес-класса. Я отложила телефон и пошла в прихожую. Визитка так и лежала в кармане плаща. А что если…

Опустилась на банкетку, зацепила взглядом Катины босоножки. Ушла почти ни с чем. Что носит? Или отец покупает всё новое? Я представила, как идут под ручку по магазинам Катя и Таня. Хохочут весело, перебирают вещички, развешанные на стойках, примеряют кеды или туфли. И снова стало горько и обидно.

Быстро набрала номер с визитки.

– Да, - голос нетерпеливый, будто отвлекаю.

– Здравствуйте, Виталий. Вы подвозили меня на днях на 3-ю Предпортовую…

– Да, помню… Вы так и не позвонили. Я ждал.

– Вот, звоню сейчас…

– Вас откуда-то забрать?

– Да, из дома, пожалуйста.

– Скиньте адрес. Я напишу через сколько подъеду.

Я опустила руку с телефоном, уставилась на экран. Что я только что натворила? Напросилась к незнакомому человеку. Как будто он обязан по первому зову срываться ко мне. Замашки, как у графини.

Пальцы не попадали по буквам, когда я печатала адрес.

«Буду через 20 минут» - прилетел ответ.

Я подскочила, как ошпаренная. В зеркале отразилась непритязательная особа с растрепанными волосами. Хорошо хоть Надя успела привести их в божеский вид. Колдовала три часа, создавая оттенок с загадочным названием «морозный шоколад».

Только модная окраска, призванная освежить лицо, сегодня не справлялась. После общения со свекровью и мужем, я долго не могла уснуть. Всё гоняла по кругу фразы, которыми мы кидали друг в друга, как острые пики. Злилась, что не додумалась колко ответить или нахамить. Под утро задремала, но сон был тяжелым и не принес облегчения.

Двадцать минут! Кошмар!

Я кинулась в ванную. Боги, да я выгляжу, как бомж! Достала чудо-крем, маскирующий все изъяны, ловко пробежалась по лицу спонжем. Вот так уже лучше. Быстро подкрутила кончики волос утюжком.

В шкафу отыскала широкие джинсы и белую рубашку, беспроигрышный вариант. Не хотелось выглядеть так, словно я собралась на свидание. Это просто поездка в магазин. И максимум, на который я рассчитываю, это что Виталий поможет мне переложить рулоны из тележки в багажник.

Телефон завибрировал, показал сообщение: «Я на месте».

Быстро обувшись, я схватила ключи и на секунду замерла. Испуганная маленькая девочка внутри меня подала голос. Жалобно попросила не заниматься глупостями, отложить поездку и остаться дома. Еще чего! – нахмурилась я.