Я уже вздохнула с облегчением, видя, что муж отходит от двери, но вдруг раздался громкий звонок телефона, который с головой выдал меня.
— Ч-ч-черт! — выругалась я вполголоса.
— Майя! — Роман снова подошел к двери и постучал. — Ну я же слышу твой телефон. Май, открой, давай поговорим.
Я со злостью отперла замок и встала в дверях.
— Чего ты хочешь, Ром?
— Может, пригласишь внутрь?
— Мне нужно уходить.
— Я не отниму у тебя много времени.
Посмотрела на часы.
— У тебя ровно десять минут.
— Спасибо. — Муж улыбнулся и вошел в квартиру.
Я пошла на кухню, где остался недопитый чай.
— Итак? — Подошла к раковине и принялась мыть тарелку после завтрака. — О чем хотел поговорить?
Почувствовала, как он подошел ко мне сзади и легонько обнял.
— Я скучаю, Майя, — выдохнул он мне на ухо.
Сжала челюсти.
— Ром, отпусти.
— Не могу, малышка. Неужели ты совсем не жалеешь о нас?
Он нежно потерся носом о мою щеку. А я… совсем ничего не ощутила, только раздражение от этого.
— Почему ты не думал об этом, когда начал отношения со своей этой… Машей? — спросила холодно.
— Май, все совершают ошибки. Прости меня…
Я закончила мыть посуду и высвободилась из его объятий.
— Рома, я не знаю, что тебе сказать. Не могу, не хочу больше тебя видеть.
— Я сделаю все, что захочешь! Давай попробуем снова ЭКО, у нас еще есть неплохие шансы.
— Как у тебя язык поворачивается говорить со мной об этом снова, когда именно из-за тебя я потеряла этого ребенка?!
— Мы! — воскликнул муж. — Мы потеряли. Или ты думаешь, что я совсем об этом не сожалею?
Я хмыкнула и улыбнулась, но чувствовала, что улыбка вышла очень горькой.
— Я, Ром. Я. Ты помогал финансово, вроде присутствовал рядом физически, но я не ощущала твоей поддержки. Теперь я понимаю, что тебе-то этот ребенок не сильно-то и нужен был.
— Ну вот, опять я во всем виноват!
— Все, Рома, мне нужно уходить. У меня встреча.
— Уж не с Самойловым ли? — язвительно спросил бывший.
— Даже если с ним, тебе-то какое дело? Я теперь свободная женщина.
Я направилась из кухни, но Роман схватил меня за предплечье.
— Боюсь, что сейчас Самойлов несколько занят, — прошипел он.
— О чем ты говоришь? — Я посмотрела на Рому. — Отпусти! Больно!
— Ты еще не знаешь, что такое больно! — словно выплюнул эти слова мне в лицо он.
Попыталась стряхнуть его руку, но он только крепче сжал.
— Видит бог, я хотел по-хорошему! — Муж покачал головой.
— Да отпусти же! Пусти! Помогите! — я закричала, надеясь, что соседи услышат и вызовут полицию. Но только Рома не стал ждать, он резко прижал меня к стене, схватив за горло и сжав.
— Замолчи! — Он надавил еще сильнее и несколько раз приложил меня головой об стену. Несильно, но ощутимо.
Я замерла, с испугом глядя на мужа. Он всегда был вспыльчив, но до рукоприкладства ни разу не опускался.
— Пусти! — просипела я, понимая, что воздуха не хватает.
Он разжал руку, но не отпустил. Я сделала судорожный вдох.
— Ну вот, видишь, до чего ты меня довела? — начал причитать он.
— Что тебе от меня нужно?
Я чувствовала, что вот-вот расплачусь от беспомощной злости.
— Забудь о Самойлове. Это он разрушил наш брак.
— Что ты такое говоришь, Ром? При чем тут он?
— Если бы не он, ты дала бы нам шанс. Я уверен! — Он склонился к моим губам, как если бы хотел поцеловать. — Я люблю тебя, малышка. Очень сильно люблю. И никуда не отпущу.
— Ты уже подписал документы на развод, через несколько дней мы получим официальные бумаги о нем.
— Все можно вернуть, — Роман будто не слышал меня. — Все можно наладить. Только забудь об этом долбанном враче! — Одной рукой он продолжал держать меня за шею, а другой принялся гладить меня по голове. — Ты ведь не хочешь, чтобы он сел?
В первую секунду я оторопела, даже не сразу сообразила, что на это сказать.
— Он — что? За что? О чем ты говоришь? — Я «отмерла» через несколько секунд.
— Ты же помнишь, что мой отец был прокурором, пока его не хватил инфаркт? — как бы между прочим спросил муж.
Свекра своего я не застала в живых, когда познакомилась с Романом, но многое о нем слышала. Я с трудом сглотнула и кивнула, чувствуя на шее горячую руку супруга.
— Я посоветовался с дядей Борисом, другом отца.
— Посоветовался? — растерянно переспросила.
— Объяснил ситуацию. Он сказал, что поможет.
— О чем ты говоришь? Что он может сделать Леше?
На лице бывшего расплылась противная улыбка. Я попыталась снова вырваться, но он опять крепко сжал мое горло.
— Малышка, я не хочу делать тебе больно. Но ты меня вынуждаешь!
Я попыталась его оттолкнуть, но Роман разозлился только сильнее и зашипел мне в лицо:
— Шутки в сторону. Майя, слушай меня внимательно! Ты прекратишь с ним общение, или он сядет. Я не шучу. На него уже заводят уголовное дело. За халатность, за давление на тебя, чтобы ты отозвала жалобу…
— Но он… — попыталась возразить, но муж шикнул на меня.
— Молчи и слушай! За то, что ударил меня. Мы выяснили, что в клубе были камеры, на которых все зафиксировано. Плюс я тоже подам на него жалобу как твой муж.
— Но это же будет то же дело! Его уже рассматривает комиссия, главврач говорит, что скоро получим заключение, и врачи будут на стороне Алексея!
— Ну, не хватит этого, всегда можно накопать что-то еще. А нет, так у него в машине могут случайно найти запрещенные препараты. Врачам так легко получить к ним доступ… — Роман криво улыбнулся.
— Ах ты, мерзавец! — не выдержала я.
— Малышка, все, что ты должна знать, — это то, что я люблю тебя и не хочу терять. И какой-то упырь не разрушит наше счастье!
Он впился в мои губы своими, сильно прижимая к стене. Это было больно. Просто больно от того, что он терзал мои губы своими, больше никаких ощущений.
— Как же я соскучился! — простонал он, оторвавшись от меня.
Я оттолкнула его, и он наконец отпустил меня и отошел.
— Я даю тебе время до вечера. Возвращайся сегодня домой. Буду ждать с вещами. А иначе… — Роман развел руки в стороны. — Я не отвечаю за безопасность твоего Лешеньки, — он скривился. — И да, не нужно с ним пытаться связаться. Тем более он в следственном комитете.
С этими словами Роман вытащил из кармана моих брюк телефон и, выключив его, положил себе за пазуху.
— Отдам вечером. А сейчас нас обоих, как я понимаю, ждет работа. До встречи, малышка.
Он поцеловал меня в щеку и быстро ушел. А я тихо сползла по стене. Ноги не держали.
Я проводила его взглядом, пораженная таким поведением, и не смогла вымолвить ни слова. Как мало я знала об этом человеке! Столько лет прожить с ним бок о бок и так и не понять, какой он на самом деле! Это било по голове молотом, словно раскраивая череп на острые осколки. Сердце по отношению к Роману ничего уже не чувствовало, но оно сильно тревожилось за Лешу.
В голове не укладывалось, как я могла не разглядеть то, что таилось в глубине души мужа. Неужели он всегда был таким, а я игнорировала тревожные звоночки? Да, иногда мы ссорились, пару раз на пол даже летели тарелки, Рома мог позволить себе грубое слово по отношению ко мне, но не больше. Он никогда меня не хватал так сильно, не бил и не душил. А все произошедшее только что оглушило меня. Опустошило. Голова шла кругом от мыслей. Но больше всего я пришла в ужас от того, что он меня шантажировал! Реально шантажировал, совершенно не таясь.
На встречу я опоздала, да и какой теперь смысл искать квартиру? Роман загнал меня в угол. Если я уйду от него, у Леши будут большие неприятности. Муж четко дал это понять. Я не собиралась так это оставлять, не собиралась по-настоящему возвращаться к нему, однако и то, что начало зарождаться у нас с Лешей, придется прекратить. От этого заныло сердце.
Пошла в ванную, умылась ледяной водой, чтобы немного успокоиться. На шее расползались красные отметины от пальцев мужа. Выглядело неприятно. Мне требовалось подумать. Очень нужно было привести мысли в порядок. А потому я просто вышла из квартиры, завела машину и поехала без всякой цели. Лишь бы подальше от всего, что произошло.
