Слеза стекает по щеке. Вытираю её быстро.
– Прости, – смущённо улыбаюсь. – Не хотела устраивать сцену.
Максим протягивает руку через стол, накрывает мою ладонь своей.
– Не извиняйся, – говорит тихо. – Ты имеешь право на эти чувства.
Его рука тёплая, сильная. От прикосновения по телу разливается тепло.
– А я... – начинает он, и вижу, как он волнуется. – Я хочу, чтобы ты знала... Танюш, я не тороплю тебя. Понимаю, что тебе нужно время. Но я не могу больше молчать.
Он делает паузу, собирается с мыслями.
– Я влюблён в тебя. Был влюблён ещё в детстве, и когда встретил снова, эти чувства вернулись. Даже сильнее, чем были. Я хочу быть с тобой. Но только если ты сама этого хочешь. Без давления, без спешки. В твоём темпе.
Сердце колотится как бешеное.
Смотрю на этого человека, который говорит мне такие слова, и понимаю – я тоже влюблена. Просто боюсь себе в этом признаться.
– Максим, – шепчу, и голос дрожит. – Мне страшно.
– Чего ты боишься?
– Ошибиться снова. Открыться и снова получить предательство.
Он сжимает мою руку крепче.
– Я не Александр, – говорит твёрдо. – Я никогда не предам тебя. Клянусь.
– Откуда мне знать? – всхлипываю. – Откуда мне знать, что ты не окажешься таким же?
Максим встаёт из-за стола, обходит, присаживается рядом со мной на диван. Берёт моё лицо в ладони, заставляя посмотреть ему в глаза.
– Потому что я люблю тебя, – говорит медленно, отчётливо. – Люблю не так, как он. Не собственнически, не эгоистично. Я люблю тебя такой, какая ты есть. Со всеми твоими страхами, сомнениями, болью. И я готов ждать столько, сколько нужно, пока ты не будешь готова довериться мне.
Смотрю в его карие глаза с золотистыми искорками и вижу там искренность. Вижу любовь. Настоящую, не поддельную.
– Я боюсь, – шепчу снова.
– Я знаю, – он проводит большим пальцем по моей щеке, вытирая слезу. – Но знай – я буду рядом. Всегда. Что бы ни случилось.
И я сдаюсь. Перестаю бороться со своими чувствами. Перестаю бояться.
– Я тоже люблю тебя, – выдыхаю, и чувствую, как с плеч спадает груз.
Максим замирает на секунду. В глазах вспыхивает такая радость, что сердце готово выпрыгнуть из груди.
– Правда? – шепчет он.
– Правда.
Он наклоняется ближе, и я чувствую его дыхание на своих губах. Время останавливается. Мир сужается до нас двоих – только мы, только этот момент.
– Можно тебя поцеловать? – спрашивает он тихо.
Вместо ответа я сама тянусь к нему.
Наши губы встречаются. Медленно, осторожно, бережно. Его руки обнимают меня за талию, притягивают ближе. Я обхватываю его за шею, отвечая на поцелуй.
Это не страстный, жадный поцелуй.
Это нежность.
Это обещание.
Это начало чего-то нового, светлого, правильного.
Когда мы наконец отстраняемся друг от друга, я улыбаюсь. Первый раз за долгое время улыбаюсь по-настоящему, от всего сердца.
– Ого, – смеётся Максим, прижимая лоб к моему. – Я столько лет ждал этого момента.
Мы сидим, обнявшись, и мне так хорошо, так спокойно, как давно не было. Рядом с ним чувствую себя защищённой. Нужной. Любимой.
– Танюш, – шепчет он мне на ухо. – Я хочу делать всё правильно. Никакой спешки, никакого давления. Мы будем встречаться, узнавать друг друга заново. И только когда ты будешь готова...
– Я готова, – перебиваю его. – Готова попробовать. Готова открыться снова. С тобой.
Он целует меня ещё раз – коротко, нежно.
– Тогда давай встречаться официально? – улыбается он. – Ходить на свидания, как нормальные люди?
– Давай, – смеюсь сквозь слёзы.
Остаток вечера проводим в кафе. Разговариваем обо всём – о детстве, о жизни, о планах на будущее. Смеёмся над старыми воспоминаниями, строим робкие планы.
Максим рассказывает о своей работе, о пациентах, о том, как устаёт от ночных смен. Я делюсь историями из бассейна, рассказываю про Машу, про её новую жизнь.
– Знаешь, – говорю я вдруг, – а я счастлива. Максим берёт мою руку, целует пальцы.
– И я счастлив, Танюш. Очень.
Когда мы выходим из кафе, на улице уже совсем темно. Морозный воздух обжигает щёки, но мне тепло – Максим обнимает меня за плечи, прижимает к себе.
Едем обратно медленно, не спеша. Останавливаемся у моего подъезда. Максим глушит двигатель, поворачивается ко мне.
– Спасибо за этот вечер, – говорит он.
– Это мне надо благодарить тебя, – улыбаюсь.
Он наклоняется, целует меня на прощание. Долго, нежно.
– Когда увидимся? – спрашивает, когда мы наконец отстраняемся.
– Скоро, – обещаю. – Очень скоро.
Выхожу из машины, иду к подъезду. У двери оборачиваюсь – он всё ещё сидит, смотрит на меня, улыбается. Машу рукой. Он машет в ответ.
Поднимаюсь в квартиру на крыльях. Захожу, скидываю куртку, иду в гостиную и падаю на диван. Закрываю глаза и улыбаюсь.
Телефон вибрирует. Сообщение от Максима: «Спокойной ночи, моя девочка. Сладких снов».
Сердце тает. Печатаю в ответ: «Спокойной ночи. Спасибо за всё».
Засыпаю с улыбкой на губах.
Глава 25
Глава 25
**Александр**
Сижу в приёмной лаборатории и держу в руках конверт с результатами теста ДНК. Руки дрожат так, что едва могу разорвать упаковку.
Хотя какая разница? В глубине души я уже знаю результат. Знаю по тому, как Милена уверенно согласилась на тест. По тому, как спокойно ждёт результаты все эти недели.
Разворачиваю лист. Читаю строчки, полные медицинских терминов. В конце – главное: «Вероятность отцовства 99,97%».
Чёрт.
Складываю бумагу обратно, засовываю в карман куртки. Выхожу на улицу – холодно, ветер пронизывает насквозь. Сажусь в машину, еду к Милене.
Мы живём в новой квартире – я взял ипотеку после развода. Татьяна отдала мне половину суммы за старую квартиру и осталась в ней.
Еду и думаю о том, как всё пошло не так.
Конечно, мне было бы комфортнее остаться с Татьяной. Привычно. Уютно. Двадцать лет вместе – это не шутки. Знал каждую её привычку, каждое движение. Она готовила мои любимые блюда, гладила рубашки именно так, как мне нравится, помнила все важные даты.
С ней была стабильность. Надёжность. Дом в полном смысле этого слова.
Но Татьяна... она оказалась такой непреклонной. Непримиримой. Думал, что со временем отойдёт, остынет, поймёт, что двадцать лет брака стоят больше, чем моя ошибка.
Она не захотела прощать…
Поднимаюсь на этаж. Милена открывает дверь.
– Ну? – спрашивает она с вызовом.
Достаю листок, протягиваю ей. Она бегло пробегает глазами, кивает удовлетворённо.
– Я же говорила, – усмехается. – Неужели ты думал, что у меня кто-то есть?
Захожу в нашу квартиру. За эти месяцы здесь уже появился уют – детские вещички, распашонки, пелёнки. Милена готовится к материнству основательно.
– Саш, – говорит она, присаживаясь на диван, – нам надо пожениться. До родов.
Я остаюсь стоять.
– Зачем?
– Как зачем? У нас будет ребёнок! Общий ребёнок! Мы должны быть семьёй!
– Должны? – переспрашиваю. – Мы и так живём вместе. И так семья. Зачем штамп в паспорте?
На самом деле просто не хочу жениться. Не хочу связывать снова себя узами брака, брать ответственность.
Лицо Милены темнеет, но я пожимаю плечами. Мне всё равно на её мнение в этом вопросе. Не хочу жениться – и не женюсь. Точка.
В остальном всё неплохо. Новая квартира, новая жизнь. Думаю, что получится нормальная семья. Почему бы и нет?
Спустя полгода рождается сын. Семь утра, я сижу в коридоре роддома, жду. Когда врач выходит и говорит «поздравляю, у вас мальчик», внутри что-то тёплое шевелится. Мой сын. Моя кровь.
Называем Артёмом – Милена настояла, мне нравится это имя.
Первые месяцы проходят в хаосе. Ночные кормления, плач, бесконечная стирка пелёнок. Милена превращается в затравленную, злую женщину, которая постоянно на что-то жалуется.
