По осколкам твоего сердца (СИ) - Джейн Анна

- Ты не тупая, ты умная и талантливая, - улыбнулась ей я и обняла. Мы правда скучали друг без друга.

- Я тебе брови сделаю и ламинирование ресниц, - объявила Дилара. – Будешь у меня завтра моделью! Мне фотки новые нужны.

- Без проблем, - легко согласилась я.

Мы разговаривали до самой ночи. Закат давно догорел, растворившись в ночи, а высокое небо стало темно-синим. На одной его стороне перемигивались звезды. На другой тонкими волнами стелились серебристые облака. Дилара жила на двенадцатом этаже, и с лоджии их было отлично видно.

- Пойдем спать? – улыбнулась я, чувствуя, как накопившаяся во время поездки усталость дает знать. Пора было отдохнуть.

- Пойдем, - кивнула подруга. – Я расправила диван. Чувствуй себя как дома, хорошо?

- Хорошо.

- Кстати, совсем забыла! – хлопнула она себя по лбу. – Еще одна новость! Малина беремена!

- Надо же, - улыбнулась я. Ту, которая издевалась надо мной в школе, я ни разу не видела за это время. – И от кого?

- Говорят, от Власова. Они же то сходились, то расходились. Там вообще все непонятно. Честно говоря, я не представляю такого человека, как Малина, матерью. После того, как ее выперли из школы, она то с гопниками местными тусовалась ночами, а мать ее искала. То во всякие истории попадала...

- Пожелаем ей всего хорошего и забудем, - хмыкнула я. Думать о прошлом не хотелось.

- Покатаешь меня завтра после работы на своем мотике? – попросила подруга. В отличие от меня, водить она не умела.

- Конечно, - ответила я.

- Ты ж моя зайка, - потрепала меня за щеку Дилара.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам. Дилара – в спальню. Я – в гостиную, совмещенную с кухней.

Глава 22. Призрак в окне

Проснулась я поздно, когда Дилара уже убежала на работу. Она и еще несколько девочек вместе снимали помещение неподалеку, где каждая занималась своей работой. Встав и позавтракав, я снова оседлала свой черно-зеленый байк. Сейчас у меня был довольно мощный и высокоманевренный «Кавасаки», не самый новый, но с классным тюнингом и великолепной управляемостью. Я хотела завезти его одному спецу в мастерскую, чтобы он заменил масло и фильтр и посмотрел одно колесо.

После этого хотела посидеть в кафе, но позвонила мама. Трубку брать не хотелось, но пришлось.

- Полина, твоя бабушка сказала, что вчера ты приехала к нам. Почему не предупредила? – с обидой спросила мама.

- Еще не успела, - ответила я.

- А в гости зайти? Я же скучаю, дочка…

В ее голосе было столько грусти, что мне стало не по себе.

- Зайду, - пришлось пообещать мне. Хотя видеться мне ни с ней, ни с отчимом не хотелось от слова совсем.

- Может быть, сегодня? Мы как раз дома с Женечкой.

Женечка – это мой братик. В мае ему исполнилось два годика. Он хорошенький, светловолосый и милый, но вредный и точная копия Руслана в детстве.

- Я могу приехать сейчас. На пару часов. Вечером занята, - ответила я.

Ладно, я плохая дочь. Вечером мне хотелось погулять с Диларой и покатать ее. Да и Андрей придет домой. А мне с ним видеться не хочется.

- Приезжай, - обрадовалась мама. – Женечка тебя очень ждет!

- А я думала, меня ждешь ты, - вырвалось у меня.

- Ну что ты такое говоришь? И я тоже!

Пришлось ехать к ней.

А так не хотелось. До ужаса.

Они все так и жили в том же доме. Еще три года назад он находился почти на самом краю нового дорого района, неподалеку от лесопарка, а сейчас за ним выстроился еще один жилой комплекс. Дома росли как грибы после дождя. А расстояния между ними сокращались все больше.

От остановки до дома мамы и отчима я шла медленно, словно нехотя. Стало тяжело дышать от нахлынувшей волны непонятного страха.

Снова воспоминания. Они накрыли меня и не отпускали.

На этой улице мы с Лехой и парнями искали Лорда. На этой лавочке сидели с Димой. А в этом дворе… В этом дворе я узнала, что его больше нет. В нашем дворе.

Чтобы справиться с панической атакой, мне пришлось купить ледяную воду и сесть на лавочку. Только тогда мне стало лучше.

Перед тем, как зайти к маме, я забежала в супармаркет, накупила всяких детских сладостей для Жени, конфет для мамы и пошла к подъезду, отгоняя от себя проклятые воспоминания, как назойливых мух.

Позвонила по домофону, поднялась на лифте на нужный этаж и попала в объятия мамы.

- Полинкин, ты приехала!

Я поморщилась вместо того, чтобы улыбнуться. Ненавидела, когда она называла меня так. Хотя несколько раз просила этого не делать. Мама забывала.

Дома, как назло, мама была не одна с братиком. Приехала мать Андрея, Фаина Ивановна, которую я ненавидела так же сильно, как и его самого.

- Она без предупреждения, - шепнула мне мама. – Я не знала, что приедет… Полин, дай я на тебя посмотрю. Ты такая у меня красавица!

Она взяла меня за руки и улыбнулась. Только улыбка у нее была не такой, как раньше. Она стала тусклой, будто то солнце, что появилось в маме вместе с Андреем, начало гаснуть.

В последнее время мама похудела, и, хотя все так же была хороша собой, я видела, как ее лицо осунулась, а в глазах появился усталый блеск. Она стала более нервной, замкнутой и, как мне казалось, одинокой. Но все так же пыталась делать вид, что счастлива. А ее семья – идеальна.

- Слушай, а что это у тебя такое в носу? Колечко? – удивилась мама.

- Да, - осторожно ответила я.

- Неожиданно! Но тебе идет! Прямо твое, - удивила меня она.

- Я думала, тебе не понравится.

- Мне все в тебе нравится, дочка. У тебя замечательный вкус.

- А байк? – вздернула я бровь. – Тебе он тоже нравится?

- Я горжусь, что ты на нем ездишь, - сказала она.

- Знаешь, а другие мамы своим дочерям запрещают гонять на байках, - хрипло рассмеялась я, вдруг на какое-то время почувствовав себя не взрослой и самостоятельной девушкой, какой привыкла быть, а покинутым подростком, каким уезжала от нее три года назад.

- Это несовременно. Они не доверяют своим дочерям так, как я доверяю тебя.

- Да? А я думала, тебе просто все равно, - стало смешно мне.

- Ты опять начинаешь ревновать, - выдохнула мама. – Я думала, мы уже прошли этот этап. Но Андрей говорит, что это может затянуться надолго и…

- Стоп, - оборвала я ее. – Про Андрея и его умозаключения, основанные ни на чем, даже слушать не хочу.

В глазах мамы заблестели слезы, но она, слава богу, не стала плакать. А сменила тему, взяв меня за руку.

- Что это мы с тобой в прихожей застряли… Ну же, идем, Женечка очень хочет тебя увидеть!

Она потянула меня в прихожую, где я увидела Фаину Ивановну на диване и Женю на полу, который сидел перед ней на специальном коврике и с увлечением играл в кубики. Увидев меня, он улыбнулся и неуклюже встал. Светленький, голубоглазый, с пухлыми щечками – настоящий ангелок. И так вырос за то время, пока я его не видела. Совсем большой стал.

- Здравствуйте, - сказала я Фаине Ивановне, которая недовольно уставилась на меня. И помахала братику. Он отвернулся. Застеснялся.

- Здравствуй, Полиночка, - просюсюкала она. С виду мать Андрея была божьим одуванчиком. Но на деле – настоящая ведьма.

- Женечка, это твоя старшая сестра, Полина, - сказала мама, с любовью глядя на сына. – Обними сестренку, сынок!

Разумеется, Женя не помнил меня. А поэтому обниматься не побежал, застыл рядом с бабушкой.

- Это он подарок ждет, - выдала Фаина Ивановна. – Что там Женечке привезли?

Спохватившись, я вытащила из пакета сладости.

- Ему ведь такое можно? – спохватившись, спросила я у мамы.

- В ограниченном количестве, - кивнула она. – Не нужно было ничего покупать, Полин. Ты что!

Однако и за сладостями Женя ко мне не пошел. Отвлекся и вновь принялся играть, но уже не с кубиками, а с паровозиком. До взрослых ему не было дела.

- Это он подарок от тебя ждал, а не вкусняшки, вкусняшки у него каждый день, - назидательно сказала Фаина Ивановна. – Андрюша покупает специальные, чтобы полезные были. Что ж ты к братику без подарка-то? Да, Женечка? Мы привыкли к подарочкам, машинки любим! Бабушка каждый раз новые приносит!